Статьи А.М.Тюрина >>

УДК 902/904+572.71+575.174

Датирование по монголоидности популяций, относимых к бронзовому веку

Тюрин Анатолий Матвеевич

Аннотация. По результатам авторской интерпретации данных популяционной генетики и антропологии при учете достоверных археологических фактов и исторических свидетельств сделан категорический вывод: калмыки были первой популяцией, которая принесла в Восточную Европу и сопредельные районы Азии центрально-азиатскую монголоидность и ее индикаторы – гаплогруппы Y-хромосомы C, O и D. Этим самым сформирован новый естественнонаучный метод изучения популяций – датирование по монголоидности. На его основе выполнено датирование верхнего хронологического рубежа краниологических серий и отдельных могильников, а также синташтинской археологической культуры, относимых к бронзовому веку. Популяции и могильники в Среднем Заволжье – середина XVIII в. н. э. Популяции на территории Казахстана – начало XVII в. н. э. Синташтинская культура – начало XVII – середина XIX вв. н. э.

Ключевые слова: археология, антропология, бронзовый век, популяционная генетика, геноэтномика, популяции, ногаи, калмыки, датирование.

 

1. Датирование по монгологидности

По результатам авторской интерпретации данных популяционной генетики [Тюрин, 2010; 2017-а; 2017-б; 2017-в] и антропологии [Тюрин, 2018] при учете достоверных археологических фактов [Матюшко, 2011] и исторических свидетельств [Трепавлов, 2016] сделан категорический вывод: калмыки были первой популяцией, которая принесла в Восточную Европу и сопредельные районы Азии центрально-азиатскую монголоидность и ее индикаторы – гаплогруппы Y-хромосомы C, O и D. Этим самым сформирован новый естественнонаучный метод изучения популяций – датирование по монголоидности. Краниологические серии с признаками монголоидности принадлежат ногаям, метисированным при контактах с калмыками. Их и могильники, по которым они сформированы, следует датировать периодом не ранее середины XVII в. (время прихода калмыков в обозначенный регион). По могильникам датируются археологические культуры. Датирование по монголоидности является составной частью новой дисциплины «Геноэтномика», в рамках которой реализуется мультидисциплинарный подход к изучению прошлого Человечества. Ниже приведены результаты датирования по монголоидности популяций, относимых к бронзовому веку.

 

2. Антропологическая аномалия в Среднем Заволжье

В Среднем Заволжье в погребениях, датируемых бронзовым веком, выявлено 10 черепов с разной степенью проявления монголоидных признаков [Хохлов, 2009]. Три черепа с максимальным проявлением монголоидности – из могильников Хрящевка и Ягодное (Ставропольский район). Автор публикации привел описание еще двух монголоидных черепов из могильников Грачевка II (левые берег Сока, Красноярский район) и Степановка III (Кинель-Черкасский район). Указаны районы Самарской области. То есть, имеется антропологическая аномалия, отнесенная к эпохе бронзы и локализованная в районе Тольятти и Самары. При изучении могильника бронзового века Лебяженка V (левые берег Сока, Красноярский район) выявлено четыре погребения, которые отнесены к средним векам. Одно из них датировано IX в. Череп в нем европеоидный. В одном погребении череп европеоидный с присутствием «уралоидной» примеси. Черепа в двух других погребениях принадлежат монголоидам [Газимзянов, Хохлов, 1999, с. 302-303]. То есть, антропологическая аномалия проявилась и в погребениях средних веков.

В 1737 г. на месте Тольятти начало формироваться поселение крещеных калмыков, а «по берегам Сока, Кондурчи, Черемшана и других малых рек были намечены пункты для кочевья и поселения калмыков» [Джунджузов, 2013, с. 14]. В 1745 г. калмыки были зачислены в казаки, а с 1756 г. это национально-казачье образование получило официальное название – Ставропольское калмыцкое войско с центом в Ставрополе-на-Волге. В Ставрополь с низовьев Волги направляли калмыков, принявших православие. В 1744 г. в Ставрополе и его окрестностях численность калмыков достигла 3313 человек, к 1767 г. – 8217 человек [Джунджузов, 2013, с. 15]. В 1842 г. Ставропольское калмыцкое войско упразднено. Калмыков-казаков с семьями зачислили в Оренбургское казачье войско и перевели в Новолинейный район (Южное Зауралье). В Самарском Заволжье соседями калмыков были башкиры (ногаи). Проживали они и в бассейне реки Кинель. В 1810-1820 гг. часть башкир переселилась на юго-восток Башкирии [Абсалямова, 2008, с. 8]. Таким образом, антропологическая аномалия, относимая к эпохе бронзы, вписана в территорию Ставропольского калмыцкого войска и сопредельные районы, в которых проживали башкиры. Останки в погребениях, имеющие признаки монголоидности, принадлежат калмыкам и башкирам, метисированным при контактах с ними. По монголоидности верхний хронологический предел популяций и могильников, относимые к бронзовому веку и средним векам, следует датировать периодом не ранее середины XVIII в. н. э.

 

3. Первые жены калмычки

Авторы публикации [Солодовников и др., 2013] рассмотрели краниологические серии петровской, алакульской, федоровской и саргаринско-алексеевской культур бронзового века Казахстана. «По своим краниометрическим характеристикам они демонстрируют выраженные европеоидные особенности» (с. 113). При этом два женских черепа (из могильников Моинты и Чубартау) с признаками монголоидности из рассмотрения исключены, как атрибутированные недостоверно. На территорию отмеченных культур калмыки пришли в начале XVII в. По нашей гипотезе, захоронения атрибутированы правильно. Это первые жены калмычки европеоидов ногаев. Исходя из этого, верхний хронологический рубеж популяций, относимых на территории Казахстана к бронзовому веку, – начало XVII в.

 

4. Синташтинская культура

Уральские археологи датируют синташтинскую археологическую культуру 2010-1770 гг. до н. э. В могильнике Буланово I (степное Приуралье, Октябрьский район, Оренбургская область) погребения грунтовые. Могильник нестандартный: «некоторые могилы принадлежат абашевской культуре, в других отмечены синташтинские традиции, в отдельных ... содержался инвентарь сейминско-турбинского типа» [Хохлов, Китов, 2009, с. 5]. Краниологическая серия включает 10 черепов и является неоднородной. Один череп типично монголоидный. Еще один близок к нему по своим характеристикам. Монголоидный череп «ювенильного возраста, вероятно, женский» [Китов и др., 2018, с. 236]. Башкиры Приуралья Оренбургской области имеют аномально высокие частоты гаплогруппы С – 16,3 % (43 образца) [Лобов, 2009, с. 15]. При этом у башкир на территории Башкортостана всего 3 носителя этой гаплогруппы (301 образец) причем, два из них из Стерлитбашевского района (52 образца), сопредельного с оренбургским Приуральем. А один – из Абзелиловского района, зоны контакта башкир и казахов. То есть, могильник Буланово I находится в зоне аномально высоких частот у башкир гаплогруппы С, которая могла попасть к ним только от калмыков.

Женская и мужская серии могильника Танаберген II (Казахстан, верхнее течение Илека) «характеризуются крайней степенью неоднородности. … южноевропеоидные, степные европеоидные, так и уралоидные черепа» [Китов и др., 2018, с. 235].

Южное Зауралье охарактеризовано тремя сериями. Краниологическая серия Большекараганского могильника, сформированная по результатам раскопок кургана 25, включает 3 мужских и 4 женских черепов. Два мужских «представляют специфических широколицых европеоидов», один мужской и все женские «имеют черты средиземноморского типа» [Хохлов и др., 2016, с. 280]. Авторы публикации отмечают: «термин «средиземноморский» здесь едва ли уместен» и предлагают свой термин «степной южноевропеоидный вариант» (с. 283). Имеется еще один череп из кургана 11: «высокая мозговая коробка, широкое лицо, хорошо выраженные развернутые латерально скуловые кости» [Китов и др., 2018, с. 234]. Краниологическая серия из могильника Кривое Озеро включает морфологически разные черепа: европеоидные и грацильно европеоидные, один череп европеоидный с экваториальными чертами (с. 234-235). «Женская и мужская серии [могильника Степное VII] характеризуются крайней степенью неоднородности» (Китов и др., 2018, с. 235). Включает южноевропеоидные, степные европеоидные и уралоидные черепа.

Характеристики пяти рассмотренных выше серий синташтинской культуры приведены в публикации [Китов и др., 2018]. Но есть еще одна краниологическая серия, характеризующая синташтинскую культуру. Она сформирована по могильнику Каменный Амбар и включает черепа с признаками монголоидности [Епимахов, Берсенева, 2012, с. 166]. Автор публикации [Китов, 2014] «передатировал» погребения с этими черепами V-VI вв. н. э. (с. 611). В вопросе датирования погребений мы примем мнение уральских археологов. Черепа с признаками монголоидности принадлежат синташтинцам. Имеется и одиночный череп из кургана Халвай 5 (Северный Казахстан, Костанайская область), относимого к синташтинской культуре. «Описательная характеристика и визуальное восприятие черепа характеризуют его как европеоидный, хотя такие признаки, как крупный череп, высокое и широкое лицо наблюдаются в монголоидных сериях. Зубы не имеют выраженных расовых диагностических признаков» [Логвин и др., 2017, с. 133].

При раскопках могильников Синташты найдено большое количество черепов. Они показаны в монографии [Генинг и др., 1992] на прорисовках. Черепа, относимые к синташтинской культуре, найдены и при раскопках кургана 25 Новокумакского могильника [Ткачев, 2007]. Эти черепа не фигурируют в статьях антропологов. Почему? Наш ответ: черепа принадлежат монголоидам (казахам). Антропологи не имеют к ним доступа.

Таким образом, синташтинская культура охарактеризована, как минимум, девятью краниологическими сериями. Характеристики двух серий (могильники Новокумакский и Синташта) не опубликованы. В двух сериях (могильники Буланово I и Каменный Амбар) имеются монголоидные черепа. Череп из кургана Халвай 5 имеет признаки монголоидности. В остальных сериях (могильники Большекараганский, Степное VII, Кривое Озеро и Танаберген II) не отмечены монголоидные черепа. Но в серии из могильника Кривое Озеро один череп имеет экваториальные черты.

Могильники степной зоны Южного Зауралья, относимые к бронзовому веку (синташтинская, петровская и алакульская культуры), нами идентифицированы как ногайские [Тюрин, 2017-г]. Могильники алакульской культуры лесостепной зоны принадлежат башкирам. Верхний рубеж функционирования могильников степной зоны определен приходом в регион казахов – конец первой четверти XVIII в. Но могильники Синташты идентифицированы как казахские. Время их функционирования конец первой четверти XVIII – середина XIX вв. Верхний хронологический рубеж обусловлен формированием Новолинейного района Оренбургского казачьего войска. Примерно эти же даты мы получаем по результатам датирования краниологических серий по монголоидности. Серия из могильника Танаберген II датируются периодом не позднее начала XVII в. (время прихода калмыков в бассейн Эмбы). Серии из могильников Большекараганский, Степное VII и Кривое Озеро датируются периодом не позднее первой четверти XVIII в. Серия из могильника Буланово I – не ранее середины XVII в. Каменный Амбар – не ранее первой четверти XVIII в. Этим же хронологическим рубежом датируется и череп из кургана Халвай 5.

В серии из могильника Кривое Озеро не зафиксировано черепов с признаками монголоидности. Но там имеется череп с экваториальными чертами. Такие черепа фиксировались в некоторых краниологических сериях лесостепного Приуралья и Зауралья. «Однако это еще не является доказательством прямого проникновения настоящих экваториалов в северные широты. Мы имеем дело всего лишь с единичными краниологическими находками» [Хохлов, Китов, 2015, c. 442]. Антропологи находятся в плену датировок археологов. В XV-XVII вв. н. э. отдельные негриды вполне могли попадать в рассматриваемые регионы. Череп с экваториальными чертами в серии из могильника Кривое Озеро подтверждает нашу датировку синташтинской культуры по монголоидности.

На основе общих соображений, серии из могильников Новокуманский (погребения, относимые к бронзовому веку) и Синташта мы идентифицируем как казахские. Обособлению синташтинской культуры предшествовало выделение новокумакского хронологического горизонта [Смирнов, Кузьмина, 1977], включающего Новокумакский и Синташтский могильники. То есть, не опубликованы характеристики краниологических серий из могильников, явившихся основой выделения археологической культуры. По Новокумакскому могильнику имеется один интересный момент. «В 1979-1994 гг. Орская археологическая экспедиция … раскопала 12 курганов, в которых обнаружены погребения бронзового …, раннего железного веков …, эпохи средневековья» [Погребения, 2014]. Новокумакский горизонт датирован XVII-XVI вв. до н. э. Погребения эпохи средневековья – XIII-XIV в. н. э. То есть, по мнению археологов, могильник функционировал около 3 тысяч лет. По нашему мнению, он принадлежит казахам (род жагалбайлы Младшего жуза), которые пришли в район Орска в конце первой четверти XVIII в. В 1835 г. начал формироваться Новолинейный район Оренбургского казачьего войска. Степные угодья района Нового Кумака перешли во владения казаков [Карта]. Казахи потеряли доступ к своему родовому могильнику. Опровергнуть наши «общие соображения» легко. Нужно опубликовать параметры краниологических серий из могильников Новокумакский и Синташта.

 

5. Элементы реконструкции

Авторы публикации [Куприянова и др., 2015] рассмотрели всю совокупность археологических объектов в округе села Степное, включая могильники синташтинской культуры Степное XVII и Кривое Озеро. Здесь имеются археологические памятники эпох камня, энеолита, бронзы. «Эпоха РЖВ – раннего средневековья представлена на изучаемой территории выявленными разведками погребальными памятниками, точное определение культурной принадлежности которых в большинстве случаев невозможно, поскольку раскопок памятников этого периода на данной территории практически не производилось. … Период рубежа эр характеризуется малым количеством погребальных комплексов. Степи Южного Урала пустеют, кочевники по не ясным до конца причинам покидают этот регион» (с. 182). Этнографический период начался с формирования Уйской пограничной линии (1739-1743 гг.). Мы прояснили «не ясные до конца причины». Те археологические объекты, которые уральские археологи датирует бронзовым веком, принадлежат кочевникам и полукочевникам XV-XIX вв. н. э. Скорее всего, им же принадлежат могильники, относимые к раннему железному веку. Могильники, относимые к Золотоордынскому периоду (XIII-XIV в. н. э.) принадлежат ногаям. Мы датировали их по этнополитической ситуации [Тюрин, 2017-д]. Нижний хронологический предел могильников – вторая четверть XVII в., верхний – начало XIX в. Но это в целом. В отдельных регионах хронологические рубежи могут смещаться. Например, в Южное Зауралье в 20-х годах XVIII в. пришли казахи Младшего жуза. Ногаи были или интегрированы в их родовые объединения, или «выдавлены» на территорию Башкортостана. В любом случае, произошла смена погребального обряда. Здесь верхний предел рассматриваемых погребений – 20-е годы XVIII в.

Авторы публикации [Китов и др., 2018] в краниологических сериях синташтинской и попатовской (лесостепная зона Волго-уральского региона) культур выделили обособленный тип черепов: «матуризованные, широколицые индивиды мужского пола с набором ярких признаков в строении лица, таких как развернутые и уплощенные скуловые кости, сильное выступание носа» (с. 240). Особенности погребального обряда свидетельствуют об их высоком социальном статусе. По нашему мнению, этот краниологический тип сохранился до начала XX в., причем именно среди элиты мусульман Среднего Поволжья (Рис. 1). Черепа старшин татар на фотографии имеют еще один идентификационный признак элиты синташтинцев – высокую мозговую коробку.

Рис. 1 – Старшины татар Сергачевского уезда Нижегородской губернии

 

6. Данные палео-ДНК по популяциям, относимым к бронзовому веку 

В публикации [Allentoft, et. al. 2015] приведены палеогенетические данные, характеризующие археологические культуры и отдельные могильники бронзового века Великой степи (от Причерноморья до Южной Сибири): ямная, Сталинградский карьер, синташтинская, межовская, андроновская, карасукская, Афонова гора. Гаплогруппы Y-хромосомы C, O и D не выявлены. По частотам доминирует гаплогруппа R1a. На втором месте R1b. Единичные гаплогруппы – I2a и Q.

Синташтинская культура охарактеризована пятью образцами.

Могильник Буланово, погребение 4, мужчина, гаплогруппа Y-хромосомы R1a1a1b2a2 (R1a1-Z93), гаплогруппа мтДНК J1c1b1a; погребение 6, скелет 1, женщина, гаплогруппа мтДНК U2e1e.

Могильник Степное VII, курган 4, погребение Б, мужчина, гаплогруппа Y-хромосомы R1a1a1b2a2a (R1a1-Z93), гаплогруппа мтДНК J2b1a2a.

Могильник Танаберген II, курган 7, погребение 36, женщина, гаплогруппа мтДНК N1a1a1a1.

Могильник Большекараганский, курган 25, погребение 12, женщина, гаплогруппа мтДНК U2e1h.

Антропологи отмечают крайнюю неоднородность синташтинских краниологических серий. Два образца, характеризующие мужчин, имеет близкие линии гаплогруппы R1a. Но синташтинские женщины крайне неоднородны по своему происхождению. Среди них только две имеют близкие линии гаплогруппы U2. С «родиной» гаплогруппы N1a1a1a1 ясности не имеется. Остальные гаплогруппы характерны для Европы и Ближнего востока. У башкир таких гаплогрупп 60,8 %. Остальные выявленные у них гаплогруппы (включая N), широко распространены в восточной части Евразии [Лобов, 2009, с. 10]. То есть, башкиры отличаются от синташтинцев относительно большой долей гаплогрупп «восточного» происхождения. Это однозначно эффект калмыцких и казахских невест.

Четверо из пяти синташтинцев имеют по аутосомным маркерам практически одинаковые генетические портреты [Allentoft, et. al. 2015, Fig. 3]. Но портрет пятого кардинально от них отличается. Он не имеет аналогов в других рассмотренных культурах бронзового века. Портреты четырех синташтинцев близки портретам представителей ямной, афанасьевской и андроновской культур. Но имеется и важное отличие. В генетических портретах синташтинцев есть элемент (на уровне 5 %), который отсутствует в портретах представителей других культур бронзового века. Нет его и в генетических портретах современных популяций: сардинцев, венгров, норвежцев, литовцев, армян, калашей, манси, алтайцев, чукчей. Не связан он и с «экваториальным краниологическим комплексом»? Однако, против этого предположения свидетельствует то, что у современных сардинцев этого элемента не имеется. По приведенным в статье данным идентифицировать эту аномалию не представляется возможным. Выше мы отметили выявленные авторами публикации [Китов и др., 2018] краниологические особенности элиты синташтинцев и попатовцев. Не она ли принесла синташтинцам аутосомные маркеры, не имеющиеся в генетических портретах других популяций?

Сделаем частное замечание. Для палеогенетических исследований по каким-то соображениям выбраны определенные скелеты из могильников синташтинской культуры [Allentoft, et. al. 2015]. Но при этом не выполнены антропологические исследования останков, включая изучение черепов.

 

6. Выводы и рекомендации

1. По монголоидности датирован верхний хронологический рубеж краниологических серий и могильников, а также синташтинской археологической культуры, относимых к бронзовому веку. Популяции и могильники в Среднем Заволжье – середина XVIII в. н. э. Популяции на территории Казахстана – начало XVII в. н. э. Синташтинская культура – начало XVII – середина XIX вв. н. э. 

2. Рекомендуется опубликовать параметры краниологических серий из могильников Новокумакский, Синташта и др., относимых к культурам бронзового века Южного Зауралья. 

3. Необходимо согласовывать антропологические (краниологические) и палеогенетические исследования останков людей древних культур.

 

Литература

Абсалямова Ю.А. Родоплеменная этнонимия и ее значение в изучении этнической истории башкир (на примере Восточного Оренбуржья) // Вестник Челябинского государственного университета. История, 2008, № 26, с. 5-14.

Газимзянов И.Р., Хохлов А.А. Черепа из средневековых захоронений на территории древнего поселения Лебяжинка V // Вопросы археологии Поволжья, 1999, Вып.1, с. 302-304.

Генинг В.Ф. Зданович Г.Б., Генинг В.В. Синташта: археологические памятники арийских племен Урало-Казахстанских степей. Челябинск, 1992, 408 с.

Джунджузов С.В. Динамика численности населения в Ставропольском калмыцком войске (1737–1842 годы) // Вестник Калмыцкого института гуманитарных исследований РАН, 2013, № 2, с. 13-19.

Епимахов А.В., Берсенева Н.А. Вариативность погребальной практики синташтинского населения (поиск объяснительных моделей) // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология, 2012, Т. 11, № 3, с. 148-170.

Карта киргизского землепользования Кустанайского уезда Тургайской области. 1898. Карты уездов по Казахстану.
http://www.reviewdetector.ru/lofiversion/index.php?t211755.html

Китов Е.П. Население позднесарматской культуры Южного Урала (по данным антропологии) // Известия Самарского научного центра Российской академии наук, т. 16, № 3 (2), 2014, с. 611-616.

Китов Е.П., Хохлов А.А., Медведева П.С. Данные палеоантропологии как источник для реконструкции процесса сложения и социальной стратификации общества // Stratum plus, № 2, 2018, с. 225-243.

Куприянова Е.В., Батанина Н.С., Батанин С.А. Исследования системы расселения древних племен в долине рек Уй и Курасан в округе села Степное. В кн. Древности лесостепного Зауралья: могильник Степное VII. Челябинск : Энциклопедия, 2015, с. 179-187.

Лобов А.С. Структура генофонда субпопуляций башкир. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата биологических наук. Уфа, 2009, 23 с.

Логвин А.В., Шевнина И.В., Колбина А.В. Курган Халвай 5 - комплекс синташтинской культуры из Северного Казахстана // Самарский научный вестник, 2017, Т. 6, № 4 (21), с. 131-138.

Матюшко И.В. Особенности погребального обряда кочевников степного Приуралья XIII-XIV вв. // Известия Самарского научного центраРоссийской академии наук, 2011, Т. 13, № 3-1, с. 280-283.

Погребения V-IV вв. до н. э. Ново-Кумакского могильника. Орский краеведческий музей, 2014. http://orskmuseum.ru/article/pogrebenija-v-iv-vv-do-ne-novo-kumakskogo-mogilnika

Солодовников К.Н., Рыкун М.П., Ломан В.Г. Краниологические материалы эпохи бронзы Казахстана // Вестник археологии, антропологии и этнографии, 2013, № 3 (22), с. 113-131.

Смирнов К.Ф., Кузьмина Е.Е. Происхождение индоиранцев в свете новейших археологических открытий. Москва: Наука, 1977, 83 с.

Ткачев В.В. Степи Южного Приуралья и Западного Казахстана на рубеже эпох средней и поздней бронзы. Актобе: Актюбинский областной центр истории, этнографии и археологии, 2007, 384 с.

Трепавлов В.В. История Ногайской Орды. 2-е изд., испр. и доп. Казань: Издательский дом «Казанская недвижимость», 2016, 764 с.

Тюрин А.М. Имеются ли генетические следы монгольских завоеваний 13 века? // Электронный сборник статей «Новая Хронология». Вып. 10, 2010. [Новая хронология]

Тюрин А.М. Генетический портрет литовских татар и феномен «Монгольские завоевания 13 века» // Вестник Оренбургского государственного университета. 2017-а. № 5, с. 78-82.

Тюрин А.М. Казахские торе не являются потомками Чингисхана // Цивилизация знаний: российские реалии: труды Восемнадцатой Международной научной конференции, Москва, 21–22 апреля 2017 г. – М.: РосНОУ, 2017-б, с. 93-94.

Тюрин А.М. Калмыки, караногайцы, кубанские ногайцы и крымские татары – геногеографический и геногенеалогический аспекты // Журнал фронтирных исследований, 2017-в, № 2, с. 7-29. 

Тюрин А.М. Датирование артефактов, поселений и могильников культур бронзового века Южного Зауралья. 2017-г. Препринт [Новая хронология]

Тюрин А.М. Датирование погребений кочевников золотоордынского периода по этнополитической ситуации // Астраханские Петровские чтения, 2017-д, с. 134-137.

Тюрин А.М. Ногаи: антропологический аспект // Электронный сборник статей «Новая Хронология», 2018, Вып. 15. [Новая хронология]

Хохлов А.А. К вопросу о монголоидных черепах эпохи бронзы Волго-Уралья // Вестник Челябинского государственного университета, 2009, № 6, История, Вып. 30, с. 8-11.

Хохлов А.А., Китов Е.П. Предварительное сообщение о палеоантропологическом материале эпохи средней бронзы могильника Буланово I // Вестник Челябинского государственного университкта. История, № 6 (144), 2009, с. 5-7.

Хохлов А.А., Китов Е.П. Физический облик представителей ботайской неолитической культуры в контексте проблемы формирования степного населения Казахстана. Казахское ханство в потоке истории, 2015, с 437-445.

Хохлов А.А., Китов Е.П., Нечвалода А.И.Люди бронзового века Аркаимской долины (к вопросу о преемственности населения от ямной к синташтинской культуре) //Stratum plus: Archaeology and Cultural Anthropology, 2016, № 2, с. 277-288.

Allentoft M.E., Sikora M., Sjögren K.G., Rasmussen S., Rasmussen M., Stenderup J., Damgaard P.B., Schroeder H., Ahlström T., Vinner L., Malaspinas A.S., Margaryan A., Higham T., Chivall D., Lynnerup N., Harvig L, Baron J., Della Casa P., Dabrowski P., Duffy P.R., Ebel A.V., Epimakhov A., Frei K., Furmanek M., Gralak T., et. al. Population genomics of Bronze Age Eurasia, in: Nature, 2015, 522 (7555), pp. 167-172, doi: 10.1038/nature14507


(статья получена 10.07.2018)