Cборник статей по новой хронологии
Выпуск 17
декабрь 2020 года

Статьи А.М.Тюрина >>

УДК 902/904

В Тимерёвском могильнике в 1435 году погребены тела воинов, погибших в битве между князьями
Василием Темным и Василием Косым

А.М. Тюрин

захоронения воинов в Тимерёвском могильнике
Аннотация. По реконструкции археологов Тимерёвский археологический комплекс (курганный могильник, две курганные группы, три клада дирхемов и поселения) соответствует наиболее крупному протогородскому центру IX-XI вв. Ярославского Поволжья. На основе аэрофотоснимка Люфтваффе 1942 года и космофотоснимка Google Earth выполнена авторская интерпретация фактических данных, полученных археологами по результатам его многолетнего изучения. Во внимание приняты гипотеза геолога Л.Д. Цветкова о наличии рядом с комплексом астроблемы Железный Борок и её датирование 1421 годом авторами Новой хронологии. Поселение у Тимерёвского могильника включало несколько усадеб; их жители не являлись ремесленниками; Тимерёвский могильник не мог быть сформирован жителями близлежащих поселений; Тимерёвский комплекс не соответствует древнему протогородскому центру; датирование Тимерёвского могильника выполнено в рамках Норманнской теории и не является достоверным. Работы археологов в 2012-2016 годах (Институт археологии РАН, Государственный исторический музей и НИЦ «Древности») на Тимёревском комплексе выполнены на крайне низком методическом уровне. Гипотеза авторов Новой хронологии уточнена. Тимерёвский могильник приурочен не к крупному металлургическому и торговому центру, сформировавшемуся на месте добычи метеоритного железа, а к сакральному объекту, связанному с падением метеорита. В нем находятся останки воинов, погибших в 1435 году в междоусобной битве между князьями Василием Темным и Василием Косым.

Ключевые слова: археология, Тимерёвский археологический комплекс, датирование, астроблема, Новая хронология.

1. Факты и их интерпретация археологами
Тимерёвский археологический комплекс у деревень Большое Тимерёво и Малое Тимерёво (вблизи Ярославля) включает курганный могильник, две курганные группы, три клада дирхемов и поселения (Рис. 1), «является наиболее крупным протогородским центром Ярославского Поволжья» [Дубов, 1985], «по праву входит в число эталонных памятников для решения широкого круга вопросов, связанных с изучением эпохи становления Руси» [Захаров, 2014-а, с. 51]. В другой публикации отмечено, что среди археологов ведется полемика «о месте и историческом значении Тимерёвского комплекса в ряду других памятников эпохи образования древнерусского государства» [Захаров, 2014-б, с. 160].

Тимерёвский археологический комплекс

Рис. 1 – Тимерёвский археологический комплекс [Седых, 2007]
1 – курганный могильник у деревни Большое Тимерёво (Тимерёвский могильник).
Площадки поселений: 2 – основное (Тимерёвское поселение); 3 – у деревни Большое Тимерёво;
4 – у деревни Малое Тимерёво. Клады дирхемов, выявленные в 1967 (5), 1968 (6) и 1973 (7) годах.
Курганные группы у деревень Малое Тимерёво (8) и Гончарово (9).
10 – археологические раскопы [Дубов, 1985]

Раскопки курганного могильника у деревни Большое Тимерёво (в нашем тексте – Тимерёвский могильник) и курганных групп начаты в 1872 году. В одной курганной группе было 7-10 погребений, в другой – 12. На сегодня сохранились данные о результатах раскопок только четырех. Часть результатов раскопок утеряна и по Тимерёвскому могильнику. По одним данным археологи располагают результатами изучения 509 курганов [Дубов, 1985], по другим 480 [Захаров, 2014-а]. Погребения датированы IX-XI вв. [Дубов, 1985]. Их тип разный: трупосожжения на стороне, трупосожжения на месте погребения, трупосожжения на кострище в деревянном сооружении (вещи – фибулы, мечи, стрелы, весы, гирьки, бусы, шипы, поясные наборы, гребни, лапы, кольца глиняные, копоушки, привески из астрагалов бобра), ингумация (вещи – керамика лепная и гончарная, нож, топор, пояс, оселок). В последнем случае положение костяка, в основном, на материке. Наиболее часто головой на запад. Этот тип погребений характерен для всего Ярославского Поволжья. Имеются и погребения в деревянных гробах [Седых, 2018]. В пределах Тимерёвского могильника раскопано пять камерных («дружинных») погребений. В двух из них обнаружена христианская символика – крестики, вырезанные из арабских монет [Зозуля, 2014]. Размеры курганов над погребениями могильника от 5-6 м в диаметре и 0,5-0,6 м высоты, до 9 м и 0,9 м соответственно.

Автор монографии [Дубов, 1982] привел мнение М.В. Фехнер о причинах различия в обрядах погребения на Тимерёском могильнике. Они связаны с сезонами года. Трупосожжения на месте производились в тёплое время года, когда можно было без труда насыпать курган. Трупоссожжения на стороне – в холодное время года. Собственно погребение праха осуществлялось в теплое время. Вместе с тем автор монографии отмечает: «Этот вывод уже неоднократно критиковался в литературе на примере других могильников» (с. 136).

Датирование Тимерёвского могильника IX-XI вв. выполнено по типам погребений, дирхемам и датирующим артефактам (бусы из камня и стекла, фибулы, гребни, перстни, оружие). Про радиоуглеродное датирование артефактов, древесины и угля в статьях археологов не упоминается.

Тимерёвский могильник занимает важное место в Норманнской теории. Датирование погребений выполнено в её рамках по «скандинавским» хронологически привязанным артефактам. Для одного из камерных погребений отмечено: «Не вызывает сомнения этническая принадлежность обнаруженной в камере женщины: в инвентаре присутствуют четкие скандинавские индикаторы. Женщина была погребена в сидячем положении. Аналогичные случаи зафиксированы как на территории Древней Руси (Гнёздово, Киев, Шестовица), так и за ее пределами (Бирка)» [Зозуля, 2012, с. 93]. По заключению М.В. Фехнер (1963 г.) в могильнике «насчитывалось 38 % финских, 15 % – славянских, 4 % – скандинавских» погребений. По заключению К.А. Михайлова (2001 г.) «в Х в. 75 % комплексов принадлежит местному финскому населению, 12 % – славянам и 13 % – скандинавам». Л.С. Клейн (1963 г.) прокомментировал последнее заключение: «13 % означают, что в Х в. «каждый восьмой житель окрестностей Ярославля оказывался варягом, а славян было меньше, чем варягов» [Фомин, 2019, с. 68].

Культурный слой поселения на террасе левого берега реки Сечка перепахан и перемешан. По результатам раскопок найдена постройка, заглубленная в материк на 0,2 м. Ее размеры 1,6×2,8 м. В заполнении – фрагменты лепной керамики. Найдены плохо сохранившиеся фрагменты деревянных конструкций [Дубов, 1985].

На основной площадке поселения (в нашем тексте – Тимерёвское поселение) в 1974-1976 годах раскопано 6000 м2. Культурный слой распахан. «В основном толщина слоя равняется глубине запашки, и поэтому не потревоженных его участков обнаружить не удалось» [Дубов, 1985]. Найдены «зола, угли, горелые камни от очагов; многочисленные камни от построек; фрагменты лепной и гончарной керамики; остатки литейного производства – шлаки, тигли, крица; кости домашних и диких животных; различные индивидуальные находки. [...] оружие, украшения […] Всего на поселении вскрыто более 50 жилых и производственных комплексов. […] Не вызывало никаких сомнений и подтвердилось раскопками, что вся площадь поселения не была застроена в одно время». Найден и крупнейший для IX в. клад дирхемов. 

На Тимерёвском поселении обнаружены фрагменты лепной и гончарной керамики, кости животных, «железные наконечники стрел, шилья, обломок пружинных ножниц, ножи, фрагмент витой гривны, керны, пинцет, костяные копоушки, гребень, проколки, шиферные и  глиняные пряслица, бусы синего стекла, оселки, бронзовое проволочное кольцо, просверленные астрагалы, орнаментированный предмет из глины, а также монета — подражание куфическому дирхаму X в.» [Седых, 2012, с. 77]. «Основной материал, полученный за время раскопок Тимерёвского поселения, датируется IX-XI  вв.» (с. 78). Просмотрев большой объем литературы, мы так и не поняли, что и как датировалось этим периодом. В перепаханном слое найдена керамика XII-XIII вв. Особое внимание авторы отмеченной публикации уделили датированию изделий из стекла (фрагменты браслетов и сосудов, перстень и бусы, всего их найдено более 30) по его химическому составу. Секло датировано XII-XIV, XVII-XVIII и XIX-XX вв. В датах стекла Тимерёвского поселения проявился выделенный нами бесстекольный период на Руси – со второй половины XIV до начала XVII вв. [Тюрин 2020], связанный с неверной хронологической основой археологии Восточной Европы.

В 2012-2016 годах археологические работы на Тимерёвском комплексе выполнены совместной экспедицией Института археологии РАН, Государственного исторического музея и НИЦ «Древности». Снят его топографический план. Культурный слой Тимерёвского поселения изучен ручными бурами по сетке с шагом 10 м. Пробурено 1184 скважины. Опорными явились 12 шурфов. Проведен сбор подъемного материала, в том числе с применением металлодетекторов. Общие характеристики поселения: «отсутствие укреплений, сравнительно небольшие размеры и число жителей, сознательное проживание на значительном расстоянии от судоходных рек, скромные свидетельства ремесленной деятельности» [Захаров, 2017-а]. Не сообщается ни о способе определения нижней границы культурного слоя по результатам бурения, ни о его мощности. По результатам работ собрано около 400 предметов, характеризующих поселение. Они датируются от мезолита до современности [Авдусина, 2018].

2. Гипотеза геолога Л.Д. Цветкова

Геолог Л.Д. Цветков в публикациях 1997-2004 годов обосновал наличие рядом с Тимерёвским археологическим комплексом астроблемы (метеоритного кратера), образовавшейся от удара метеорита по поверхности Земли. Основы гипотезы приведены в книге авторов Новой хронологии [Носовский, 2009]. Астроблема представлена впадиной диаметром 800 и глубиной около 10 м (Рис. 2), ограниченной взрывным валом. Тимерёвское поселение расположено на его сохранившемся фрагменте. При раскопках на нём обнаружены изделия из железа. В трёх образцах зафиксировано содержание никеля около 1 %. Сделано предположение, что они изготовлены из метеоритного железа. Гипотеза Л.Д. Цветкова опирается и на топонимику. Названия трех поселков, расположенных рядом с астроблемой, – Большое Тимерёво, Малое Тимерёво (temir – «железо» [Древнетюркский]), Железный Борок. Сегодня они не существуют.

Астроблема Железный Борок и Тимерёвский археологический комплекс

Рис. 2 – Астроблема Железный Борок и Тимерёвский археологический комплекс на космофотоснимке yandex.ru/maps.
Информация красным цветом нанесена А.М. Тюриным

 

В каталог импактных структур [Михеева, 2014] астроблема включена (со ссылкой на публикацию Л.Д. Цветкова) под названием Железный Борок (статус – предполагаемая). Её изучение специалистами не проводилось. Мы просмотрели публикации по строению достоверно установленных астроблем. Их взрывной вал сопрягается непосредственно с краем впадины. А от границы впадины Железного Борка до Тимерёвского поселения расстояние 850 м. Маловероятно, что там находится взрывной вал астроблемы. Но с другой стороны, астроблема и Тимерёвский комплекс расположены на краю коренной террасы реки Которосль в пределах Ярославско-Карабихской моренной гряды. Это область интенсивной денудации. Вполне возможно, что впадина, выделенная Л.Д. Цветковым, соответствует самой глубокой части метеоритного кратера, а поселение действительно находится на фрагменте вала. В этом случае, диаметр астроблемы 2,1 км. Можно сформулировать и другую версию. Западный сегмент взрывного вала расположен на краю террасы. Здесь её поверхность наклонена к западу. Поэтому вал морфологически не выражен. Исходя из выше сказанного, понятно, что астроблема Железный Борок нуждается в целенаправленном изучении.

3. Гипотеза А.Т. Фоменко и Г.В. Носовского

Авторы Новой хронологии подробно рассмотрели основы гипотезы Л.Д. Цветкова о наличии рядом с Тимерёвским комплексом астроблемы Железный Борок [Носовский, 2009]. С главными выводами археологов по комплексу они согласились: «Археологические раскопки около Тимерёво обнаружили следы крупного металлургического и торгового центра. Это хорошо согласуется с гипотезой о падении здесь железного метеорита, давшего начало производству качественного оружия». Под сомнение поставлена только дата его функционирования. Гипотеза Л.Д. Цветкова увязана со свидетельствами русских летописей о падении в Ярославле (в соответствии с реконструкциями Новой хронологии Великим Новгородом русских летописей являлся Ярославль) в 1421 году метеоритов. В Псковской второй (Синодальной) летописи говорится следующее: в 1421 году «25 мая на Новгород нашла страшная туча, с дождём на землю посыпались каменья размером с яблоко, а иные – с яйца» [Погода]. Падение метеоритов привело к серьезным погодным катаклизмам в течение 3-4 лет, отраженных в летописях, и голоду на Руси [Носовский, 2009].

Гипотеза авторов Новой хронологии имеет две важнейшие составляющие. Большой метеорит, сформировавший астроблему, состоял из железа с высоким содержанием никеля. Метеоритное железо явилось основой булата, из которого на Руси было изготовлено холодное оружие высокого качества (1). «Метеорит, упавший в Ярославле в 1421 году, отразился в Библии, Исламе, Христианстве, в «античном язычестве» древнего Рима и древней Греции» [Носовский, 2009] (2).

4. Результаты авторской интерпретации археологических фактов

Авторы статьи [Захаров, 2014-б] опубликовали аэрофотоснимок территории Тимерёвского комплекса, сделанный Люфтваффе (Deutsche Luftwaffe) 26 апреля 1942 года. Но его «обрезали» (показали только Тимерёвский могильник). Снимок, охватывающий почти весь комплекс, привел автор публикации [Зозуля, 2016] (Рис. 2). Его интерпретация археологами не выполнена. Второй массив новых данных дают космофотоснимки Google Earth и других систем, которые появились в последние годы. Мы выполнили привязку объектов Тимерёвского комплекса к снимку Люфтваффе (Рис. 3) и интерпретацию фактических данных, полученных археологами.



Рис. 3 – Тимерёвский археологический комплекс.
Аэрофотоснимок Люфтваффе (Deutsche Luftwaffe) 26 апреля 1942 года [Зозуля, 2016]



Рис. 4 – Тимерёвский археологический комплекс.
Результаты интерпретации фактических данных, полученных археологами, аэрофотоснимка Люфтваффе и космофотоснимка Google Earth (А.М. Тюрин). Археологические объекты: 1 – Тимерёвский курганный могильник; 1-а – его распаханная часть; 2 – Тимерёвское поселение; 3 – огороды его жителей; 4 – поселение у деревни Большое Тимерёво; 5 – поселение у деревни Малое Тимерёво; 6 – курганный могильник у деревни Малое Тимерёво; 7 – археологические раскопы на Тимерёвском поселении.
А.М. Тюрин: 8 – реальное положение поселения у деревни Малое Тимерёв; 9 – следы выработок

 

Сельское хозяйство в Нечернозёмье в прошлом базировалось на земледелии и скотоводстве. Причем, скотоводство играло ключевую роль. Без удобрения полей навозом в регионе было возможно только подсечно-огневое земледелие с крайне низкой производительностью. На аэрофотоснимке Люфтваффе приусадебные огороды двух деревень отразились темно-серым и чёрным цветами (почвенный слой обогащен гумусом) на фоне природного серого цвета почвы.

Тимерёвский могильник на аэрофотоснимке проявился четко, вплоть до того, что на части больших курганов видны западины. Они образуются после обрушения деревянных перекрытий погребальных камер [Зозуля, 2012]. Юго-восточнее могильника прослеживается темно-серая зона, с почвенным слоем, обогащенным гумусом. На космофотоснимке Google Earth на могильнике – сплошной лес. Темно-серой зоне соответствуют светлые пятна и растительность (трава) светло-зеленого цвета, с востока и юго-востока ограниченная растительностью бирюзового цвета.  

По одной оценке площадь трёх поселений у Тимерёвского могильника составляет 11 га  [Седых, 2007], основного примерно 9 га (Рис. 1). Концентрация находок, отнесенных к эпохе становления Древнерусского государства, выявлена на площади 4,25 га. Она предположительно соответствует размеру поселения IX–XI вв. [Захаров, 2017-а]. Отмечено, что А.Е. Леонтьев оценил площадь поселения в 6 га (1989 г.), И.В. Дубов – 5,5 га (1975 г.). Площадь темно-серой зоны на аэрофотоснимке 6,4 га. Однако, в пределах зоны четко прослеживаются огороды у реки и в её восточной части. Они не должны входить в площадь, на которой расположены усадьбы. Площадь собственно поселения около 2,7 га. Наша цифра относится к поселению, возникшем, по мнению археологов в IX в., и просуществовавшем до Нового времени (по артефактам). К северо-востоку от раскопов археологов выделяется распаханная часть Тимерёвского могильника. На космофотоснимке Google Earth распаханные курганы проявляются окружностями 5-7 м в диаметре с разными оттенками зеленого цвета.

В деревне Большое Тимерёво площадь усадеб в 1942 году составляла примерно 20 соток. Исходя из этого, на площади поселения у могильника могло поместиться максимум 14 усадеб. Мы просмотрели результаты раскопок поселения, выполненных в 1974-1976 годах [Дубов, 1982]. По планам раскопов (общая площадь 6000 м2), на которых отражены все выявленные ямы, только 11 из них с большими натяжками можно идентифицировать как связанные с жилыми строениями. Это дает примерную площадь поселения, приходящуюся на одну усадьбу. Она равна 550 м2. С учетом дорог и пустошей площадь усадеб на поселении не превышала 400 м2. По результатам археологического изучения Новгорода установлено, что в нем было два типа усадеб. Размеры усадеб первого типа по разным оценкам составляли от 750 до 2000 м2 (раскопы Неревской, Михайловский, Троицкий и Ильменскй), второго – 400-465 м2 (Ильинский раскоп) [Петров, 1997]. Последние цифры соответствуют нашей оценке площади усадьб на Тимерёвском поселении. В Российской федерации в период СССР нормативная площадь усадьб в городской застройке была 600 м2. Такой же была стандартная площадь дач.

Исходя из полученной нами цифры (550 м2), в Тимерёвском поселении единовременно могло быть не более 49 усадеб. Найденные на нем артефакты археологи датируют IX-XX  вв. «Находки позволяют утверждать, что в середине XI в., вмесите с курганным могильником, поселение не перестает функционировать, просуществовав до конца XX в.» [Захаров, 2017-б]. То есть, там жили люди более 1000 лет. При этом памятник однослойный. Археологи не выявили наложений строительных ям. При любых ухищрениях и натяжках в расчетах критически важная цифра определяется уверенно. В период существования могильника на поселении около него могло быть не боле 6-10 усадеб. Более адекватно – несколько усадеб.    

Таким образом, то, что археологи считают основной площадкой поселения-протогорода (Рис. 1), реально соответствует небольшой деревне. Её крайне скромные характеристики, приведенные археологами [Захаров, 2017-а], тоже не соответствуют протогороду.

Поселение у деревни Большое Тимерёво, выделенное археологами, ей же и соответствует. То есть, за поселение, отнесенное к IX-XI вв., археологи приняли культурный слой деревни, существовавшей в середине XX в. Поселение у деревни Малое Тимерёво на аэрофотоснимке попало в зону серого цвета почвы. Скорее всего, здесь мы имеем дело с недостаточно точной схемой археологов (Рис. 1). Реально поселение соответствует деревне. Но это ничего не меняет. Оно имеет небольшую площадь и могло включать несколько усадеб. Могильник у деревни Малое Тимерёво тоже на схеме археологов показан неправильно. На аэрофотоснимке ничего похожего на раскопанные курганы не имеется.  

Таким образом, около Тимерёвского могильника находилась деревня, включающая несколько усадеб. Её жители не являлись ремесленниками, но, возможно, в деревне имелась кузница. Достоверно датировать время существования деревни археологи не смогли. Два главных наших вывода однозначные: Тимерёвский археологический комплекс не соответствует древнему протогородскому центру; Тимерёвский могильник не сформирован жителями близлежащих поселений.  

На аэрофотоснимке (Рис. 4) четко видны следы выработок небольшого размера. Их группы около деревень Большое и Малое Тимерёво, скорее всего, являются ямами, из которых добывались глина или песок на строительные нужды. Темные точки рядом с могильником, возможно, соответствуют не выработкам, а распаханным курганам. Однако, не исключается и вероятность того, что часть выработок соответствует шурфам, выкопанным в прошлом для извлечения мелких железных метеоритов. То есть, люди в зоне Тимерёвского комплекса целенаправленно искали места падения железных метеоритов и их откапывали.  

При раскопках Тимерёвского поселения археологи собрали кремниевый материал, имеющий неолитический облик. Всего 136 изделий, в основном скребки и пластинки. Имеются отщепы и отходы кремневого производства.  Причем, 26 изделий  находились в постройках, хозяйственных и очажных ямах. Остальные – в пахотном переотложенном слое. Сырьем для изделий служил валунный камень различных цветов – черный, серый, коричневый, желтый, красный. У археологов не вызывает сомнения, что эти орудия использовались жителями поселения IX-XI вв. Они либо собрали их на ранней неолитической стоянке, либо изготовили сами [Дубов, 1982]. Отметим, что  предположение о массовом изготовлении кремневых изделий в Средневековье подрывает сами основы археологии неолита.

По результатам изучения астроблемы озера Смердьчье (Шатурский район Московской области) автор публикации [Енгалычев, 2009] отметил наличие во взрывном валу остроугольных обломков кремнистых пород. Они «несут следы наложенных преобразований, выраженных в изменении их окраски. Они окрашены в красноватые, коричневатые, зеленоватые цвета» (с. 9).

Астроблема Железный Борок находится в одной структурно-геоморфологической зоне с Крестовским карьером (расположен в 6,7 км к северо-востоку от ее центра) – в пределах Ярославско-Карабихской моренной гряды. Строение верхней части геологического разреза в карьере хорошо изучено [Киселев, 2012]. Под почвенным слоем мощностью 20-30 см залегает суглинок красновато-коричневого цвета с валунами и галькой. Его возраст четвертичный, мощность до 1,5 м. Под суглинком залегает песок желтовато-серого цвета с ярко выраженной косой слоистостью. В нижней части пласта имеются линзовидные прослои песчано-глинистых пород. Возраст пласта меловой, мощность 6-7 м. Ниже него – тоже песок мелового возраста, но без выраженной слоистости. Наверняка часть валунов и гальки представлена кремнистыми породами. Удар метеорита их раздробил и выбросил во взрывной вал. Их находили люди, жившие в Тимерёвском поселении, и слегка обработав, превращали в простейшие орудия труда. То есть, археологическая аномалия объясняется нами на основе гипотезы Л.Д. Цветкова.

5. Датирование и идентификация Тимерёвского могильника

Авторы публикации [Петров, 2018] привели данные об удаленности двенадцати могильников IX-XII вв. от древнерусских городов и поселений. Максимальное – около 500 м. Однако, могильник, относимый к Полоцку, находится от него на расстоянии около 1 км. Удалённость Тимерёвского могильника от поселения – 0-50 м. Но мы установили, что он не сформирован жителями близлежащих поселений. Расстояние от могильника до древнего Ярославля (до Успенского кафедрального собора на Стрелке) составляет 13,5 км. То есть, Тимерёвский могильник явно выпадает из выше отмеченной выборки. Получается, что он является исключением из общих правил. По гипотезе авторов Новой хронологии падение метеорита рядом с Ярославлем в 1421 году сыграло большую роль в формировании мировых религий. С учетом этого, наш третий вывод тоже однозначный. Тимерёвский могильник приурочен к месту падения метеорита. Но там не имелось металлургического и торгового центра. Это место было сакральным, что не отменяет возможность добычи метеоритного железа из главного кратера и кратеров, образованных мелкими метеоритами.

Находясь в рамках гипотезы авторов Новой хронологии, нижний рубеж функционирования Тимерёвского могильника датируется однозначно – не ранее 1421 года. Верхний – начало XVI в. В XVI в. завершено становление на Руси христианского обряда погребений. А в Тимерёвском могильнике имеются первые его признаки – погребение в гробах и христианские крестики. Ранней дате соответствуют представления о могильнике, бытовавшие в середине XIX в. «Протоиерей Иоанн Троицкий в своем труде по истории Ярославля [в 1853 году написал]: «Близъ села Железънаго Борка доселе еще видны курганы, где похоронены убитые воины»» [Седых, 2018, с. 136]. Позднее в публикации  1869 года «В.И. Лествицын […] связал кладбище с битвой 6 января 1435 г. между Василием Темным и Василием Косым» (с. 134). «О существующих преданиях по поводу захоронений в Тимерёвских курганах татар, литвы и поляков упоминали А.И. Кельсиев» (1878 г.). На некоторых картах могильник возле дер. Большое Тимерёво именуется «Татарская роща». Жители ближайшего из сохранившихся населенных пунктов – пос. Дубки – по сей день уверены, что в роще располагаются именно «татарские могилы» (с. 136-137). Вот и нашлись татары, давшие двум деревням их название – Темир.

В окрестностях Тимерёвского могильника имеется ещё два однотипных тюркских (условно) топонима – Карабиха и Карачиха. Название первого села (находится в 3,8 км к юго-юго-востоку от Тимерёвского могильника) происходит от «Карабитова гора» (ВИКИ). Это холм, поднимающийся над долиной реки Которосль. «Карабетова гора» известна и на Таманском полуострове. Её высота 60 м. Гора Карабит имеется около поселка Калмакова (Башкортостан). Карачун – название «горы» в бывшей Донецкой области Украины (сегодня Донецкая народная республика). Второй поселок находится рядом с Ярославлем к западу от него. В непосредственной близости от него на карте О-37 показан триангуляционный пункт и отметка высоты 100 м. Их устанавливают на господствующих высотах, хороши видимых с окружающей местности (для удобства топографической привязки). На Карабитовой горе отметка триангуляционного пункта 171 м. Названия этих гор и холмов, доминирующих над окружающей местностью, происходит не от тюркского «кара» – «черный», а от kӧr- – «видеть, смотреть» [Древнетюркский]. Их перевод – «смотровая» (это упрощенная версия этимологии этого слова). В прошлом там находились наблюдательные пункты. Проверочное слово «караул» – от тюркского «кара-» – «смотреть, беречь» (словарь Н.М. Шанского). Возможно, тюркское происхождение имеют названия еще двух деревень, находящихся в непосредственной близости от Тимерёвского могильника Хожаево и Каравайцево. Первая сегодня не существует. Не существует и одноименной железнодорожной станции, которая была около неё.  Хожаево – от хожа/ходжа – «святой», «святое место», например, Ходжикент – «святой город». Каравайцево – возможно от корав = караб («Б <> В») – Караб(итова).

Фрагмент текста из «Истории губернского города Ярославля» [Троицкий, 1853] приведен на рисунке 6. Можно почти однозначно утверждать, что село Космодемьянское сегодня называется Козьмодемьянск, а село Великое сохранило свое название без изменений. Сёла находятся к западу от реки Которосль. Расстояние между ними 16,5 км. Расстояние от Тимерёвского могильника (находится к востоку от реки) до Козьмодемьянска около 6 км, до Великого – 21 км. В публикации [Седых, 2018] приведен фрагмент карты 1850 года. По ней понятно, почему И. Троицкий привязал погребения к селу Железный Борок. Это именно село (на карте «Пог.[ост]»), Большое и Малое Тимерёвы, и близлежащее к ним Гончарово – «Д.[еревни]». В одном из справочников сообщается, что погост Железный Борок впервые упоминается в первой трети XVII в. В нем находилась Воскресенская церковь. Она сохранилась.

Фрагмент текста из Истории губернского города Ярославля

Рис. 5 – Фрагмент текста из «Истории губернского города Ярославля» [Троицкий, 1853]

Таким образом, в Тимерёвском могильнике находятся останки воинов, погибших в 1435 году в междоусобной битве. Погребения осуществлены не на ее месте, а рядом с сакральным объектом – метеоритной впадиной. В войсках двух князей были воины со всей Восточной Европы. Этим объясняется установленные археологами четыре разных типа погребений. Они принадлежат разным группам воинов, соблюдающих свои погребальные обряды. Автор публикации [Зозуля, 2017] отметил «чехарду» с датированием погребений разных типов по дирхемам. Эта проблема снимается. Погребения разных типов были синхронными. А дирхемы якобы X в. благополучно попадают под верхний хронологический рубеж «безмонетного периода» на Руси – конец XIV в. Бытовали они и в первой половине XV в. Наше заключение о том, что погребения Тимерёвского могильника относятся к 1435 году, соответствует их подавляющему числу. Археологами отмечается наличие впускных погребений в насыпях курганов. То есть, могильник функционировал некоторое время и после 1435 года. Возможно, здесь производились и курганные погребения.

Битва двух князей произошла в непосредственной близости от Тимерёвского могильника. Из гипотезы авторов Новой хронологии и нашей его идентификации вытекает интересное предположение. Битва была за право владения местом, где еще можно было отыскать фрагменты железного метеорита с высоким содержанием никеля. Выскажем гипотезу и по кладам дирхемов. Не сбережения ли это старателей, добывающих метеоритное железо?

6. Методический уровень археологических работ

В 2012-2016 годах археологи Института археологии РАН, Государственного исторического музея и НИЦ «Древности» выполнили на Тимерёвском поселении большой объем бурения. Были выкопаны опорные шурфы. Судя по опубликованным материалам, они не приняли во внимание гипотезу Л.Д. Цветкова. А она проверялась элементарно. Структура подпочвенных отложений взрывного вала должна кардинально отличатся от таковой за его внешними пределами.

Специально отметим, что доклад Л.Д. Цветкова «Геологические памятники южной окраины г. Ярославля в индустрии туризма», в котором изложена его гипотеза, опубликован в материалах  региональной научно-практической конференции «Состояние и перспективы освоения недр, охрана окружающей среды Ярославской области и Верхне-Волжского региона» (2004 г.). После публикации в 2009 году книги Г.В. Носовского и А.Т. Фоменко «Пророк завоеватель. Уникальное жизнеописание Магомета. Магомет. Скрижали Моисея. Ярославский метеорит 1421 г.  Появление булата.  Фаэтон» гипотеза геолога получила широкую известность. В каталоге импактных структур [Михеева, 2014] приведена цитата из публикации Л.Д. Цветкова: «Со стороны склона возвышенности метеоритный кратер ограничен сохранившимся взрывным валом, на котором и расположено знаменитое Тимерёвское археологическое городище». Приведена там и предполагаемая дата падения метеорита: «В русских летописях указана дата события –19.05.1421». Если археологи действительно не приняли во внимание известные данные при планировании полевых работ, то это потрясающая научная недобросовестность.

Имеется две даты Тимерёвского могильника – IX-XI вв. и 1435 год. Формально их можно проверить радиоуглеродным датированием древесного угля из погребений. Но это не так. Радиоуглеродное датирование дает системно сфальсифицированные даты  [Тюрин, 2005]. Даты артефактов первой половины XV в. попадают в X в. То есть, в данном случае радиоуглеродное датирование Тимерёвского могильника никакой опасности для археологов не представляет. Почему они его не выполнили, нам непонятно. Не понятно, почему не выполноно радиоуглеродное датирование Тимерёвского поселения. Тем более, что в 2012-2016 годах его изучали археологи Института археологии РАН и Государственного исторического музея. Это потрясающее пренебрежение к стандартным методам археологических исследований. Археологи отмеченных организаций не опубликовали главные результаты своей многолетней работы – топографический план Тимерёвского комплекса и схему толщин культурного слоя Тимерёвского поселения.

Общий вывод однозначный. Работы археологов в 2012-2016 годах на Тимёревском комплексе выполнены на крайне низком методическом уровне.

7. Общие результаты и выводы

На основе аэрофотоснимка Люфтваффе 1942 года и космофотоснимка Google Earth, выполнена авторская интерпретация фактических данных, полученных археологами по результатам многолетнего изучения Тимерёвского археологического комплекса. Во внимание приняты гипотеза геолога Л.Д. Цветкова о наличии рядом с комплексом астроблемы Железный Борок и её датирование 1421 годом авторами Новой хронологии.

Реконструкции археологов (по многочисленным публикациям). Тимерёвский археологический комплекс соответствует наиболее крупному протогородскому центру IX-XI вв. Ярославского Поволжья.

Результаты проверки реконструкций.

1. Древнее поселение, выделенное археологами у деревни Большое Тимерёво, ему и соответствует. Древнее поселение у деревни Малое Тимерёво, тоже, предположительно, соответствует ему. Площадь поселения у Тимерёвского могильника археологи существенно завысили. Реально оно включало несколько усадеб. Их жители не являлись ремесленниками (соответствующих свидетельств археологи не выявили).

2. Тимерёвский могильник не мог быть сформирован жителями близлежащих поселений.

3. Тимерёвский археологический комплекс не соответствует древнему протогородскому центру.

4. Датирование Тимерёвского могильника выполнено археологами в рамках Норманнской теории и не является достоверным.

Гипотеза авторов Новой хронологии [Носовский, 2009]. Астроблема Железный Борок рядом с Тимерёвским комплексом образовалась от падения метеорита в 1421 году. Падение метеорита сыграло большую роль в формировании мировых религий.  

Гипотеза уточнена.

1. Тимерёвский могильник приурочен не к крупному металлургическому и торговому центру, сформировавшемуся на месте добычи метеоритного железа, а к сакральному объекту, связанному с падением метеорита. Это не отменяет возможность добычи метеоритного железа из главного кратера и кратеров, образованных мелкими метеоритами.

2. В нем находятся останки воинов, погибших в 1435 году в междоусобной битве между князьями Василием Темным и Василием Косым.

Литература

Авдусина С.А., Зозуля С.С., Папин И.В., Кашинцев А.Ю., Угланов А.С. Исследования Тимеревского комплекса археологических памятников // Археологические открытия. 2016 год, 2018, с. 110-111.

Древнетюркский словарь. – Ленинград: «Наука», 1969, 679 с.

Дубов И.В. Северо-Восточная Русь в эпоху раннего средневековья : (Ист.-археол. Очерки. Л. : Изд-во ЛГУ, 1982, 248 с. 

Дубов И.В. Города, величеством сияющие. Ленинград издательство ленинградского университета, 1985. 184 с.

Енгалычев С.Ю. Метеоритный кратер на востоке Московской области // Вестник Санкт-Петербургского университета, Серия 7, Геология. География, 2009, № 2, с. 3-11.

Захаров С.Д., Зозуля С.С. Новые данные о Тимеревском археологическом комплексе // Труды IV (XX) Всероссийского археологического съезда, 2014-а, с. 51-53.

Захаров С.Д., Зозуля С.С. Новые полевые исследования на территории Тимеревского археологического комплекса // Краткие сообщения Института археологии, 2014-б, № 236, с. 157-161.

Захаров С.Д., Зозуля С.С. Тимерево. Итоги нового этапа полевых исследований // V (XXI) Всероссийский археологический съезд, 2017-а, с. 396-397.

Захаров С.Д., Зозуля С.С. Тимерево. Итоги нового этапа полевых исследований // V (XXI) Всероссийский археологический съезд, 2017-б, с. 396-397. Презентация в AKADEMIA.

Зозуля С.С. Датировка камерного погребения в кургане 348 Тимеревского некрополя // Российская археология, 2012, № 4, с. 90-98.

Зозуля С.С. К вопросу об особенностях камерного обряда погребения в Ярославском Поволжье. Погребения в курганах 100 и 459 Тимеревского археологического комплекса // XIV Тихомировские краеведческие чтения, 2014, с. 233-243.

Зозуля С.С. Тимерево // Россия как археологическое пространство, 2016, с. 118-119.

Зозуля С.С. Кривое зеркало нумизматики (несколько замечаний к датировке курганов Ярославского Поволжья с монетами) // Нумизматические чтения Государственного исторического музея 2017 года, 2017, с. 76-86.

Киселев Д.Н., Баранов В.Н., Муравин Е.С. и др. Объекты геологического наследия Ярославской области: стратиграфия, палеонтология и палеогеография. М. : ЗАО «Издательский Дом «Юстицинформ», 2012, 304 с.

Михеева А.В. Полный каталог импактных структур. ИВМиМГ СО РАН, 2014. http://labmpg.sscc.ru/impact/

Носовский Г.В., Фоменко А.Т. Пророк завоеватель. Уникальное жизнеописание Магомета. Магомет. Скрижали Моисея. Ярославский метеорит 1421 г.  Появление булата.  Фаэтон. М.: Астрель, 2009.

Петров М.И., Сорокин А.Н. О размерах усадеб Древнего Новгорода // Новгород и Новгородская земля. История и археология, 1997, Вып. 11.

Петров М.И., Соболев В.Ю. «Город живых» и «город мертвых»: к вопросу о локализации раннего могильника Новгорода // Археология и история Пскова и Псковской земли, 2018, № 33 (63), с. 146-156.

Погода, гео- и климатические катаклизмы. http://www.lifeofpeople.info/themes/?theme=1.8 Историко-аналитический портал «Встарь, или Как жили люди». http://www.lifeofpeople.info/about/

Седых В.Н. Этнокультурная ситуация в ярославском Поволжье в IX-XI вв. //  Medieval Paris Europe, 2007.

Седых В.Н., Френкель Я.В. Результаты археометрических анализов стеклянных изделий XII–XIII вв. из раскопок Тимерево // Вестник Санкт-Петербургского университета. История, 2012, № 4, с. 77-104.

Седых В.Н., Зозуля С.С. Раскопки Иоганна Аспелина в Тимерево в 1872 году // Археология: история и перспективы, 2018, с. 133-149.

Троицкий И. История губернского города Ярославля, составленная Законоучителемъ студентовъ Ярославскаго Демидовского Лицея, Протоiереемъ Iоанномъ Троицкимъ, по случаю празднованiя въ семъ заведенiи пятидесятил?тняго Юбилея, 6 iюня1853 года. Ярославль, 1853, 118 с.

Тюрин А.М.  Алгоритмы фальсификации и ре-фальсификации результатов радиоуглеродных датировок // Электронный сборник статей «Новая Хронология», 2005, Вып. 3. [Новая хронология]

Тюрин А.М. Стекло Древней Руси XII-XIV веков датировано концом XVI – началом XVIII веками. 2020 [Новая хронология]

Фомин В.В. Норманистская сущность «советского антинорманизма». Часть вторая // Исторический формат, 2019, № 1 (17), с. 60-97.

 

 

статья получена 13.12.2020