Сборник статей по новой хронологии
Специальный выпуск № 9.
Серия статей А.М.Тюрина "Новгород на Волхове"
18 февраля 2010 года
 

Раскопы на Ярославовом Дворище, Торгу и Готском дворе Новгорода

А.М. Тюрин

Аннотация:
Рассмотрены результаты археологических раскопок в районе Новгорода на Волхове, где, по мнению историков и археологов, находились летописные объекты Великого Новгорода: Ярославово Дворище и Вечевая площадь (14 раскопов общей площадью более 1714 кв. м), Торг (раскоп площадью 160 кв. м) и Готский торговый двор (раскоп площадью 552 кв. м). Археологи не нашли остатки этих объектов, но путем применения «пропагандистских» приемов им удалось создать иллюзию того, что они существовали в Новгороде на Волхове. В системе «Археология и история Новгорода» имеется парадокс, связанный с монетами. Это отсутствие в культурном слое или небольшое содержание русских монет 15-17 веков. С одной стороны, жизнь в рассматриваемом районе кипела в период 15-20 веков, с другой, раскопано 2,2 % его площади, но найдена всего одна монета 15 и одна не моложе 17 веков. Основой парадокса является, скорее всего, человеческий фактор.

Ключевые слова: Новая Хронология, археология, Новгород, культурный слой, датирование.

Оглавление
1. Введение
2. Раскопы на Ярославовом Дворище
3. Торговый раскоп
4. Готский раскоп
5. Два типа раскопок
6. Реконструкция градостроительства в прибрежном районе Волхова
7. Монетный парадокс
8. Заключение
Источники информации

1. Введение
Ярославово Дворище, Вечевая площадь, Торг, Готский торговый двор. Звучание этих слов завораживает. Ими обозначены исторические объекты, которые были в летописном Великом Новгороде. Эти объекты изучены археологами. Про них написаны сотни статей и монографий. Но, нашлись исследователи, которые в своих работах обосновали, на первый взгляд, просо дикую гипотезу. Великим Новгородом русских летописей являлся Ярославль [Носовский, Фоменко, 2005, Империя], а Новгород на Волхове был небольшим позднесредневековых городом, который не играл никакой особой роли в истории Руси. Неверное отождествление Великого Новгорода обусловило наличие в системе «Археология и история Новгорода» парадоксов и несоответствий. Они рассмотрены в книге [Носовский, Фоменко, 2001, Новая хронология Руси]. Представлялось целесообразным более детально рассмотреть фактические данные, полученные археологами по обозначенным выше объектам. Схема расположения раскопов приведена на рисунке 1.

 

раскоп на Ярославовом дворище

Рисунок 1. Схема раскопов на Торговой стороне Новгорода в прибрежной части Волхова [Рыбина, 1982]. Информация красным цветом нанесена А.М. Тюриным. Пояснения к ней даны в тексте.

2. Раскопы на Ярославовом Дворище
Будем различать два объекта, называемых словосочетанием «Ярославово Дворище». Первый из них находился в Великом Новгороде и многократно упоминается в летописях. Этот топоним связан с именем князя Ярослава Мудрого. На Дворище были расположены княжеские хоромы и Вечевая площадь. В системе «Археология и история Новгорода» под словосочетанием «Ярославово Дворище» понимается исторический архитектурный комплекс на Торговой стороне. Его фактическое наполнение осталось за пределами нашего понимания. Понятно только, что в комплекс входят несколько церквей и территория вокруг них. Считается, что это реально существующее Дворище соответствует тому, что описано в летописях, характеризующих Великий Новгород. Раскопки на Дворище велись новгородским музеем (1937-1940, 1946 и 1447 годы) и Новгородской экспедицией (1938, 1939, 1946-1948 годы). Всего выполнено 14 раскопов, которые находились в непосредственной близости от Никольского собора и церквей Параскевы (Пятницы), Прокопия и Жен Мироносиц. Сведения о площади раскопа № 2 мы не нашли. Суммарная площадь 13 раскопов составляет 1714 кв. м. Самый большой раскоп № 14. Его площадь 748 кв. м. Объем археологических исследований на Дворище следует назвать гигантским.
Строение культурного слоя на Дворище и способ его датирования относительно подробно описаны для раскопа № 3 [Арциховский, 1949]. Толщина культурного слоя в раскопе составляла от 260 до 300 см. В нем выделялось три пласта и мощные строительные прослойки. Верхний пласт толщиной 100-120 см «состоял из культурного слоя, серого и сыпучего, с поздней керамикой, с бутылочным стеклом и с монетами XVIII и XIX вв.».  Нижняя его часть сформирована мощной строительной прослойкой, толщиной до 60-80 см. «В 1650 г. церковь Пятницы, по словам хронографа, рухнула. Описываемая прослойка образовалась главным образом именно в этот день, при последующем возобновлении церкви она была, конечно, выровнена. Состоит она не только из щебня и извести, но еще из крупного плитняка. Таким образом, нижней хронологической гранью первого слоя является 1650 г.».
«Второй слой, толщиной от 0,6 до 0,8 м, черный и рыхлый, характеризуется прежде всего сплошными настилами из коровьих челюстей, занимающими значительную его часть. Под ними начинаются деревянные настилы. Все это описано ниже. Керамика этого слоя характеризуется теми же признаками, что и керамика второго слоя на Славне. В основании его находится на глубине 1,5 м строительная прослойка, похожая на вышеописанную, но тоньше. Толщина ее местами доходит до 0,4 м, но в большинстве мест, даже на севере раскопа, не превышает 0,1-0,2 м. К югу она тоже уменьшается и исчезает. Дата и здесь устанавливается легко. Церковь Пятницы, как это неоднократно отмечали современные реставраторы, является самой непрочной из новгородских церквей, поэтому она дважды рушилась; о втором случае сказано выше, а первый раз это произошло в 1340 г.; в 1345 г. она была восстановлена. Итак, нижней датой второго слоя является 1340 г.».
«Третий слой, черный и влажный, толщиной от 0,7 до 1 м, содержал деревянные сооружения. Керамика его была аналогична керамике третьего слоя на Славне. Ниже середины этого слоя, в северо-западной его части, прослежена на глубине 2,3 м строительная прослойка, толщиной в 0,1-0,2 м. Образовалась она при постройке церкви Пятницы; естественно, что она тоньше, чем прослойки, возникшие при разрушении. Летопись трижды сообщает о постройке этой церкви. В 1156 г. ее построили заморские купцы, но тогда, вероятно, из дерева, хотя поздний летописец уже тогда считает ее каменной; дело в том, что в 1191 г. ту же самую церковь «срубиша» Константин с братом; т. е. она и тогда была деревянной. Наконец, в 1207 г. ее снова построили заморские купцы, на этот раз очевидно, из камня. Итак, описанная прослойка датируется 1207 г. Она не является границей слоя, третий слой над ней и под ней одинаков. От нее до материка всего 0,2-0,3 м, но по толщине культурных отложений нигде нельзя судить о их возрасте; здесь тонкое напластование откладывалось, по-видимому, более двух веков, поскольку началось это, вероятно, в X в., о чем ниже (при строительной планировке 1207 г. верхняя часть слоя могла быть, впрочем снесена).».
В пояснении нуждается всего один момент датирования культурного слоя. На рисунке 3 публикации, из которой мы привели цитаты, показан северный профиль раскопа № 3. Подошва строительной прослойки 1340 года прослежена на всю его длину. Прослойка 1207 года выклинивается в его середине. Толщина слоя от подошвы прослойки 1340 года до материка примерно постоянна. То есть предположение «верхняя часть слоя могла быть, впрочем снесена» не находит подтверждения в фактических данных. Толщина отложений между прослойками 1340 и 1207 годов составляет примерно 55 см. Исходя из этого, скорость их накопления равна 41 см за 100 лет. Толщина отложений от подошвы прослоя 1207 года до материка составляет примерно 15 см. При полученной нами скорости накопления отложений они нарастут на 15 см за 37 лет. То есть, подошву культурного слоя следует датировать второй половиной 12 века. Если мы возьмем максимальную цифру археологов – 30 см, то получим, что подошву культурного слоя следует датировать первой половиной 12 века. То есть А.В. Арциховский «невнятной скороговоркой» увеличил возраст подошвы культурного слоя на 2 века. Не сделать этого он не мог. В Традиционной Истории считается, что Великий Новгород в 10 веке существовал. Это породило большую проблему в системе «Археология и история Новгорода». В Новгороде на Волхове нет культурных отложений 10 века, даже при учете того, что ее хронологическая составляющая сдвинута на минус 391 год [Тюрин, 2005, Абсолютное датирование; Тюрин, 2009, Формальное датирование]. Эту проблему археологи решают фальсификацией [Тюрин, 2007, Радиоуглеродное датирование] или «невнятными скороговорками», которые формально прямыми фальсификациями не являются.
Здесь можно рассмотреть и один запутанный вопрос. «К северу от Николы стоит церковь Параскевы Пятницы, летописные известия о ней противоречивы. До XVI в. она связывается не с Ярославовым Двором, а с Торгом. Уже под 1156 и 1191 гг. упоминается «церковь святыя Пятнице на торговищи». Торг занимал вообще местность к северу от Ярославова Двора, летопись с ним связывает доныне стоящие церкви Успенья на Козьей Бородке, Георгия и Ивана на Опоках. Церковь Пятницы находилась, очевидно, близ южной границы Новгородского Торга, и в XVI в. она стала называться церковью Пятницы на Дворище; этот термин встречается в летописях и в лавочных книгах.» [Арциховский, 1949]. «Первое упоминание о строительстве ц. Пятницы на Торговой стороне в новгородских летописях встречаются под 1156 г. Все они единогласно местом постройки называют Торг …» [Гладенко, 1964]. Здесь все просто. В летописях упоминается церковь Пятницы на Торге Великого Новгорода. А в писцовых книгах конца 16 века упоминается церковь Пятницы (возможно, Параскевы) в Новгороде на Волхове. Обозначим и один вопрос, связанный с датированием культурного слоя по «церкви Пятницы». «История памятника насыщена пожарами разрушениями и ремонтами. Пятнадцать раз письменные источники сообщают о постигших храм бедствиях и поновлениях. Тщательные натурные исследования подтвердили сообщения летописей и показали, что существующий облик он получил в результате многочисленных переделок и починок.» [Гладенко, 1964]. То есть в культурном слое вокруг рассматриваемого храма должно быть более 10 строительных пропластков, связанных с его ремонтами и поновлениями. Из них для целей датирования выбрано всего два. Это безотносительно того, что в летописях описаны бедствия ДРУГОГО храма.
Культурный слой в других раскопах на Дворище имел почти такое же строение, как и в раскопе № 3 [Арциховский, 1949; Колчин, Янин, 1982]. Присутствовали в нем и датированные строительные прослойки. Толщина культурного слоя в раскопе № 3 – 260-300 см, в раскопе № 5 – 300-330, в раскопе № 7 – 330 см, в раскопе № 8 – 280-320 см, в раскопах №№ 9, 10 – 220-290 см [Арциховский, 1949]. В последней публикации не приведены сведения о двух раскопах, выполненных в 1947 и 1948 годах. Толщины культурного слоя в них менялись от 100 до 400 см [Ершевский, 1982]. Таким образом, толщина культурного слоя в раскопах Дворища составляла примерно 300 см, но местами менялась от 100 до 400 м. Материк в пределах Дворища состоит, в основном, из желтого песка, местами из глин. На других раскопах Новгорода за переделами поймы Волхова, материк сложен плотными глинами.
Раскопками изучен и фундамент церкви Николы. Глубина раскопа составляла 400 см. Основание стены было на глубине 190 см. К нему приурочена строительная прослойка, датированная 1113 годом. Исходя из этого, скорость накопления культурного слоя составляет 23 см за 100 лет. Это, конечно, формальная оценка. «Стена сложена из перемежающихся довольно правильно рядов белого камня и кирпича. Высота каменных плит колеблется от 0,15 до 0,3 м, длина от 0,2 до 0,6 м. Кирпич всюду тонкий, плинфовый. Вверху справа обнаружена декоративная ниша. Высота ее 1,8 м, ширина 0,45 м, глубина 0,09 м. Арочка ниши выложена из кирпича, тимпан арки тоже. … Фундамент сложен в верхней части из белого камня, в нижней части из валунов. Высота белокаменной его части 0,7 м, сверху она состоит из мелких камней неправильных форм, высотой от 0,1 до 0,15, длиной от 0,1 до 0,2 м, внизу лежат плоские длинные плиты, высотой по 0,1, длиной по 0,4 м, в два ряда. Под ними начинаются валуны, но в одном месте здесь встретились кирпичи в один ряд. Высота валунной части фундамента 1,2 м. Форма валунов неправильная, размеры чрезвычайно разнообразны, до 0,6 м, но встречаются здесь и мелкие их обломки. Эта часть фундамента выдается вперед на 0,45 м, повторяя дугообразные очертания апсиды. Общая высота фундамента 1,9 м, общая высота подземной части здания теперь 3,8 м. Верхние пласты материка состояли здесь из глины, но фундамент прорезал не только культурный слой, но и глину, заходя в подстилающий ее песок.» [Арциховский, 1949]. В цитате дано образцовое описание стены и фундамента. Акцентируем внимание на двух вещах. Археологи считают, что в 1113 году на Руси кирпичи уже применялись в строительстве. Материковая глина на раскопе подстилается песком.
Результаты работ в раскопах № 1 и № 2 приведены в публикации [Строков,1939]. Толщина культурного слоя в них составляла от  250 до 300 см. В раскопе № 1 на глубине более 200 см были найдены остатки сруба, сгоревшего строения. Авторы раскопок идентифицировали его с маслобойней и датировали 16 веком. В нем найдено два клиновых жома, которые применялись для выжимки масла в период не ранее 16 века [Маслобойное производство]. В раскопе № 2 вскрыт слой коровьих челюстей толщиной от 50 до 125 см. Их общий вес составил 5 тонн. Сделано предположение, что они поступали поступали сюда с варниц клея. Ниже слоя костей раскопаны 5 ярусов деревянной мостовой обычной для Новгорода конструкции – плахи-полубревна уложенные на лаги.  Нижние ее два нистила датированы 12 – первой половиной 13 века. На глубине 290 см в материковом песке вскрыт дохристианский могильник. Это большие зольные пятна. Внутри них следы погребального кострища. Могильник включал и камни, способствующие лучшему сгоронию тел. Среди древсного угля и камней обнаружены остатки обоженных человеческих костей и костей животных. В большо количестве найдены фрагменты сосудов, изготовленных на гончатном круге. Последние артефакты не позволяют датировать могильник временем ранее 10 века. А.В. Арциховский не согласился с датированием сруба 16 веком. «Руководители раскопок датируют эту постройку почему-то XVI в., хотя среди находок в срубе упоминают «много обломков разноцветных стеклянных браслетов». Браслеты эти позже XIII в. не заходят, что для Новгорода доказано стратиграфической статистикой их находок на Славне. Хронологическая аргументация в отчете отсутствует. Раскоп № 2 открыл впервые сплошной настил из коровьих челюстей, ниже были деревянные настилы уличных мостовых;» [Арциховский, 1949]. Обращаем внимание на разные результаты датирования сруба: 16 век и не позднее 13 века. Скорее всего, здесь проявился хронологический сдвиг в системе Археологи и история Новгорода» примерно равный 400 лет. То есть специалисты новгородского музея, которые выполнили в 1937-1940 годах раскопы № 1 и № 2, считали, что разноцветные стеклянные браслеты следует датировать 16 веком. Но после войны победила точка зрения московских археологов – «Браслеты эти позже XIII в. не заходят …». Представляется, что вопрос с датировкой браслетов вполне решаем. Нужно найти место, где их производили. Скорее всего, это будет один из регионов развития стекольной промышленности Европы 15-18 веков. Но здесь могут быть и сюрпризы. 
По результатам раскопок на Дворище вскрыты остатки многочисленных дренажных систем, которые находились практически во всех горизонтах культурного слоя. Самые молодые из них датированы 16-17 веками. Вскрыты остатки деревянных мостовых и срубов. Ни один из последних не являлся жилым домом (отсутствуют остатки печей). Наиболее маленькие срубы относятся к дренажным системам, средние – к погребам. Вскрыта часть деревянной постройки длинной 17 м. Раскопами также изучены церковные кладбища. Выше отмечено, что в верхнем пласте найдены монеты 18 и 19 веков. Еще две медные монеты найдены среди настила из коровьих челюстей: «одна из них XV в. с надписью «пуло новагорода», изображение стерто, другая не читается, но, судя по форме, не моложе XVII в.» [Арциховский, 1949].
Обнаружены и непонятные вещи. Это, прежде всего, настил из коровьих челюстей. «Когда началось вскрытие второго слоя, прежде всего, открылся вызвавший большое недоумение настил, состоявший из коровьих челюстей. Он прослежен по всему раскопу. Толщина его на юге (где он толще) достигает иногда 0,7 м, нигде он не тоньше 0,3 м. Все челюсти лежали плашмя. Прослойки челюстей чередовались с тонкими прослойками черной земли и остатками истлевшего дерева. Число челюстей на этом раскопе превышало 15 тысяч. «Длина настила из челюстей более 50 м, судя по наблюдениям при водопроводных и иных работах; ширина около 20 м; цифры эти дальнейшими раскопками могут быть только увеличены. Для такого сооружения требовалось убить несколько сот тысяч коров.» [Арциховский, 1949]. Про другой раскоп сообщается следующее. «В северной части раскопа материковый песок был смешан с мощным костным пластом, состоявшим в основном из рогов барана. Было собрано 16 тысяч бараньих рогов. Это, вероятно, остатки какого-то складского помещения.» [Колчин, Янин, 1982]. Пласт рогов залегал «на площади 26 кв. м и имел толщину 1 м 10 см.» [Константинова, 1959]. Здесь интересно вот что. «В северной части раскопа на глубине 1 метра открылся слой материкового песка, на котором лежал мощный костный пласт, состоящий в основном из рогов барана.». То есть, культурные отложения в раскопе имели толщину всего 100 см. Тогда получается, что пласт рогов доходил почти до поверхности земли. Другими словами, складское помещение с рогами можно датировать и первой половиной 20 века.
Общий вывод однозначен. Широкомасштабные многолетние раскопки на Дворище имели конкретную цель. Это изучение Вечевой площади и княжеских хором. Никаких следов этих объектов не обнаружено.

3. Торговый раскоп
Площадь Торгового раскопа (1971 год) составила 160 кв. м, толщина культурного слоя составила 610-640 см. Считается, что он расположен «на территории древнего новгородского торга» [Янин, Колчин, 1978]. «В отличие от других новгородских раскопов здесь оказалось всего лишь два сруба второй половины XIV в. Состав вещевых комплексов обычен. Обращает на себя внимание большое количество замков, ключей и ножей: на относительно небольшой площади найдены 41 замок, 35 ключей, 87 стальных ножей. Встречено четыре фрагмента берестяных грамот – № 489-492. Благодаря хорошо разработанной вещевой хронологии Новгорода довольно подробно выявлена стратификация раскопа. Непосредственно на материке лежат слои 70-80-х годов XII в., затем идут слои XIII в. толщиной 0,8—1,0 м. Слой XIV в. более мощный – 1,5-1,6 м – и очень насыщен вещами. Слои XV в. значительно тоньше.». В публикациях [Янин, Колчин, 1978; Колчин, Янин, 1982] сообщается и о найденных трех водоотводных дренажных трубах начала 15 века. В раскопе отобрано 8 спилов бревен. Но они не получили дендрохронологических дат [Колчин, Черных, 1977]. Это вся информация, которую мы смогли найти по этому раскопу. На сайте «Археология Новгорода» [http://arc.novgorod.ru/] названия публикаций, в которых рассмотрены результаты раскопок, не приводятся.   
Таким образом, на территории, относимой к Новгородскому Торгу, выявлены артефакты, описание которых занимает 1-2 абзаца. Описание культурного слоя выполнено невнятно. Артефакты, прежде всего, замки, ключи и нож только упомянуты. Скорее всего, это изделия 18 – первой половины 19 веков. Отметим, что находки монет, на том месте, которое считается торгом, не упоминаются. В публикации [Янин, Колчин, 1978] говорится следующее «В 1835 г. значительные подсыпки были сделаны на Торговой стороне, на участке к югу от Путевого дворца, включая территорию Гостиного двора, в связи с сооружением моста через Волхов и организацией площади у въезда на него.». Торговый раскоп расположен как раз в районе моста через Волхов. То есть культурный слой Торгового раскопа толщиной 610-640 см, скорее всего, включает и подсыпки 1835 года. Поэтому археологи и привели описание слоев так, чтобы было невозможно определить толщину подсыпок. Суммарная толщина слоев 13-14 веков составляет 250 см. Скорее всего, суммарная толщина двух других слоев составляет 100-150 см. То есть реальные толщины культурного слоя в Торговом раскопе – 350-400 см, что соответствует его толщинам в раскопах Дворища.

4. Готский раскоп
В свидетельствах о Великом Новгороде упоминаются два иноземных торговых двора – Немецкий и Готский. Они находились в непосредственной близости от резиденции князя на Ярославовом Дворище. В системе «Археология и история Новгорода» Готский двор локализован к югу от Дворища, вернее от того объекта, который считается им.
Площадь раскопа на Готском дворе (1968-1970 годы) составляла 552 кв. м. Раскоп расположен к западу от церквей Михаила Архангела и Благовещения. «Участок, на котором был разбит Готский раскоп, представлял собой холм, образованный развалинами дома, засыпанными землей. Судя по характеру постройки, это дом конца XIX – начала XX в., разрушен он был во время войны.» [Рыбина,1982]. Верхняя часть культурного слоя, толщиной 40-120 см, была снята бульдозером. То есть археологи прямым текстом сообщили, что верхняя часть культурного слоя в Новгороде представлена именно остатками  зданий, построенных в конце 19 – начале 20 веков и разрушенных во время Великой Отечественной войны. Сообщили они и толщину этих отложений. Но, почему-то, археологи не стали выяснят, что это за дом, когда и кем построен. Они могли легко это сделать. Более того, археологи обязаны были это сделать, причем не только на Готском раскопе, но и на всех других Новгородских раскопах. Описание культурного слоя должно начинаться так. В ХХХХ году на месте раскопа был построен каменный (кирпичный) дом. Во время войны он был разрушен. Строительный слой дома, продукты его разрушения и перекрывающий их грунт формируют верхнюю часть культурного слоя толщиной ХХХ см. Мы не думаем, что здесь имеется некая методическая недоработка. Будем говорить прямо. Здесь мы имеем дело с одним из способов сокрытия реального положения дел в археологии Новгорода на Волхове.  Цифры 40-120 см можно принять за ориентировочную толщину верхней части культурного слоя Новгорода, сформированную продуктами разрушений каменных и кирпичных зданий во время войны. Самое интересное здесь – это то, что дом, разрушенный во время войны, был археологам хорошо известен. Война началась в 1941 году, а раскопки на Дворище в непосредственной близости от Готского раскопа, начались в 1937 году.
Но вернемся к культурному слою Готского раскопа. Про нижнюю его часть говорится следующее. «Как видим, культурный слой Готского раскопа, значительно потревоженный поздними постройками, нарушенный в результате оползней и плывунов, не может дать ясной стратиграфической картины, которая позволила бы расчленить его на отдельные прослойки и определить дату их по вещевым комплексам.» [Рыбина, 1982]. К этому добавим, что описание культурного слоя в публикации, из которой мы привели цитату, выполнено крайне невнятно. Глубина раскопа составила 200 см. «Готский раскоп не был доведен до материка, так как неоднократно ставился вопрос о музеефикации открытых сооружений.» Это фразу звучит загадочно. Во-первых, раскопки велись три года. Во-вторых, площадь раскопа была относительно большой. Его можно было довести до материка за пределами объектов-кандидатов на музеефикацию. В-третьих, раскоп имел охранный статус. То есть раскопки велись на том месте, где планировалось построить гостиницу. Никаких вариантов с локальной музеефикацией здесь не имелось. В-четвертых, раскопом вскрыто всего 200 см (не считая того, что сняли бульдозером). То есть никаких проблем с углублением раскопа до 300-400 см не имелось. В-пятых, археологам была известна толщина культурного слоя в районе раскопа. Он изучен по результатам бурения для решения задач градостроительства. Изучен он и в археологическом шурфе 3, который расположен рядом с церковью Благовещения [Ершевский, 1982]. Толщина культурного слоя в нем 450 см. В соответствии со схемой толщин культурного слоя, построенной по результатам бурения [Янин, Колчин, 1978], его толщина в районе церквей Михаила Архангела и Благовещения составляет 200-400 см. На схеме в районе Готского раскопа имеется узкая полоса, где толщина культурного слоя составляет 400-600 см. Можно принять, что его толщины в пределах этой полосы не превышают 500 см. В Готском раскопе примерно 100 см снято бульдозером, 200 см раскопали. То есть археологи по каким-то причинам не докопали 200 см да материка. Но, вообще-то, достаточно было только пункта «в-шестых». В-шестых, археологи написали неправду. Раскоп они до материка довели, по крайней мере, на его ключевых участках.
«В этом же году была предпринята попытка получить полный профиль исследуемого участка, но в нижних горизонтах встретились плывуны, не позволившие исследовать предматериковые слои.» [Рыбина, 1982]. Плывуны – это и есть материк. При описании разреза шурфа 3 отмечено, что «под культурным слоем плывун» [Ершевский, 1982]. «При строительстве срубов, открытых на Готском раскопе, была применена целая система укрепления западных стен, так как они лежали на рыхлом культурном слое и своей тяжестью продавливали его. Восточные стены срубов лежали на плотной материковой глине и не требовали специальных укреплений. Под западные стены были подведены мощные прокладки из горбылей диаметром 35-40 см. С внешней стороны эти стены были укреплены сваями-бревнами диаметром 20 см. Стараясь избежать перекоса сооружения, строители, кроме укрепления западных стен, сделали для восточных стен углубление в материке на глубину 60 см.» [Рыбина, 1982]. В цитате прямым текстом говорится, что материковые глины на Готском раскопе ВСКРЫТЫ. Размеры самого большого сруба, изученного в раскопе, составляют 10,5х10,5 м. То есть на расстоянии не более 10,5 метра подошва культурного слоя, по мнению археологов, имеет большой наклон. Для восточного края срубов в материке сделано углубление, а западный держится на мощных сваях, которые необходимо было забить до плотных глин. Археологам мы не поверим. Западный край срубов расположен над плывуном, являющимся частью материка. Но это не все. Сруба было всего два. Ниже будет показано, что западный край одного из них стоит на плотных глинах. То есть над плывуном расположен западный край не срубов, но одного сруба. Здесь мы имеем дело с обычными тонкостями строительства на берегах рек, в зоне границы их поймы. В ней выклиниваются пойменные отложения (для Волхова это глины-плывуны и песок) по типу подошвенного прилегания к коренным породам (для Новгорода это плотные глины). На Готском раскопе восточный край одного из срубов стоит на плотных глинах с заглублением в них, западный – на плывунах, вернее, на вбитых в него  сваях. Плывун в шурфе 3 может быть связан со старицей или с ручьем, впадавшим в Волхов до того, как произошло изменение ландшафта в связи с возникновением здесь постоянных поселений людей. Наш вывод однозначен. При описании культурного слоя на Готском раскопе археологи прибегли к прямой неправде.
Таким образом, археологи, вопреки их прямым утверждениям, вскрыли на территории Готского раскопа подошву культурного слоя. На западе участка материк представлен плотными глинами. В других местах – плывунами. Толщина культурного слоя на востоке участка менее 300 см. Несколько восточнее его расположены 2 церкви, которые входят в единый ансамбль церквей Дворища. Толщина культурного слоя в зоне их расположения составляет около 300 см. Примерно 300 см она составляет и на участках Готского раскопа, где вскрыт плывун. То есть мы имеем прибрежную зону, в которой на большом ее протяжении культурный слой имеет толщины порядка 300 см. Ближе к реке он залегает на песке и плывунах, на участках, расположенных от нее на удалении – на глинах.
На Готском раскопе были найдены остатки дренажных систем (колодцы водосборники с подводящими и отводящими желобами), сруб с двойным рядом стен (ледник), два сруба больших зданий (сруб 4 – 8,5х8,5 м, и сруб 5 – 10,5х10,5 м), идентифицированных как амбары. К срубу 5 примыкал каменный фундамент. «Сохранившаяся часть каменной постройки представляет собой фундамент, сложенный из валунов, скрепленных известковым раствором. Снаружи стены были облицованы розовым ракушечником, а внутри заполнены бутовым камнем с известью. Кладка сохранилась на высоту 110 м. В связи с тем, что материк на этом участке состоит из плотной глины, фундамент не углубляли, а лишь выровняли склон берега.» [Рыбина, 1982]. В другом месте статьи отмечается, что в остатках каменного строения имеются и кирпичи. Каменная кладка составляла со срубом единое целое. Ее археологи идентифицировали как фундамент башни. Сначала отметим то, что каменная кладка стоит на материке, представленном плотными глинами. Это тот материк, до которого археологи якобы не довели раскоп. Более того, каменная кладка, стоящая на глинах, примыкает именно к западному углу сруба, который по информации археологов якобы покоился «на рыхлом культурном слое». Идентификация каменного сооружения с башней («Трудно судить о высоте этой башни, но она, несомненно, возвышалась над деревянными постройками двора, выполняя роль сторожевой») есть чистая фантазия. Зачем строить каменную башню над двумя деревянными амбарами? Для этой цели вполне подойдет и деревянная каланча. Если амбары были предназначены для хранения ценных вещей (товаров), то, скорее всего, каменный закуток одного из них выполнял функции сейфа. То есть каменное строение было складам для ценных товаров. Отметим, что вход в него был из внутренней части амбара [Рыбина, 1982, рис 5].
В культурных отложениях Готского раскопа не удалось выделить пластов. В принципе постройки можно было датировать дендрохронологическим методом. Но «… остатки обнаруженных в ярусах А, Б, В, Г, 1-3 различных сооружений, у которых были взяты спилы для дендрохронологического анализа, пока не получили дат.» [Рыбина, 1982]. Отметим, что раскопки завершены в 1970 году, а статья опубликована в 1982 году. Странно звучит это «пока», длящееся 12 лет. «Бревна же из которых сложены срубы 4 и 5, хотя и хорошо сохранились, однако имеют аномальную вариацию годичных колец, и поэтому дендрохронологические графики этих бревен не находят места на общей дендрохронологической шкале Восточной Европы.». Авторы монографии «Дендрохронология Восточной Европы» [Колчин, Черных, 1977] обозначили ту ситуацию так. «В 1968 г. основные работы Новгородская экспедиция проводила на Готском раскопе, расположенном южнее Ярославова дворища, на берегу р. Волхов. Была вскрыта небольшая часть торговой фактории – Готского двора, занятая складскими помещениями. От бревен срубов, относящихся к XIV-XV вв., были взяты спилы – всего 104 образца. Некоторые многолетние деревья достигали возраста в 289 лет. Средний возраст массовых образцов колебался от 90 до 120 лет.». Никаких комментариев относительно того, почему не удалось датировать спилы, они не дали. В этих условиях археологи могли датировать то, что раскопали только по вещевым материалам. «За три года работ на Готском раскопе найдено около 1200 различных предметов из железа, цветных металлов, кости, кожи, стекла, янтаря, дерева. В коллекции находок, собранных на раскопе, находятся изделия, как русского, так и иноземного происхождения. Среди них определенную группу занимают датирующие находки: керамика, ключи, наконечники копья и стрелы, шиферные пряслица и стеклянные бусы.». На раскопе найдена всего одна медная монета – шведская с датой «1667 год». Обобщающие результаты датирования сформулированы так. «Таким образом, перечисленный датирующий материал позволяет ограничить хронологические рамки комплекса XIV-XV вв. Следовательно, срубы 4 и 5, принадлежавшие к постройкам Готского двора, также относятся к этому времени. Все постройки, открытые в лежащих выше ярусах, вероятно, следует относить ко времени не ранее XVI в.» [Рыбина, 1982].
Что раскопали археологи на месте, как они предполагают, Готского торгового двора?  Культурный слой, толщина довоенной части которого не превышает 200 см. Причем она археологически «невнятна». В нижней части культурного слоя имеются остатки двух деревянных амбаров и каменной пристройки к одному из них. В верхней – остатки дренажной системы. Нашли они и стандартный набор артефактов, характерный для всех участков культурного слоя Новгорода, включая пустыри и свалки строительных отходов. Все. И это на месте древнейшего на территории России иностранного торгового двора! Но здесь есть одна тонкость. Дело в том, что археологи точно знали, что раскапывают они именно территорию иностранного торгового двора. Только не готского, а шведского. «В мае 1620 г. шведы опять просят себе двор на Торговой стороне, а на Софийской не хотят. … После долгих переговоров шведы получили разрешение на строительство своего двора на Торговой стороне на Михайловой улице. Находка шведской монеты на Готском раскопе может служить аргументом в пользу того, что шведский двор был устроен на месте бывшего Готского двора.» [Рыбина, 1982].  Странные аргументы у археологов. С 80-х годов 16 века по Новгороду на Волхове имеются писцовые книги с подробной фиксацией всех городских дел. В них зафиксирована переписка со шведами по поводу выделения им территории для торгового двора. Конечно, в них зафиксирована и территория, которая фактически была предоставлена для этих целей. Данные, связанные с деятельностью шведского гостиного двора в Новгороде в 17 веке, приведены в публикации [Шаскольский, 1984]. В 1624 году русское правительство «предоставило участок для шведского двора на Торговой стороне, в самом удобном месте – на Ярославовом дворище, в центре новгородского Торга.» В 1627 шведский гостиный двор уже вступил в действие и просуществовал с небольшим перерывом до начала Северной войны. В этот период шведские купцы построили на девственном материке два амбара, остатки которых раскопаны археологами.
Особой нужды в фантазиях о том, что раскопанные срубы были амбарами, которые построили шведы, не имеется. Амбары – они и есть амбары. Но на раскопе выявлено относительно большое количество артефактов, похожих на прибалтийские и западноевропейские. Кроме того, срубы имеют некоторые конструктивные особенности, не характерные для Новгорода. Вот для объяснения этих деталей как раз и можно привлечь «шведский торговый двор». Эта идентификация амбаров хорошо объясняет и «трудности» их дендрохронологического датирования. Амбары построены примерно в 1630 году. С учетом сдвига Новгородской дендрошкалы на 391 год, полученные по ним спилы дали примерно 1240 год рубки. Но эта дата археологов не устраивает. Амбары построены на материке, а культурный слой над их основанием не толще 200 см. То есть получиться, что за 730 лет накопилось всего 200 см отложений. Это притом, что по декларациям археологов скорость накопления средневекового культурного слоя в Новгороде примерно постоянна (во времени и пространстве) и составляет опять же примерно 100 см за 100 лет. Из-за двух амбаров не стоило ставить под сомнение постулат о постоянстве скорости накопления культурного слоя. Кроме того, вещевой комплекс раскопа датирован 14-15 веками. Видимо, расширять нижний предел этого интервала до 13 века археологи посчитали нецелесообразным. Поэтому они заявили: бревна срубов – «аномальные». Другие деревянные сооружения  раскопа, – ледник и дренажная система, отнесены к периоду не ранее 16 века. Скорее всего, они соответствуют каменным постройкам конца 19 – начала 20 веков, которые были на территории раскопа. То есть, спилы их бревен дадут примерно 1900 год рубки. Это соответствует 1509 «новгородскому» году. А Новгородская шкала доведена только до 1462 года, причем, только одной дендрокривой. То есть по этой дендрошкале действительно не представляется возможным датировать спилы бревен, соответствующих примерно 1900 году рубки. Поэтому эти спилы «пока не получили дат».

5. Два типа раскопок
Здесь следует остановиться на двух типах раскопок в Новгороде. Первые условно можно назвать научными. При их выполнении археологи и сами формулируют первоочередные задачи формирования системы «Археология и история Новгорода» и сами же определяли «где копать», для их решения. Естественно, выбор археологов был лимитирован количеством городских пустырей. Второй тип раскопок называется «охранными». Это раскопки на той территории, на которой городские власти планируют построить конкретные здания. То есть, в этом случае археологи не имеют право выбора «где копать». Отсюда понятно принципиальное различие этих двух типов раскопок. Посредством научных раскопок формируется система «Археология и история Новгорода», причем так, как это представляется целесообразным археологам. А представляется это так, как написано в свидетельствах, характеризующих Великий Новгород. Охранные же раскопки являются тестом системы.  Все раскопки на Ярославовом Дворище были научными. Выбором «где копать» археологи решали три задачи: доказательство наличия в этом месте культурных слоев 9-11 веков, Вечевой площади и княжеских хором. Эти задачи раскопками не решены. Раскопы на Торге и Готском дворе были охранными. Торговый раскоп не подтвердил представление о наличии в этом месте новгородского Торга. Готский раскоп, по мнению археологов, подтвердил наличие в этом месте Готского двора. По нашему мнению археологи раскопали два амбара. Остальное – их фантазии.

6. Реконструкция градостроительства в прибрежном районе Волхова
Район реконструкции включает территорию, на которой расположены объекты системы «Археология и история Новгорода» под названием Ярославово Дворище, Торг и Готский двор. С запада и юго-запада он ограничен Волховом. С востока и севера – районами Новгорода, на которых существовали поселения усадебного типа. Им соответствует нижний «унавоженный» пласт культурного слоя [Тюрин, 2009, Новгород, Ильинский] толщины которого в Новгороде достигают нескольких метров. Главная характерная особенность обозначенного района – это аномально высокая плотность в его пределах храмов. На небольшом участке длиной около 400 м построено 9 храмов. Между центральной частью этой группы выполнены раскопы Ярославова Дворища. Наша попытка разобраться с историей этих храмов, их прошлыми названиями и положением, показанным на схемах города 18 века, успехом не увенчалась. То есть храмам должно быть посвящено специальное исследование.
Культурный слой района имеет толщину около 300 см. Местами его толщины уменьшаются до 100 см или увеличиваются до 400 см. В районе Торгового раскопа толщина культурного слоя более 600 см. Это связано с тем, что здесь в 1835 году, при строительстве моста через Волхов, сделаны подсыпки. Культурный слой залегает на типичных пойменных отложениях – песок, глины-плывуны, маломощные прослои плотных глин. В восточной части участка за пределами поймы Волхова, культурный слой залегает на плотных материковых глинах. На территории Готского раскопа верхняя часть культурного слоя представлена, в основном, строительной прослойкой и продуктами разрушения каменных зданий, построенных в конце 19 – начале 20 веков. Этот типичный для Новгорода пласт. Он почти повсеместно залегает на «унавоженном» пласте. Его толщина меняется от 100 до 300 см. Граница двух пластов является хронологически скользящей – от второй половины 18 века до начала 20 века. На рисунке 1 показано примерное положение границы зоны развития нижнего «унавоженного» пласта. Он развит к востоку от рассматриваемого района.
В рассматриваемом районе пласты в культурном слое выделены только в пределах Дворища. Верхний пласт по монетам датирован 18-19 веками. При этом не указано, к каким годам относятся монеты. И монеты Петра I, и Екатерины II – это 18 век. То есть остается непонятным, какому периоду 18 века соответствует подошва пласта. Для второго пласта отмечено следующее. «Керамика этого слоя характеризуется теми же признаками, что и керамика второго слоя на Славне.» [Арциховский, 1949].  Последний мы датировали 17 веком [Тюрин, 2009, Новгород, Славня]. Между двумя пластами залегает мощная строительная прослойка, которая археологами идентифицирована с «В 1650 г. церковь Пятницы, по словам хронографа, рухнула.» [Арциховский, 1949]. Это соответствует нашей дате нижнего пласта – 17 век. Но ее следует уточнить – первая половина 17 века. Во втором пласте найдено две монеты: «одна из них XV в. с надписью «пуло новагорода», изображение стерто, другая не читается, но, судя по форме, не моложе XVII в.». Дата второй монеты соответствует нашей датировке пласта. Дата первой – не соответствует. Керамика третьего пласта  тоже «аналогична керамике третьего слоя на Славне.». На Славне третий пласт мы датировали 16 веком. Это же дата относится и к третьему пласту на Дворище.
Скорее всего, рассматриваемый район в прошлом являлся важным ритуальным центром большого региона. В соответствии с палеогеоморфологическими реконструкциями автора публикации [Кушнир, 1975] в районе было два холма. Они и являлись местами совершения культовых действий, в том числе и погребений по ритуалу трупосожжения. Это и было первопричиной возникновения вокруг него города. Ритуальный статус района предполагал и отсутствие в его пределах постоянных поселений. Поэтому здесь нет соответствующих им культурных отложений. Остатки бараньих рогов и коровьих челюстей, раскопанных в культурном слое, – это проявления дохристианских культов. В случае с коровьими челюстями, такие проявления были и в 17 веке после постройки церквей. Плотная церковная застройка района, является прямым наследием его ритуально статуса. Часть церквей построена во время бума церковного строительства на северо-западе Русь, случившегося в 20-х – 60-х 16 века [Селин, 1994]. То есть, в начале 16 века поменялся статус рассматриваемого района. До этого рубежа он был ритуальным дохристианским, но относительно «закрытым». После, стал стандартным ритуальным христианским районом. Естественно, здесь мы имеем в виду христианство образца 16 века. Мы предполагаем, что трупосожжение практиковалось здесь вплоть до постройки первой церкви, то есть до начала 16 века. В 16-17 веках в районе построили церкви, фундаменты которых сохранились до наших дней. Собственно церковные здания неоднократно перестраивались. Вокруг храмов велась обычная для городских церквей жизнь. Существовали кладбища. В 2007 году около Никольского собора начаты раскопки, которые продолжатся и в 2009 году. Они сопровождаются мощной пиар-компанией. Первые их результаты – изучен некрополь 16-17 веков. То есть рубеж «трупосожжение – погребение по христианским правилам» датирован вполне надежно. Прихожане церквей благоустраивали территорию их расположения – стелили настилы, строили дренажные системы. Скорее всего, здесь и мелкая торговля процветала. Эта деятельность и явилась причиной накопления после строительства церквей культурного слоя толщиной до 200 см. В 30-х годах 17 века в районе появился шведский торговый двор. Шведы под его строительство получили часть территории бывшего ритуального центра, то есть место, не имеющее культурного слоя. Северная часть района была перепланирована в ходе строительства в 1835 году моста через Волхов. В конце 19 – начале 20 годов на прибрежных территориях района были построены каменные дома. Во время Великой Отечественной войны они были разрушены.

7. Монетный парадокс
Раскопами изучены Ярославово Дворище, Вечевая площадь, Торг и Готский торговый двор. В соответствии с системой «Археология и история Новгорода» это были самые людные места города. Жизнь здесь кипела, с начала 11 века. Но археологи в 16 раскопах общей площадью более 2426 кв. м нашли всего 1 (одну!) монету 15 века, да и та дефектная. Еще одна монета «не моложе XVII в.». Остальные монеты относятся к 18-19 векам. Отметим, что площадь рассматриваемого района составляет примерно 110000 кв. км (500х220 м). То есть раскопано 2,2 % его территории. Найдена ВСЕГО 2 монеты до 18 века. В Традиционной Истории принято, что в 12, 13 и начале 14 веков на Руси был «безмонетный период». Он завершился выпуском в Новгороде в 15 веке монет, которые так и названы – «новгородки». «Известно два типа новгородских серебряных денег – это новгородки ранние и поздние. Новгородских монет, выпущенных в 1447-1450 годах, до нашего времени дошло более 16 тысяч, тогда как ранних новгородок известно всего около 200». Здесь мы привели цитату из сообщения «Интерфаксу» руководителя раскопа близ Десятинного монастыря научного сотрудника института археологии Российской академии наук Натальи Фараджевой, опубликованного 22 октября 2008 года [http://www.infox.ru/science/past/2008/10/22/document1636.phtml]. В этой ситуации факт находки всего 1 монеты 15 века в рассматриваемых раскопах, представляется нам маловероятным. Куда делось большое количество монет 15 века? Куда делись монета 16-17 века? По нашей реконструкции жизнь в этом районе кипела, начиная с 16 века. Куда делись монеты 16-17 веков? Это явление мы назвали монетным парадоксом системы «Археология и история Новгорода».
Один из возможных ответов на вопрос «Где монеты?» очевиден. Монеты 16-17 веков, соответствующие, по нашему мнению, нижней части культурного слоя, не могли в ней оказаться. Не могли в ней оказаться и монеты 15 века, поскольку археологи относят ее к 10-14 векам. То есть можно предположить, что монеты 15-17 веков археологи нашли, но не «приняли к сведению». Поэтому наш ответ на нами же сформулированный вопрос сводится к следующему. Монет 15 века в рассматриваемом районе быть не должно. Конечно, могут попадаться единичные («случайные») экземпляры. В культурных отложениях должны быть в большом количестве монеты 16-17 веков. Это по нашему мнению. Но, по мнению археологов монет 16-17 веков в культурных отложениях быть не должно, поскольку они относят их, в основном к 10-15 векам. «Случайные» монеты 15 могут быть в самой нижней части культурного слоя, которую мы датируем 16 веком. Но археологи ее датируют 10-13 веками. То есть монет 15 века там быть не должно. Этот парадокс можно разрешить только одним способом. Монеты 16-17 веков, найденные в слоях, относимых к 10-15 векам, и монеты 15 века – в слоях 10-13 веков, «не принимать к сведению». Скорее всего, так археологи и сделали. Следствием этого явилось, то, что к сведению они смогли принять всего две монеты. Причем одна из них дефектная, другая имеет неопределенную дату.
Монеты, найденные в раскопе № 3 Ярославова Дворища, являются датирующими артефактами. «Назначение челюстей на раскопе № 3 установить не удалось …. Датируются они, судя по вышеописанной стратиграфии, XV-XVII вв., что подтверждено и нумизматически. Среди челюстей встречены две медные монеты, одна из них (3106) XV в. с надписью «пуло новагорода», изображение стерто, другая (396) не читается, но, судя по форме, не моложе XVII в.» [Арциховский, 1949]. Но настил из челюстей – это не единовременное сооружение: «настил состоит из нескольких прослоек, которые сооружались не одновременно, судя по прослойкам земли между ними». Возможно, монета 15 века попала в него с землей, которой присыпали челюсти. Но формально здесь археологи правы. Они нашли всего две монеты, причем одна из них имеет «широкую» дату. Но обе монеты найдены именно в том слое, археологическая дата которого совпадает с датами монет. Совершенно другой случай отмечен в сообщении «Интерфакса», на которое мы дали ссылку выше. «В конце мая на раскопе на Михайловой улице в Великом Новгороде при проверке вынутого из раскопа культурного слоя металлоискателем было обнаружено 25 новгородок. По мнению археологов, монеты были завернуты в тряпицу, которая за почти 600 лет истлела.». Невероятность ситуации очевидна. Отметим только один момент. Такое могло случиться только в том случае, если археологи применяют металлоискатели ТОЛЬКО при поиске металла в отвалах, но не применяют их в раскопах. В результате «невероятной» ситуации по найденным монетам не представляется возможным датировать культурный слой. Возможно, здесь мы имеем дело с одним из способов разрешения монетного парадокса.

8. Заключение
Общий вывод однозначен. По результатам многолетних раскопок в Новгороде на Волхове археологи не нашли остатки объектов, которые в летописях, характеризующих Великий Новгород, обозначаются как Ярославово Дворище, Вечевая площадь, Торг, Готский торговый двор. Но путем применения «пропагандистских» приемов им удалось создать иллюзию того, эти объекты существовали в Новгороде на Волхове.  

Источники информации
Арциховский А.В. Раскопки восточной части Дворища в Новгороде. М., Изд. АН СССР, 1949.
http://www.archeologia.ru/Library/Book/356c8f10ba3c/page152 Портал Археология России. http://www.archeologia.ru/

Гладенко Т.В., Красноречьев Л.Е., Штендер Г.М., Шуляк Л.М. Архитектура Новгорода в свете последних исследований. Новгород: к 1100-летию города. М., «Наука», 1964.

Ершевский Б.Д. Археологические наблюдения в Новгороде в 1969-1974 гг. Археологическое изучение Новгорода. М., 1978. http://www.archeologia.ru/Library/Book/fbdf6d12e174 Портал Археология России. http://www.archeologia.ru/

Колчин Б.А., Черных Н.Б. Дендрохронология Восточной Европы. - М., «Наука», 1977. http://hbar.phys.msu.su/gorm/dating/kolchin.htm#1.10. Сайт «Хронология и хронография. История науки и наука история».
http://hbar.phys.msu.ru/gorm/wwwboard/index.htm.

Колчин Б.А., Янин В.Л. Археологии Новгорода 50 лет. Новгородский сборник: 50 лет раскопок Новгорода. М., «Наука» 1982.
Константинова Т. М. Археологические работы Новгородского музея в послевоенный период. Новгородский исторический сборник. Вып. 9. Новгород, 1959. http://annals.xlegio.ru/rus/novgorod/nis9_kon.htm Сайт http://annals.xlegio.ru/

Кушнир И.И. К топографии древнего Новгорода. Советская археология, 1975, №3.

[Маслобойное производство] Маслобойное и маслоэкстракционное производства. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. http://gatchina3000.ru/brockhaus-and-efron-encyclopedic-dictionary/index.htm

[Носовский, Фоменко, 2001, Новая хронология Руси] Носовский Г.В., Фоменко А.Т. Новая хронология Руси, Англии и Рима - Москва, 2001. http://www.chronologia.org/rusangl/rusangl.htm Сайт проекта «Новая Хронология». http://www.chronologia.org/images/book/v4b_t.jpg

[Носовский, Фоменко, 2005, Империя] Носовский Г. В., Фоменко А.Т. Империя. Изд. РИМИС. 2005. http://www.chronologia.org/xpon5/index.html Сайт проекта «Новая Хронология». http://www.chronologia.org

Рыбина А.Е. Готский раскоп. Новгородский сборник: 50 лет раскопок Новгорода. М., «Наука» 1982.

Селин А. А. Об одном явлении в сельском храмовом строительстве 16 века (По  материалам   Новгородского,   Копорского,  Ямского и Ладожского уездов Водской пятины Новгородской земли). Новгород и новгородская земля. История и археология. Выпуск 8 (1994). http://bibliotekar.ru/rusNovgorod/23.htm Библиотекарь.ру http://bibliotekar.ru

Строков А.,  Богусевич В. Новгород Великий. Пособие для экскурсантов и туристов. Под общей редакцией акад. Б.Д. Грекова
Ленинград, 1939. Новгородика в электронном виде. http://reglib.natm.ru/book/

[Тюрин, 2005, Абсолютное датирование] Тюрин А.М. Абсолютное датирование новгородской дендрошкалы по естественнонаучным данным. http://new.chronologia.org/volume2/turin1.html Электронный сборник статей «Новая Хронология». Выпуск 2. 2005. http://new.chronologia.org/volume2/ Сайт: Новая Хронология. http://www.chronologia.org/

[Тюрин, 2007, Радиоуглеродное датирование, Новгород] Тюрин А.М. Радиоуглеродное датирование в системе «Археология и история Новгорода» (радиоуглеродное датирование и дендрохронология). http://new.chronologia.org/volume5/tur_nov.html Электронный сборник статей «Новая Хронология». Выпуск 5. 2007. http://new.chronologia.org/volume5/ Сайт: Новая Хронология. http://www.chronologia.org/

[Тюрин, 2005, Формальное  датирование]

[Тюрин, 2009, Новгород, Ильинский]

[Тюрин, 2009, Новгород, Славня]

Шаскольский И.П. О деятельности шведского гостиного двора в Новгороде в XVII в. Новгородский исторический сборник. Вып. 2(12), 1984. http://annals.xlegio.ru/rus/novgorod/nis2_shask.htm Сайт http://annals.xlegio.ru/

Янин В.Л., Колчин Б.А. Итоги и перспективы новгородской археологии. Сборник: Археологическое изучение Новгорода. М., 1978. http://www.archeologia.ru/Library/Book/6864406d7013 Портал Археология России. http://www.archeologia.ru
Главная страница

Выпуски сборника

1
2004
2
2005
3
2005
4
2006
5
2007
6
2007
7
2008
8
2009
9
2010
10
2010
11
2010
12
2012
13
2015
14
2017