Статьи А.М.Тюрина >>

УДК 902/904

Старая Русса в Традиционной истории и Новой хронологии

А.Т.Тюрин

Аннотация. Авторы Новой хронологии – А.Т. Фоменко и Г.В. Носовский, обосновали гипотезу: «Великим Новгородом русских летописей является Ярославль». С целью её проверки рассмотрены фактические данные по Старой Руссе.
Традиционная история. Дата основания поселения на месте Старой Руссы принята по первому его упоминанию в летописях – 1167 г. Достоверные свидетельства о Русе (прежне название Старой Руссы) датируются концом XV в. По археологическим данным поселение здесь возникло на рубеже X-XI вв. С середины XI в. Руса – типичный средневековый город. Однако, городские укрепления археологи пока не нашли. Общая мощность культурного слоя в раскопе Пятницкий-I превышает 6 м. Он состоит из двух толщ – анаэробной и аэробной. Мощность первой 4,5-5,0 м. Сложена темно-коричневым гумусом и навозом с углистыми и золистыми прослойками. В анаэробной толще хорошо сохраняется органика (древесина, кожа, текстиль, береста) и металл. Мощность аэробной толщи примерно 1,2 м. Сложена серым и темно-серым гумусом. Органика в этой толще сохраняется плохо. Датирование ярусов анаэробной толщи выполнено по керамике, пряслицам и бусам. По бревнам строений и плахам мостовых получены дендрохронологические даты. Радиоуглеродное, археомагнитное и термолюминесцентное датирования не применялись. Строений или руин, свидетельствующих о древности Старой Руссы, сегодня не имеется.
Новая хронология. Реконструкция прошлого Старой Руссы выполнена по информации, приведенной в письменных свидетельствах, и результатам нашего датирования культурного слоя города: дендрошкала Старой Руссы и все полученные на её основе дендродаты сдвинуты в прошлое на 392 года. Поселение на территории Старой Руссы возникло в первой четверти XV в. В этом же веке начато производство соли. То, что археологи считают центральной частью Русы, реально является пригородом скотоводов. За более чем 50 лет раскопок в Старой Руссе археологи не нашли артефакты, свидетельствующие о наличии в прошлом на её территории поселения городского типа с развитым ремесленным производством. Достоверных фактов по прошлому Старой Руссы, противоречащих гипотезе авторов Новой хронологии, не имеется. С другой стороны по результатам рассмотрения письменных и материальных свидетельств о прошлом Старой Руссы подтверждена одна из её главных составляющих – идентификация Великого Новгорода с поселением на Волхове является сознательной фальсификацией. Представления о прошлом города сформированы в рамках фальсификации местоположения Великого Новгорода.

Ключевые слова: письменные свидетельства, археология, хронология, производство соли, Старая Русса, Новая хронология.

 

1. Введение

Авторы Новой хронологии – А.Т. Фоменко и Г.В. Носовский, обосновали гипотезу: «Великим Новгородом русских летописей является Ярославль» [Носовский, Фоменко, 2001; 2012]. Для нас важны ее следующие положения. Поселение на месте Новгорода на Волхове возникло примерно в XV в., возможно в XVI в. В XVII в., во время войны со Швецией, здесь построена небольшая крепость. Идентификация Великого Новгорода с поселением на Волхове не является случайной ошибкой, это сознательная фальсификация. Главный ее элемент – смещение хронологической составляющей археологии Новгорода на Волхове на 400-500 лет в более ранний период. По нашей версии – на 391 год [Тюрин, 2017].

В изучении прошлого Новгородчины в географическом понимании этого термина (огромная территория на Северо-западе России) имеются три главные проблемы:

-к ней отнесены свидетельства Древней Руси, характеризующие реальный Великий Новгород – Ярославль, и его регион;

- часть письменных свидетельств сфальсифицирована;

-результаты археологических исследований «подтянуты» под письменные свидетельства о прошлом реального Великого Новгорода.

Тем не менее, авторы Новой хронологии смогли дать своей гипотезе серьёзное обоснование. Мы по мере сил его развиваем. Результаты опубликованы в сборниках «Новая хронология» [http://new.chronologia.org/index.php]. Детально рассмотрена археология Новгорода на Волхове, фрагментарно – Старой Ладоги. Дальнейшее обоснование обозначенной гипотезы выполнено по данным геоноэтномики (краниология, популяционная генетика). В настоящей статьи приведены факты по Старой Руссе и их интерпретация в рамках Традиционной истории. Приведены и результаты авторской интерпретации фактов с позиций Новой хронологии. В разделе «Производство соли» отражены результаты нашего многолетнего изучения этого вопроса.

2. Производство соли

На территории Древней Руси соль добывалась на побережье Белого моря, в районах Старой Руссы, Северной Двины, Вологды, Галича (Мерьского), Соли Галицкой, Вычегды, Торжка, Городца на Волге, Переяславля-Залесского, Ростова, Юрьева Польского и Суздаля, а также в Камском усолье. «Из-за фрагментарности сведений о технике солеварения в источниках XIII-XV вв. для освещения этого вопроса приходится пользоваться более поздними данными (от XVI до XIX в.)» [Горский, 1969]. То есть, достоверных свидетельств о производстве соли на территории Руси ранее XVI в. не имеется

Для производства поваренной соли из рассолов (морская вода, минеральные подземные воды и источники) нужна только энергия. В регионах с жарким климатом её дает Солнце. В регионах с умеренным климатом нужны дрова. Старая Русса расположена в зоне еловых и сосновых лесов, а на её территории имелись минеральные источники.

В производстве соли «на дровах» есть ещё один лимитирующий фактор. Нужна ёмкость, в которой выпаривается рассол. Для товарного производства соли её изготавливали из железа. Это большие сковороды – црены. То есть, эта технология производства соли могла возникнуть только после появления недорогого железа. С этим в Новгородчине проблем не имелось. Она являлась одним из центров производства железа из болотной руды [Колчин, 1959].

Минерализация воды в источниках Старой Руссы 19,5 г/л. Содержание хлоридов: NaCl – 13,0, KCl – 0,1, MgCl – 1,8 г/л [Рохель, 1880]. Остальные компоненты представлены в основном солями кальция. При испарении воды из порции рассола первыми в осадок выпадают соли кальция. При производстве поваренной соли их удаляют. При дальнейшем испарении в рассоле начинается кристаллизация галита (NaCl). Это и есть поваренная соль. Качество товарной соли определяется наличием в ней KCl и MgCl (их содержание должно быть минимальным). Эти соли имею высокую растворимость в воде, и выпадают в осадок при её испарении последними. Поэтому после выпадения в осадок основной массы галита работа с этой порцией рассола прекращается. Качество соли определяется очень просто. На вкус. Чем чище поваренная соль, тем она «солонее».

Добыча соли из источников Старой Ладоги по затратам энергии серьёзно проигрывала её добыче из воды океанов и большинства морей. Содержание в них хлоридов: NaCl – 27,2, KCl – 0,7, MgCl – 3,8 г/л. С другой стороны, имеется большой выигрыш по отношению к добыче соли из воды Балтийского моря. В ней среднее содержание солей 7,5 г/л, но в Финском заливе в некоторых местах оно опускается до 2 г/л. В воде юга Двинского залива Белого Моря содержание солей – 19 г/л, в Северо-Западной части Черного моря – 17 г/л. То есть, затраты энергии для добычи соли из минеральных источников Старой Руссы ниже, чем из воды Балтийского моря, и примерно одинаковые с её добычей из вод Белого и Чёрного морей.

Таким образом, тремя факторами, определяющими экономику производства соли, являются её содержание в минерализованной воде, наличие дров и дешёвого железа. Четвертый фактор – логистика. У Старой Руссы с этим было неплохо. Она находится в регионе схождения бассейнов Шелони, Ловати, Мсты и Волхова-Невы. В прошлом эти реки являлись торговыми водными путями.

Четыре обозначенных фактора определяли себестоимость производства соли в регионе и её доставки до потребителей. Себестоимость добычи соли была низкой в Люнебурге (Северная Германия, недалеко от Любека), основном её поставщике на Балтике. В его соляном источнике содержание хлоридов: NaCl – 246,7, MgCl – 3,0 г/л. Тем не менее, эта соль в конце XIV – начале XV в. проиграла конкуренцию французской соли, добываемой простым выпариванием морской воды в бассейнах, расположенных на отмелях Бискайского залива. Поэтому «даже в XVI в. […] соль оставалась предметом ввоза [в Московское царство] не только через Новгород и Псков, но и через Нарву» [Хорошкевич, 1963, с. 262]. То есть, до XVII в. объем добычи соли в Старой Руссе обеспечивал только потребности региона.

Новгород на Волхове торговые функции общерусского масштаба не выполнял. Торговый путь из Балтики на Верхнюю Волгу описал Иоганн Филипп Кильбургер в «Кратком известии о русской торговле, как она производилась в 1674 г. вывозными и привозными товарами по всей России». Из Нарвы плыли на ботах вверх по Луге. Там был переволок в Шелонь. По Шелони спускались до Ильменя, затем плыли вверх по Мсте. Новгород оставался в стороне. «В Вышнем Волочке, в 75 шагах от Цны [притока Мсты], вытекает Тверцаиз болотистого луга и вливается, наконец, возле города Твери в Волгу» [Курц, 1915]. То есть, через небольшой волок боты из бассейна Мсты попадали в бассейн Волги.

В конце XVII в. производство соли в Строй Руссе приходит в упадок. Главная причина – конкуренция по цене с более дешевой волжской и соликамской солью [Вязинин, 1994]. В 1704-1707 гг. солевары Старой Руссы сдавали соль в казну по 9 к. за пуд, а в Симбирске в 1703-1704 гг. оптовая цена камской и астраханской соли была от 4,5 до 7 к. за пуд [Дубман, 2015].

Временное оживление производства соли в Старой Руссе было во время Северной войны и в период строительства Петербурга. В 1710-1719 гг. производство соли было запрещено. Причина – чрезмерная вырубка лесов.

По государственной разнарядке 1731 г. Пермские промыслы должны были производить не менее 4 млн пудов соли в год, а Старорусский на порядок меньше – 312360 пудов [Вязинин, 1994].

В 1771 г. в Старой Руссе началось строительство государственного Солеваренного завода. Технология производства соли на нем соответствовала самым высоким стандартам того времени.

При производстве соли из рассолов методом выпаривания применялись два способа их обогащения – вымораживание и градирование. На морозе в рассоле образуется лёд с минимальным содержанием соли. Его удаляют. Концентрация соли в оставшемся рассоле повышается. Для градирования строится высокая галерея. В жёлоб на её верхней части подаётся рассол. Он стекает вниз по очищенным от коры веткам кустарника. При этом на ветру часть воды из рассола испаряется. Содержание в нем соли повышается. Обогащение рассола давало серьёзную экономию дров.

Вывод: не имеется технологических противопоказаний против того, что производство соли в Старой Руссе было начато в период Древней Руси.

 

3. Старая Русса в Традиционной истории

3.1. Письменные свидетельства

В письменных свидетельствах до начала XVI в. населённый пункт на месте Старой Руссы именовался «Руса». В конце 1530-х гг. в названии появилось прилагательное «Старая», а современная форма «Старая Русса» окончательно утвердилась в XVIII в.

Дата основания поселения на месте Старой Руссы принята по первому его упоминанию в летописях – 1167 г. [Акт, 2007]. В Новгородской первой летописи старшего извода сказано: «а Святославъ приде съ Суждалци и съ братома и съ Смолняны и съ полоцаны къ Русѣ». Но поселение на месте Русы возникло гораздо раньше.

В качестве доказательства добычи соли в Русе в древности приводится свидетельство из Псковской летописи 1363 г. [Аристов, 1866, с. 71]: «на Рухѣ поставиша двѣ варници соль варити, – и не бысть и повергоша». Однако оно относится к неудачной попытке наладить добычу соли в Пскове [Кулишер, 2004]. Других свидетельств добычи соли в Русе в период Древней Руси в книге [Аристов, 1866] не приведено.

В конце XV в. в состав Новгородчины входило пять пятин: Водская, Шелонская, Деревская, Бежецкая и Обонежская. Пятины делились на погосты. Шелонская пятина на западе была ограничена Лугой, на востоке – Ловатью. Включала бассейн Шелони и территории к югу от Ильменя. Руса находилась в восточной части пятины у слияния Полисти (левый приток Ловати) и Порусьи.

В последней четверти XV в. начинается переформатирование Новгородчины под новые стандарты Великого княжества Московского. Земельными владениями наделяются служилые люди (князья, дети боярские и «выслужившиеся»), в основном, из центральных регионов княжества. Имения выдаются на срок службы и по наследству не переходят. Деревни в основном однодворные и двухдворные. Но кто (этнически) проживал в них, этой информации мы не нашли.

На карте Шелонской пятины, составленной по писцовым книгам 1498г. [Писцовые, 1886], показан только бассейн Шелони [Нордман, 1908]. Территория от Волхова на востоке до владений Пскова была отформатирована под новые стандарты Московского княжества к концу XV в.

Имеется «Писцовая книга Шелонской пятины письма Матвея Иванвича Валуев. Описание посада Старой Руссы», датированная 1497/98 г. [Писцовые, 2009-а]. Впервые опубликована в 1905 г. Описание Русы приведено по концам, а внутри каждого из них – по категориям дворов. Выделены великокняжеские, владычные, монастырские, церковные, своеземческие. «Это резко отличается от писцовых книг Старой Руссы начала XVII в. (и книг по Новгороду второй половины XVI в.), где описание ведется по улицам в соответствии с порядком расположения дворов» [Писцовые, 2009-а, с. IV]. По нашему мнению резко отличается от других документов язык и стиль описания.

С дворов взимается позема и оброк. Примеры платы:

«А великого князя оброку положено на них две гривны ноугородцкие оприч позему» (л. 141);

- «позему дают 2 размера соли» (л. 142);

- «позема рубль и пол-5 гривны и пол-6 денги» (л. 146).

-«позему 140 и пол-6 размера соли, а денег восемь гривен и две денги. […] А великого князя оброку на них положено семь рублев и две гривны, оприч позему» (л. 145);

- «А великого князя оброку на них положено деньгами ноугородскими два рубля з гривною, и две денги» (л. 145);

- «сем гривен новогородская» (л. 149);

- «позема рубль и пол-5 гривен и пол-6 денги» (л. 146);

- «позему дают полтину и пол-3 гривны. А великого князя оброку положено на них семь гривен оприч позема» (л. 152);

- «а позема с них полосма рубля и пол-2 гривны и 2 деньги да 2 размера соли. А оброку на них положено 10 рублев ноугородцкие и 3 гривны и три деньги и за позем» (л. 157);

- «а позема гривна з золотником да 24 размера соли» (л. 93);

- «позема с огорода и з двора полтина» (л. 94).

Денежные единицы, отраженные в тексте писцовой книги 1497/98 г., по убыванию их номинала: рубль, полтина, гривна, золотник, денга.

В писцовых книгах данные по Русе приводятся отдельным документом, как описание её посада, датированное 1497/98 г. Отдельно даётся описание Околорусья. Оно локализовано по нижнему течению Ловати и её притоков – Полисти, Порусьи и Редьи, а также по реке Тулебле [Андрияшев, 1914]. Земли вокруг Русы сдавались с оброка её жителям.

Описание Околорусья приведено в писцовой книге 1539 г. [Писцовые, 1886] В нем отмечены владения пяти служилых людей. Их деревни находятся и в погостах за пределами Околорусья. Всего они владели 51 деревней, включающих 96 дворов, в которых проживало 103 человека (как мы понимаем, учитывались только работоспособные мужчины). Небольшую часть пашни служилые люди обрабатывали сами. С её большей части получали натуральный оброк, за небольшую часть оброк платился деньгами. Например: «рубль и 7 гривенъ съ денгою» (столбец 360), «3 рубли и 13 гривенъ и съ пол-8 денги въ Новогородскоре число» (столбец 363). Средний размер деревни – 2 двора. Упоминаются реки Ловать и Порусья.

В писцовых книгах XVI в. (без его последней четверти) данные по Русе не приведены. Имеется выпись 1550/51 г. о владениях в регионе монастырей Кузьмодемьянского («с Полисти») и Успенским (Успенья Пречитые с Поля от Русы») [Писцовые, 2009-б, с. 123]. В ней упомянуты и отхожие пожни по рекам Полисть, Ловать и Редья. В примечании относительно этого документа указано: «Из дела НПИ 1659 г. о выдаче выписки из писцовых книг властям Кузьмодемьянского монастыря из Старой Русы». То есть, документ датирован 1659 г.

В XVI в. в Старой Русе было 1545 дворов, в том числе 9 – наместника тиуна и доводчика, 63 – монастырей и духовенства, остальные тягловые [Чечулин, 1889, с. 52].

Английский посол Джайлс Флетчер в книге «О государстве русском» свидетельствовал, что по состоянию на 1588 г. «Город Москва платит ежегодно пошлины 12000 рублей, Смоленск 8000, Псков 12000, Новгород Великий 6000, Старая Руса солью и другими произведениями 18000, Торжок 800 рублей, Тверь 700, Ярославль 1200, Кострома 1800, Нижний Новгород 7000, Казань 11000, Вологда 2000 рублей» [Флетчер, 2002].

В 1607 г. в Старой Русе насчитывалось 1482 двора, 509 варниц соли и варничных мест [Вязинин, 1994]. Во время Смуты Старая Руса (в 1608-1609гг. входила в зону, подчиняющуюся отрядам Лжедмитрия II) была разорена.

Новгородчина в составе Швеции находилась в 1611-1617 гг. В 1611 г. новые власти выполнили полную инвентаризацию того, что в регионе имелось. Составлена и дозорная книга Старой Русы. После возвращения Новгородчины в состав Московского царства она была вывезена в Швецию. Хранится в Государственном архиве (Riksarkivet) в Стокгольме. Это беловой экземпляр, написанный одним подчерком. В 70-х годах прошлого века с него сделан микрофильм для архива Ленинградского института истории. Первая статья по результатам анализа дозорной книги опубликована в 2007 г. Сама книга – в 2009 г. [Писцовые, 2009-б].

Дозорная книга Старой Руссы – это детальнейшее описание процветающего ремесленного города, разоренного «литовскими людьми» в Смутное время. Примерно 70% дворов было сожжено, часть в запустении. Часть жителей убита «литовскими людьми», часть из города ушла, многие ремесленники обнищали. Земля в городе была государевой, монастырской и церковной. Владельцы дворов, садов и огородов платили за неё позему и оброк. За что-то взималась и пошлина. Варец – самая распространённая профессия. Большое количество служителей культа (попы, дьяки, пономари). Отмечен и палач. В тексте дозора название административного центра региона – Новегород (без прилагательного «Великий»). На дату дозора в Русе было 45 действующих варниц соли. В том числе 5 государевых и 4 монастырских. Остальные принадлежали посадским людям. В тексте отмечено и сколько варниц убыло относительно предыдущего дозора (1606/07 г.) – 132. Упоминается что в 1602 г. в государеву казну из Русы перечислено двадцать три рубля и девять алтын с деньгой. В тексте дозора фигурируют и полтины. Отметим, что первое упоминание алтына в свидетельствах датировано 1375 г. Первое совместное упоминание денги и алтына – 1381-1382 гг. [Муравьева, 2004-а].

Челобитная жителей Старой Русы новгородским воеводам Я.П.Делагарди и князю И.Н. Одоевскому с просьбой о сокращении платежей датирована 1612 г. [Дмитриева, 2016, с. 30-32]. В ней они называют себя посадскими людьми. Сообщают, что для шведского гарнизона построили острог, перечисляют то, что должны заплатить в качестве налога и просят его сократить. В качестве причины указывают, что «польские и литовские люди […] в Старой Русе у нас святые церкви осквернили […] колоколы и свечи пограбили, дворы з животы и с хлебом нынешним у нас сожгли». Налог включал и «шестидесят дву пудков десяти гривенок соли».

В «1625 г. здесь насчитали всего 8 действующих варниц: одна государева, три монастырских и четыре посадских. Царю Михаилу пришлось издать указ о заселении Старой Руссы жителями других городов» [Вязинин, 1994]. В публикации [Каниовский, 1910] приведены некоторые результаты обследования города комиссией 1625 г.: «на Борисоглебской площади находился гостиный двор с 600 лавками, которые были сожжены еще литовцами: в Морозовой слободе было три пустых амбара для склада государевой соли и 21 пустой дом, целые улицы города были не заселены, так, на Троицкой улице «один только двор жилой, а на нем один человек молодший, тягла на нем пол деньги; в местности Красной Луке, из 107 дворов, жилых было только 10: в улицах Калачницкой и Чертовой было 92 двора, из которых лишь 5 обитаемых». […] улиц было 35 и на них дворов 1303, с населением около 7000 человек, из которых к защите города от неприятеля участвовало 1200 человек, а в живых осталось лишь 38 человек».

22 апреля 1763 г. полностью выгорела центральная часть Старой Руссы. Пожар нанес неисправимый удар частному солеварению [Каниовский, 1910]. По указу Сената с этого года в городе разрешалось строить только каменные дома по утвержденному плану. Постройка деревянных домов с соблюдением противопожарной безопасности допускалась в предместьях города [Полянский, 1885].

В Старорусском уезде в 1897 г. было 195,9 тыс. жителей, в том числе в Старой Руссе 15,2 тыс. [Брокгауз, Русса]. В 2020 г. численность населения города составляла 27,7 тыс.

Тексты берестяных грамот, найденных в культурном слое Старой Руссы, рассмотрены в разделах 3.5, 4.1 и 4.3. Общие выводы по письменным свидетельствам приведены в разделе 4.1.

 

3.2. Картографические данные

В книге [Каниовский, 1910] приведен план Старой Руссы 1625 г. Другой план города начала XVII в., приведен в книге [Вязинин, 1994]. Скорее всего, это реконструкции, выполненные по описанию города 1625 г.

По лоции реки Волхов (карта 1724 г.) [Лоция] (на рисунке 1 показан её фрагмент) отметим следующее.

  1. Старая Руса показана как «город», таким же условным знаком, как и Новая Ладога. NovGorod (без прилагательного «Великий») показан похожим знаком, но большего размера и с дополнительными деталями.
  2. Старая Руса находится на стрелке у слияния Поруси и Полисти.
  3. Полисть подписана как Polns, Редья – Vergat (на карте-реконструкции Шелонской пятины по писцовым книгам 1498-1576 гг. в скобках указано её другое название – Дрея).
  4. Левый берег Ловати плотно заселен. Кроме Старой Русы посёлков в низовьях Полисти не имеется.
  5. В Старой Русе и её окрестности наличие монастырей не показано. Ближайший – Mikol, находится на острове в Ильмене в 21 км севернее города. На карте в округе Новгорода имеется большое количество монастырей.
  6. Рядом со Старой Русой находится озеро Solenoe.


Рис. 1 – Фрагмент лоции реки Волхов 1724 г. [Лоция]

 

3.3. Укрепления, монастыри и церкви

Планомерные археологические раскопки в Старой Руссе ведутся с 1966г. По археологическим данным «Руса возникла на рубеже X-XIвв. в стороне от раннесредневековых торговых путей, на периферии поселенческой структуры предшествующего времени» [Торопова, 2018-а, с. 27]. С середины XI в. Руса стала городом «в социально-экономическом, культурном и административном смысле». Однако, городские укрепления археологи пока не нашли [Торопова, 2016]. В конце XI в. город на Руси без укреплений – нонсенс. Археологи это понимают, но … пока не нашли.

В Русе в прошлом было четыре монастыря: Спасский, Успенский, Козмодемьянский и Никольский. Вблизи неё: Никольский Косинский, Сергиевский, Никольский с Кречева (все три на Полисте) [Андрияшев, 1914].

Каменные храмы Спасо-Преображенского монастыря существуют и сегодня. Храмы Козмодемьянского и Успенского монастырей не сохранились [Торопова, 2011, рис.]. В книге 1914 г. в Старой Руссе указан Никольский монастырь. Скорее всего, это ошибка. Справку по Спасо-Преображенскому монастырю привел автор публикации [Ядрышников, 2000]. «Сведения об основании обители и первых годах ее существования содержатся в летописях, там же можно найти сообщение о перестройке главного храма в XV веке. Кроме этих летописных статей о дальнейшей судьбе монастыря нет никакой полезной информации вплоть до XVII века. Неизвестны его экономическое состояние, строительная история, состав построек и прочее. В период «шведского разорения» монастырь, как и все другие храмы и дворы, сильно пострадал, хотя трудно говорить об этом конкретно. Есть некоторые сведения о возобновлении обители, а затем снова, до конца XVIII века, – белое пятно. Начиная с XIX столетия история монастыря прослеживается уже достаточно подробно». То есть, достоверная информация по Спасо-Преображенскому монастырю имеется только начиная с XIX в.

По результатам анализа различных свидетельств в Русе в XV в. существовало не менее 6 каменных храмов, а в самом начале XVII в. – не менее 14. Однако, «Ни один руинированный храм на территории Старой Руссы пока не выявлен и не изучен археологически» [Курбанова, 2010]. В публикации [Сташевская, 2019] приведены архитектурные бренды Старой Руссы. Это Воскресенский собор (построен в конце XVII в.), церковь Троицы (сообщается, что она сгорела в 1680 г., реставрировалась в 1762, 1854, 1980 гг.), церковь во имя святителя Николая (начало XVII в.), Косинский монастырь (основан в 1220-е годы, разрушен во время Великой Отечественной войны).

Автор публикации [Сташевская, 2019] не указала каменную церковь Святого Мины. Датируется 1420-1440 гг., а по архитектурному аналогу – 1465-1475 гг. [Петров, 2015]. Имеются данные о том, что каменный храм был построен на месте деревянного. Имеется и свидетельство того, что Иверский монастырь незадолго до 1654 г.«восстановил ц. Мины и рядом поставил подворье с целью организации соляного промысла» [Вязинин, 1994]. Точка в этом вопросе поставлена в энциклопедическом словаре: «Церквей православных 17 каменных и 1 деревянная; лютеранская 1; мужской монастырь (основан в 1192 г.). Церкви Старой Р., древние по происхождению, все перестроены за последние 200 лет» [Брокгауз, Старая Русса]. То есть, самая ранняя реальная дата храма Святого Мины – «незадолго до 1654 г.». Но деревянная церковь на его месте существовала и ранее.

В 1403 г. новгородские купцы просолы построили в Русе каменную церковь Бориса и Глеба [Аристов, 1866]. Сегодня она числится как несохранившаяся (Рис. 2).

Вывод: реальных строений или руин, свидетельствующих о древности Старой Руссы, сегодня не имеется.



Рис. 2 – Центральная часть Старой Руссы. Мощность культурного слоя [Торопова, 2011; Торопова, 2016 ] (упрощено)



1-4 – мощность культурного слоя: менее 0,5 м (1), 0,5-1,5 м (2), 1,5-2,5 м (3), более 5,5 м (4). 5 – храмы сохранившиеся (а) и несохранившиеся (б); 6 – древнейшее ядро Русы (приблизительные границы); 7 – археологические раскопы (показаны только находящиеся в пределах древнейшего ядра): П-I, П-II и X – Пятницкий-I, Пятницкий-II, X.

Храмы: 1 – Спасо-Преображенский монастырь; 2 – ц. Св. Николая; 3 – ц. Св. Георгия; 4 – ц. Св. Мины; 5 – ц. Св. Троицы; 6 – ц. Введения; 7 – Воскресенский собор; 8 – Богородицкий (Успенский) монастырь; 9 – Козьмодемьянский монастырь; 10 – Борисоглебский собор; 11 – ц. Св. Правкевы Пятницы; 12 – ц. Ильи Пророка; 13 – ц. Свв. Петра и Павла;
14 – ц. Св. Анастасии; 15 – ц. Св. Дмитрия Солоунского.

3.4. Данные археологии

В окрестностях Старой Руссы не найдены клады дирхемов (Рис. 3). Ближайший находятся на побережье Ладоги. Рядом с городом не имеется курганных погребений. Их группы расположены южнее города по берегам Порусьи и Полисти, а также притоков последней.

678

Рис. 3 – Археологические памятники рубежа первого и второго тысячелетий в Околорусье [Торопова, 2016]
1 – клад дирхемов конца Х в.; 2 – погребальные насыпи; 3 – несохранившиеся погребальные насыпи; 4 – поселения.

Модель культурного слоя Старой Руссы построена по данным бурения скважин (принято во внимание 192), археологических шурфов и раскопов. Его мощность (от материка до поверхности земли) в центральной части города приведена на рисунке 2. Местами она превышает 6,0 м. Локальному увеличению мощности до более 4,0 м в районе древнейшего ядра Русы соответствует холм [Торопова, 2018-а]. Он сформирован культурным слоем.

С 1966 г. в Старой Руссе выполнено 25 раскопов. Детальное описание стратиграфии культурного слоя приведено в публикации [Торопова, 2018-а]. Раскоп Пятницкий-I изучен экспедицией Новгородского университета в 2002-2012 гг. Находится по мнению археологов в центральной части исторического ядра Старой Руссы. Площадь раскопа около 210 м2, до материка доведен на площади около 170 м2. Материк представлен светло-серой супесью с отдельными выходами нижележащей коричневой глины. Общая мощность культурного слоя 5,71-6,09 м. Он состоит из двух толщ – анаэробной и аэробной. Мощность первой 4,5-5,0 м. Сложена темно-коричневым гумусом и навозом с углистыми и золистыми прослойками. В анаэробной толще хорошо сохраняется органика (древесина, кожа, текстиль, береста, …) и металл. Мощность аэробной толщи примерно 1,2 м. Сложена серым и темно-серым гумусом. Естественное залегание отложений нарушено перекопами. Органика в этой толще сохраняется плохо.

С юга к раскопу Пятницкий-I примыкает раскоп Пятницкий-II. В 2019 г. его площадь составила 251 м2. Доведен до яруса VIII [Самойлов, 2019]. Южнее раскопа Пятницкий-II находится раскоп X [Самойлов, 2020]. Обобщенные данные по результатам изучения раскопов Пятницкий-I и Пятницкий-II приведены на рисунке 4. В анаэробной толще выделено 18 ярусов (28 слоёв и предматерик). Их датирование выполнено по керамике, пряслицам и бусам. По бревнам строений и плахам мостовых получены дендрохронологические даты. Радиоуглеродное, археомагнитное и термолюминесцентное датирования не применялись.

Нижний ярус культурного слоя (XVIII) датирован второй третью XI в. Самый верхний ярус (I) анаэробной толщи – первым десятилетием – второй третью XV в. Фрагменты и заклёпки цренов встречаются в самых нижних ярусах культурного слоя (Рис. 5). Часть их «втоптана» в предматерик. Признаки солеварения отмечены и в других ярусах, в том числе и в самом верхнем.

Археологические находки из древнейших культурных напластований Старой Руссы показаны на рисунке 6. Из других интересных находок можно отметить серебряный слиток-«полтину», найденный в раскопе Пятницкий-II в ярусе II (первое десятилетие XV в. – 1420-е гг.) [Самойлов, 2020].

Вывод: за более чем за 50 лет раскопок в Старой Руссе археологи не нашли артефакты, свидетельствующие о наличии в прошлом на её территории поселения городского типа с развитым ремесленным производством.

*Признаки производства соли.
| **Ярус X – погребение детей (голод); ярус IX – запустение; ярус IV – пожар.

Рис. 4. – Старая Русса. Культурный слой в раскопах Пятницкий-I и Пятницкий-II [Торопова, 2018-а; Торопова, 2018-б; Самойлов, 2019; Самойлов, 2020]




Рис. 5 – Раскоп Пятницкий-I. Сопоставление мощности напластований XI-XII вв. с изменением плотности находок в слое [Торопова, 2016]





Рис. 6. – Археологические находки из древнейших культурных напластований Старой Руссы [Торопова, 2018-б]

1– резной сосуд, дерево, Борисоглебский раскоп; 2 – крест-энколпион, цветной металл, раскоп Борисоглебский; фрагменты свечей, воск, раскоп Борисоглебский; 4– крест нательный с «грубым изображением Распятия», цветной металл, раскоп Пятницкий-I; 5– подвеска с изображением птицы, цветной металл, раскоп Пятницкий-I; 6– бусина глазчатая, стекло, раскоп Пятницкий-I; 7– «крапчатая» бусина, стекло, раскоп Пятницкий-I; 8– фрагмент подвески-лунницы, цветной металл, раскоп Пятницкий-I; 9– фрагмент фибулы, цветной металл, раскоп VII; 10– орнаментированное острие, кость, раскоп Пятницкий-I; 11– привеска плети, черный металл, раскоп Борисоглебский; 12– накладка, цветной металл, раскоп Борисоглебский; 13– наконечник пояса, цветной металл, раскоп Борисоглебский; 14– пряслице с процарапанным знаком, пирофиллит, раскоп Борисоглебский; 15– колок струнного музыкального инструмента, дерево, раскоп Борисоглебский; 16– футляр и деталь футляра для односторонних гребней, рог, раскоп Пятницкий-I; 17– двусторонний гребень, рог, раскоп Пятницкий-I.

3.5. Берестяные грамоты

На сайте [Грамоты] приведены берестяные грамоты, найденные при археологическом изучении Старой Руссы. Всего их 51. Датируются по археологическим ярусам (слоям) периодом 1075/1100-1410/1420 гг. На части грамот только отдельные фрагменты фраз. На остальных – финансовые документы (долговые списки и торговые распоряжения) и бытовые письма.

Упоминаемые в грамотах названия денег: гривна (номера грамот: 2, 6, 14, 15, 19, 30, 35, 38, 43), куна (5, 13, 14, 15, 16, 22, 32, 34, 35, 36, 37), резана (18, 21, 22, 36, 38), ногата (16, 20, 21, 32), рубль (2).

3.6. Дендрошкала

Дендрошкалы бывают плавающими и абсолютными. Абсолютные привязаны к живым деревьям и имеют абсолютные даны. Плавающие создаются для каких-то хронологических интервалов и датируются по абсолютным дендрошкалам, радиоуглеродным методом или свидетельствам о годах строительства объектов, из которых отобраны дендрохронологические материалы (спилы). Нами создан метод датирования плавающих дендрошкал по климатическим сигналам (раздел 5.2) [Тюрин, 2017].

В 1959 г. по мостовой Неревского раскопа Б.А. Колчиным составлена первая дендрошкала Новгорода, включающая 95 образцов (индивидуальных дендрокривых). Она является плавающей. Датирование дендрошкалы выполнено в 1960 г. по датам строительства пяти церквей [Колчин, 1977]. «Для наших исследований мы могли достать от трех церквей лежни и от двух церквей связи. Круглые деревянные лежни мы получили от церкви Архангела (церковь была заложена осенью 1300 г.), церкви Саввы на Кузьмодемьянской улице (заложена в 1418 г.) и церкви Спас Преображения на Разваже улице (заложена в 1421 г.). Деревянные связи получены от церкви Михаила Сковоротского монастыря (построена в 1355 г.) и церкви Иоанна Богослова на Витке (построена в 1384 г.). Всего от указанных церквей мы взяли 39 образцов полных спилов от бревен лаг и брусьев связей». По отобранным образцам построена независимая дендрошкала протяженностью 237 лет. Установлено, что датами последних внешних колец строительных бревен, из которых отобраны образцы, являются 1299, 1354, 1383, 1417 и 1420 гг., что на один год расходится с датами заложения соответствующих церквей. Эта абсолютно датированная вспомогательная дендрошкала использована как эталон для датировки Новгородской дендрошкалы. После эталонирования последняя получила абсолютные даты – 884-1462 гг. Эта датировка подтверждена по датам заложения еще трех церквей: Андрея Юродивого на Ситецке (1371 г.), Благовещения на Городище (1342-1343 гг.) и Симеона в Зверином монастыре (1467 г.).

На основе Новгородской дендрошкалы датированы плавающие дендрошкалы культурных слоев городов и археологических объектов европейской части России: Пскова, Орешка, Торопца, Полоцка, Белоозера, Смоленска и Мстиславля, Старой Ладоги, Старой Руссы и Рюрикова городища [Колчин, 1977; Черных, 1972].

Дендрошкалы по раскопам Старой Руссы показаны на рисунке 7. По ним получены десятки дендрохронологических дат (Рис. 8). На улице «Губка» (раскоп X) самые поздние порубочные даты плах 4 яруса мостовой попали в интервал 1432-1436 гг. [Черных, 1996]. На Борисоглебской улице самые ранние порубочные даты плах 11 яруса мостовой – в интервал 1042-1044 гг. (выше даты даны по Б.А. Колчину). Дендродаты по раскопам Пятницкий-I и Пятницкий-II приведены на рисунке 4. По всем имеющимся данным построена дендрошкала Старой Руссы. Она охватывает период 870-1431 гг. Её протяженность 562 года [Тарабардина, 2018]. Отметим, что на рисунке 8 показаны дендродаты XIX и XX вв. Это означает, что для этого хронологического периода имеется абсолютно датированная дендрошкала.



Рис. 7 – Локальные дендрошкалы Старой Руссы [Тарабардина, 2018]. Информация красным цветом нанесена А.М. Тюриным.





Рис. 8 – Распределение дендродат, характеризующих постройки Старой Руссы, по векам [Тарабардина, 2018]. Информация красным цветом нанесена А.М. Тюриным.

 

4. Старая Русса в Новой хронологии

4.1. Письменные свидетельства

Проблемной является идентификация первого упоминания Русы в летописи с конкретным поселением на месте Старой Руссы. То есть, достоверных свидетельств о существовании Русы в период Древней Руси не имеется. Не имеется их до конца XV в. В более поздний период некоторые сомнения в подлинности вызывает описание посада Русы, датированное 1497/98 г. Но его можно принять во внимание. То есть, в конце XV в. Руса была большим городом. В отмеченных выше писцовых книгах названия Новгорода на Волхове с прилагательным «Великий» нам не встречалось. Не имеется и других сведений, противоречащих гипотезе А.Т. Фоменко и Г.В.Носовского.

Гипотезе авторов Новой хронологии кардинально противоречит только свидетельство Джайлса Флетчера, в котором Великий Новгород упоминается наряду с Ярославлем. Это явная фальсификация. На неё указывает размер пошлины, получаемой Московским царством из Старой Русы по состоянию на 1588 г. ­– 18000 рублей. При всех ухищрениях историки не смогут обосновать эту фантастическую цифру. Тем не менее, они приняли её как достоверный факт. Отметим и мутные истории с первыми публикациями «О государстве русском» в Англии и России [Калюжный, 2003].

По мнению историков и археологов новгородская гривна в XII-XIII вв. представляла собой слиток серебра полукруглого или трапециевидного сечения, с расширяющимися концами длинной от 14 до 20 см и весом 196-197 г. С конца XIII форма слитков меняется. Их длина от 10 до 14 см, вес тяготеет к 200 г. Считается, что именно они в летописных текстах и берестяных грамотах именуются рублями [Горлов, 2019]. Слитки серебра, как суррогат монет, исчезли из обращения в конце XIV – первой половине XV вв.

В справочниках сообщается, что первая монета под названием «рубль» отчеканена в Московском царстве в 1654 г. До этого словом «рубль» обозначалась счетная единица. Первая монета с названием «денга» отчеканена при Дмитрии Донском в период от 60-х до 80-х годов XIV в. На основе «Снижение весовой нормы московских монет до 0,90-0,93 г (1/200 гривны серебра)» [Муравьева, 2004-а, с. 80] можно предположить, что гривна в поздних свидетельствах тоже фигурирует как счетная единица.

В 1535 г. в Московском княжестве начата денежная реформа. По её результатам в обращение внедрены серебряные монеты копейка, денга и полушка. Две последние имели номинал в 1/2 и 1/4 копейки. Остальные денежные единицы были счётными: алтын (3 копейки или 6 денег), гривна (10 копеек), полтина (50 копеек) и рубль (100 копеек) [Муравьёва, 2004-б]. Из весового стандарта гривенки (204,756 г) чеканилось 300 денег. 1 рубль соответствовал 63 г серебра.

Исходя из вышесказанного, нам непонятна денежная система, отраженная в «Описании посада Старой Руссы» 1497/98 г. Попытка разобраться в ней «наткнулась» на одиозный феномен Традиционной истории – безмонетный период на Руси с начала XI до конца XIV вв.

В грамоте Ст. Р. 2 (раскоп X, 1410-1420 гг.) приведены цены на соль и соленую рыбу: «А просят здесь соли по семи лубов (лубяных коробов) за рубль. […] А просол (малосольная рыба) здесь по пяти гривен бочка» [Грамоты]. Луб как мера сыпучих тел составлял 6-13 пудов [Лебединская, 2013]. Исходя из этого, оптовая цена соли была 1,1-2,4 к. за пуд. В одной бочке может быть примерно 100 кг соленой рыбы. Её оптовая цена 20 кг за одну гривну.

В грамоте Ст. Р. 30 (раскоп Борисоглебский, 1180-1200 гг.) приведена цена сущика (мелкая рыба, сушёная в русской печи): «А Петру скажи: «Куда ты дел два воза сущика? Доставь [их]. Если же не доставишь, то [заплатишь] сто гривен за два воза»». Воз, как мера составлял 163,8 кг [Мусин, 2019] или 20-25 пудов [Брокгауз, Воз]. Оптовая цена сущика 0,13-0,31 гривны за 1 кг.

Вполне возможно, что гривна в грамоте 1410-1420 гг. равнялась 10 к. Но в грамоте 1180-1200 гг. она гарантированно являлась слитком серебра весом около 200 г. То есть, по мнению археологов и историков оптовая цена 1 кг сушёной рыбы составляла 26-62 г серебра. Это, конечно, нонсенс.

Общие выводы.

1. Первое относительно достоверное свидетельство о добыче соли в Русе приведено в описании её посада и относится к 1497/98 г.

2. В конце XV в. Старая Русса была крупным ремесленным центром с развитым производством соли. По более раннему периоду достоверных свидетельств по поселению не имеется.

3. Вопрос о денежной системе, существовавшей в Старой Руссе в конце XV в., историками не прояснен.

4. Информация в грамоте Ст. Р. 30 (1180-1200 гг.) не соответствует представлениям археологов и историков о денежной единице, обозначаемой в тот период словом «гривна».

4.2. Датирование культурного слоя

По трем массивам независимой информации (дендрохронологические данные, извержения вулканов и письменные свидетельства) выделены глобальные климатические сигналы в период 1450-1850 гг. Выполнено их сопоставление с годами угнетений (относительно узких годовых колец), выделенных в Новгородской дендрошкале Б.А.Колчиным и Н.Б.Черных [Колчин, 1977; Черных, 1972] в интервале 1001-1462 гг. Выявлены угнетения, соответствующие семи глобальным сигналам: 1453, 1466, 1601, 1610, 1783, 1797, 1814-1815 гг., но со сдвигом на 391 год. Сделан вывод: даты, принятые в Новгородской дендрохронологии, сдвинуты в прошлое на 391 год [Тюрин, 2017]. Достоверных дендрохронологических дат, которые противоречат соответствующей передатировке, в Новгородской дендрохронологии не имеется. Плавающие дендрошкалы раскопов в Старой Руссе датированы по Новгородской дендрошкале. Следовательно, их даты тоже сдвинуты в прошлое на 391 лет. С учетом этого сдвига можно дендродаты археологов пересчитать в реальные.

Разработчик современной Новгородской дендрошкалы NOVPIN (1083-1549 гг.)О.А. Тарабардина «сдвинула» её даты на 1 год в прошлое относительно дат Б.А. Колчина [Тарабардина, 2009]. То есть, хронологический сдвиг дендрошкалы NOVPIN относительно реальных дат составляет 392 года. Ему соответствуют даты археологов, отраженные в публикациях XXI в.

Примем, что заготовка бревен производилась зимой, а строительство из них сооружений в Русе – следующим летом. Но в строительстве использовались и «старые» брёвна.

В ярусе XVIII раскопа Пятницкий-I «Постройка ПС-37 – явно производственное сооружение, связанное с солеварением или ремонтом цренов. Дендрохронологически датированы подкладки сооружения ПС-39 (не ранее 1032 г. и 1039 г.), а также доска рядом с ПС-37 (1041 г.)» [Торопова, 2018-а, с. 2]. Не ранее 1032 г. – не ранее 1424 г. Дата доски 1433 г. 1426 г. можно принять за основание поселения на месте раскопа.

В ярусе I раскопа Пятницкий-I выявлен сруб (внутри отходы производства соли). Дендродаты столбов-«стульев» его фундамента: 1413 и 1431 гг. Дендродата внутриусадебной вымостки 1404 г. Строения яруса I раскопа Пятницкий-II не датированы. Ему соответствует ярус IV мостовой улицы «Губка»/Петрова. Дендродаты 1431-1435 гг. [Самойлов, 2020]. Это дает дату основание яруса I (строительства сруба) – 1824 г. Ярус мостовой уложен в 1828 г.

Хронологический интервал ярусов XVII-II раскопа Пятницкий-I – 1426-1824 гг. Его длительность 398 лет. Это даёт 23 года на ярус. Основание яруса I датировано 1824 г. При учете средней «длительности» яруса его верхняя граница соответствует 1847 г. В датах археологов – 1455 г. Но у них ярус I датирован второй третью XV в. Для расчета скорости накопления культурного слоя мы примем нашу дату.

На Борисоглебской улице самые ранние порубочные даты плах 11 яруса мостовой попали в интервал 1042-1044 гг. Ярус уложен в 1436 г.

По трем независимым дендрохронологическим датам (постройка ПС-37 на раскопе Пятницкий-I, ярусы мостовых улиц «Губка»/Петрова и Борисоглебской) уверенно определяется время появления первого поселения на месте Старой Руссы – 1426 г.

4.3. Верификация результатов датирования

4.3.1. Скорость накопления культурного слоя

Скорость накопления анаэробной толщи культурного слоя 1,09 см в год. По модели археологов скорость накопления аэробной толщи составляет 0,19 см в год, что в 5,7 раза ниже, чем нижележащей толщи. Этот феномен археологи даже не попытались объяснить. По нашей модели этот параметр составляет 1,5. Объясняется легко. В ярусе III раскопа Пятницкий-II выявлен жилой дом и две постройки для стойлового содержания скота [Самойлов, 2020]. Дендродаты самых молодых брёвен – 1375 и 1376 гг. По нашей датировке они построены 1767 и 1768 гг. Именно скот, содержащийся на усадьбах жителей Старой Руссы, внёс самый большой вклад в формирование её культурного слоя (навоз и перегной). Но в XX в. содержание скота в городе ограничили. Поэтому скорость формирования культурного слоя снизилась.

4.3.2. Археология и письменные свидетельства

В соответствии с описанием посада Русы в 1497/98 г. это был развитый город. По модели археологов культурные отложения этого года попали в аэробную толщу. В неё же попали отложения последней трети XV в. – XX вв. Нашли археологи в них массовые артефакты последней трети XV – XX вв.? Органика в аэробном слое сохраняется плохо. Но в нем должны быть фрагменты керамики, свинцовые пломбы и печати, монеты, стекло, признаки производства соли. Ничего этого не найдено (в публикациях о таких находках не сообщается). По нашей модели в аэробной толще могли быть только артефакты, которые уверенно идентифицируются как относящиеся ко второй половине XIX-XX вв.

4.3.3. Голод 1560-1564 гг.

В грамоте Ст. Р. 10 (1160-1180 гг.) сообщается о голоде в Русе [Грамоты]. По результатам нашего датирования он случился в период 1552-1572 гг. В соответствии с письменными свидетельствами, климатические события в регионе, приведшие к голоду, были в 1560, 1562, 1563 и 1564 гг. [Вязинин, 1994].

4.3.4. Цена на рыбу

По тексту грамоты Ст. Р. 30 (1180-1200 гг.) оптовая цена сушёной рыбы составляет 0,13-0,31 гривны за 1 кг. Наша дата грамоты – 1572-­1592 гг. В это время счетная гривна составляла 10 к. Цена рыбы 1,3-3,1 к. В соответствии с текстом грамоты Ст. Р. 2 (наша дата 1802-1812 гг.) оптовая цена соленой рыбы 0,05 гривны за 1 кг. Это 0,5 к.

4.3.5. Голод 1601-1603 гг.

В раскопе Пятницкий-I в срубе, датированном первой третью XIII в. (ярус X), обнаружены два погребения грудных детей. По результатам палеопатологического анализа установлено наличие у них цинги в острой форме [Торопова, 2012]. Сделано предположение, что болезнь связана с голодом в семье кормящей матери. Голод в Русе случился в период 1591-1624 гг. В 1601-1603 гг. на Руси был большой голод, связанный с климатическими событиями, обусловленными извержением вулкана Уайнапутина (Перу) в феврале-марте 1600 г. [Тюрин, 2017]. В Новгородской дендрошкале им соответствуют со сдвигом на 391 год 3 узких годовых кольца 1210-1212 гг. То есть, климатические условия были неблагоприятными для роста деревьев.

4.3.6. Запустение города в первой четверти XVII в.

Голод (1601-1603 гг.), моровое поветрие (1606-1607 гг.), разгром Русы во время Смуты (1608-1609 гг.), тяжёлые повинности в период её нахождения в составе Швеции (1611-1617 гг.) привели к обозлюдиванию города. В 1625 г. издан указ о его заселении жителями других городов. Период запустения города длился всю первую четверть XVII в. Как быстро восстанавливался город, такую информацию мы не нашли. По раскопу Пятницкий-I приведены такие данные: «В напластованиях 1230-1240-х гг. (ярус IX) обнаружены явные следы зарастания данного участка на каком-то этапе (корни кустарников/небольших деревьев, следы формирования дерновины). О снижении интенсивности жизни свидетельствует и малая плотность находок» [Торопова, 2018-а, с. 3]. Наши даты запустения – 1621­-1630-е гг., идеально соответствуют письменным свидетельствам.

Естественно, в период запустения города строительство новых сооружений из дерева велось в ограниченном объёме. Это отразилось на распределении дендродат по векам: в XII и XIV вв. их 33 и 30 %, а в XIII – 14% (Рис. 8).

4.3.7. Пожар 1763 г.

В ярусе IV раскопа Пятницкий-I выявлен сгоревшие сруб не идентифицированного назначения (дендродаты: 1361 и 1364 гг.) и жилой дом (дендродаты: 1338 (2), 1357/58, 1359, 1360 (2), 1362, 1363 (5), 1363/64 гг.) Они сгорели не ранее 1755 г. Предположим, что это был пожар 1763 г. Что произошло позднее? На раскопе Пятницкий-II (ярус III) «снова возводится жилой дом (четырехстенок ПС-5, внутренние размеры 5,2×5,2 м, гл. -120/-203 см, дендродаты: 1367, 1368, 1370, 1373 (два спила), 1387 г. (ремонт)» [Самойлов, 2020, с. 7]. В ярусе III «Фиксировались линии частоколов, ограждающих усадьбу «А» с юга (дендродаты: 1373 г. (6 образцов)) и востока (в восточной стенке раскопа, дендродаты: 1357, 1360, 1373, 1374, 1375 гг.)» [Торопова, 2018-а, с. 4]. Через два или три года после пожара владелец усадьбы обнёс её частоколом и построил дом. При этом использовал в основном брёвна, заготовленные в холодный период 1765/1766 гг. (порубочные даты 1373 г.) Частокол укреплял и в последующие годы (дендродаты: 1374, 1375 гг.).

После пожара 1763 г. дом и частокол были возведены в пределах раскопа Пятницкий-II, рядом со сгоревшим домом на раскопе Пятницкий-I. Возводились ли на последним жилые помещения после пожара? Нет. Только производственные срубы, связанные с производством соли [Торопова, 2018-а]. Это соответствует указу Сената о постройке деревянных домов в предместьях города с соблюдением противопожарной безопасности (плотная застройка была запрещена).

4.3.8. Строительство только каменных зданий

Верхний хронологический рубеж дендрошкалы раскопа Георгиевский-II – 1370 г. По нашей трактовке – 1762 г. Последние строения на территории раскопа возведены за год до пожара 1763 г. Раскоп находится в историческом центре Старой Руссы (в междуречье Полисти и Поруси) [Торопова, 2016]. В соответствии с указом Сената здесь после пожара разрешено было строить только каменные здания. Поэтому у археологов не имелось данных для наращивания дендрошкалы в более поздний период.

4.3.9. Мостовая улицы «Губка»/Петрова

Ярусу I раскопов Пятницкий-I и Пятницкий-II соответствуют ярус IV мостовой улицы «Губка»/Петрова и ярус III улицы Борисоглебская. Выше яруса IV на улице «Губка»/Петрова залегали ещё три яруса мостовой. Срок службы яруса мостовой определен выше – 23 года. Ярус IV уложен в 1828 г. Верхний ярус мостовой уложен в 1897 г. Мостовая могла служить до 1920 г. То есть, деревянные мостовые в Старой Руссе пережили Российскую империю. Их перестали настилать только после смены в стране экономического уклада. Противопоказаний для существования деревянных мостовых в уездном городе в XX в. не имеется. Отметим, что нашими реконструкциями подтвержден прогноз авторов Новой хронологии: «последние слои мостовых могут относиться к XIX или даже XX веку» [Носовский, Фоменко, 2012].

Выводы раздела 4.3: По результатам верификации наше датирование культурного слоя Старой Руссы подтверждено. Фактов, противоречащих ему, не выявлено.

 

5. Реконструкции в рамках Традиционной истории

Великий Новгород русских летописей находился на Волхове. Руса была развитым городом Новгородской республики. Однако, письменных свидетельств о Русе до конца XIV в. крайне мало.

Первое упоминание Русы в летописях относится к 1167 г. По результатам археологического изучения культурного слоя Старой Руссы для его нижней части построена плавающая дендрошкала. Она абсолютно датирована 870-1431 годами по Новгородской дендрошкале. Датирование ярусов нижней части культурного слоя выполнено по керамике, пряслицам и бусам. По бревнам строений и плахам мостовых получены дендрохронологические даты. Радиоуглеродное, археомагнитное и термолюминесцентное датирования не применялись.

По данным археологии поселение на месте Старой Руссы возникло на рубеже X-XIвв. С середины XI в. Руса стала полноценным средневековым городом, но не имела городских укреплений. По археологическим данным производство соли начато сразу же после основания поселения. Однако, первые достоверные письменные свидетельства об этом относятся к самому концу XV в. В Русе существовало 3 монастыря и 12 церквей. Однако, руинированные храмы двух монастырей и 6 церквей не найдены. Достоверная информация по третьему монастырю имеется только начиная с XIX в.

 

6. Реконструкции в рамках Новой хронологии

Реконструкция прошлого Старой Руссы и Окорусья в рамках Новой хронологии выполнена по информации, приведенной в письменных свидетельствах, и результатам нашего датирования культурного слоя города по данным дендрохронологии: дендрошкала Старой Руссы и все полученные на её основе дендродаты сдвинуты в прошлое на 392 года.

Поселения на территории Новгородчины формировались на речных путях – Волхов, Мста, Ловать и Шелонь. Полисть и её правый приток Порусья таковыми не являлись. Полисть вытекает из озера Полисто. Длина реки 176 км. Порусья вытекает из Рдейских болот. Длина 142 км.

Поселение на месте раскопа Пятницкий-I основано в 1426 г. Можно принять, что первое поселение на территории Старой Руссы возникло в первой четверти XV в.

То, что в поселении на месте раскопа Пятницкий-I с самого его основания началось производство соли, достоверным фактом не является. Археолог М.П. Грязнов объяснил своим коллегам: «все вещи минерального состава (кость, керамика, камень, металл и др.), оставленные на поверхности почвы, через некоторое время (в пределах нескольких десятков лет) оказываются в нижней части гумусного слоя» [Грязнов, 1973]. Это мы и видим в раскопе Пятницкий-I (Рис. 5). Максимальное количество заклёпок и фрагментов цренов, находятся в самой нижней части культурного слоя. А индивидуальных находок из кожи и её обрезков в нем минимальное количество. То есть, наличие заклёпок и фрагментов цренов в нижней части культурного слоя раскопа не является доказательством производства соли в период его формирования. Они могли туда «опуститься» из верхних ярусов. В конце XV в. производство соли в Русе было уже массовым. То есть, оно гарантированно возникло в XV в.

После начала массового производства соли в XV в. Руса получила особый статус. Её жителям были отведены сельхозугодья и леса. В писцовых книгах эта территория называется Околорусьем (применялось ли такое словообразование в XVI в.?) . Владения служивых людей в ней были ограничены. Жители Русы (посадские люди) в XV-XVI вв. занимались сельским хозяйством, главным образом, скотоводством. В тёплый период года скот был на пастбищах, зимой в стойлах на усадьбах. Летом производилась заготовка сена. За пользование сельхозугодьями жители Русы платили оброк. Платили его и за пользование лесами. При стойловом содержании скота его кормили сеном. Скот производил навоз. Это главный фактор формирования культурного слоя. В нем часть навоза трансформировалась в перегной, который археологи называют гумусом.

Производство соли в XV-XVI в. для жителей Русы было побочным промыслом. Её выварка производилась в зимнее время, когда они были свободны от сельхозработ, и, главное, имелась возможность обогащать солёную воду источников вымораживанием. Но в Русе были и варницы государственные, монастырские, принадлежащие отдельным предпринимателям.

То, что археологи считают центральной частью Русы (Рис. 2), реально является пригородом скотоводов. Центральная часть города была в месте слияния Полисти и Порусьи (Рис. 1). Включала она и правый берег последней реки. Маркируется сохранившимися храмами церквей Св. Николая, Св. Георгия, Св. Мины, Св. Троицы и Воскресенским собором (Рис. 2). Церквей с «несохранившимися» храмами на территории Старой Руссы никогда не существовало. Это церкви Св. Правкевы Пятницы, Ильи Пророка, Свв. Петра и Павла, Св. Анастасии, Св. Дмитрия Солоунского и Борисоглебский собор. Примечательно, что «несохранившиеся» храмы археологи поместили в пригороде скотоводов, считая его историческим центром города.

Монастырей на территории Старой Руссы и в её ближайшей округе в XV-XVI в. тоже не существовало. Были только монастырские подворья, специализирующиеся на производстве соли. Спасо-Преображенский монастырь создан в Старой Руссе в конце XVIII в. в рамках программы «Новгород на Волхове – это и есть Великий Новгород русских летописей». «Несохранившиеся» храмы церквей – это тоже продукты выполнения этой программы.

 

7. Фальсификация или аберрация

Одна из главных составляющих гипотезы авторов Новой Хронологии – идентификация Великого Новгорода с поселением на Волхове является сознательной фальсификацией. Это подтверждено по результатам нашего рассмотрения письменных и материальных свидетельств о прошлом Старой Руссы и Околорсья. Представления о прошлом города и региона сформированы в рамках фальсификации местоположения Великого Новгорода и его региона. Об этом свидетельствуют:

- отсутствие достоверных письменных свидетельств о Русе до конца XV в.;

- отсутствие городских укреплений у якобы средневекового города;

- наличие в Старой Руссе «несохранившихся» храмов церквей и монастырей;

-мутные представления историков и археологов о денежной системе Великого Новгорода и Русы;

-идентификация слоя навоза и перегноя с культурным слоем средневекового города с развитым ремесленным производством;

- игнорирование археологами проблемы отсутствия в культурном слое артефактов последней трети XV – XX вв.;

- неспособность археологов создать абсолютную дендрошкалу региона;

-игнорирование естественнонаучных методов датирования – радиоуглеродного, археомагнитного и термолюминесцентного.

Понимают ли археологи, много лет изучающие культурный слой Старой Руссы, реальное положение дел или они находятся в глубокой аберрации? На этот вопрос ответить мы не можем.

 

8. Общий вывод

Достоверных фактов по прошлому Старой Руссы, противоречащих гипотезе авторов Новой хронологии «Великим Новгородом русских летописей является Ярославль», не имеется. С другой стороны подтверждена одна из её главных составляющих – идентификация Великого Новгорода с поселением на Волхове является сознательной фальсификацией.

 

Литература

[Акт, 2007] Акт научно-исследовательской экспертизы Института российской истории РАН «О времени основания города Старая Русса Новгородской области». 2007. http://rushanin.narod.ru/AVERIANOV.html

Андрияшев Л.М.Материалы по исторической географии Новгородской земли. Шелонская пятина по писцовым книгам 1498-1576 гг. М., 1914

Аристов Н.В. Промышленность Древней Руси. СПб., 1866.

[Брокгауз] Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. СПб.: Издательство:Семеновская Типолитография (И.А. Ефрона). 1890-1907.

Вязинин И.Н. Старая Русса в истории России. Новгород: «Кириллица», 1994.

Горлов К.В., Григорьева Н.В. Фракция новгородского рубля с Земляного городища Старой Ладоги // Земля наша велика и обильна, 2019, с. 66-69.

Горский А.Д. Сельское хозяйство и промыслы // Очерки русской культуры XIII-XV веков. Часть первая. Материальная культура. 1969, с. 137-146.

[Грамоты] Рукописные памятники Древней Руси. http://gramoty.ru/birchbark/

Грязнов М.П. Почва и археологические памятники в их взаимосвязи. // ТД СПИПАИ 1972 года. Ташкент: «Фан», 1973, с. 67-70.

Дмитриева З.В.Челобитные крестьян и посадских людей Новгородской земли о платежах и повинностях в 1610-е гг. // Петербургский исторический журнал, 2016, №4(12), с. 19-41.

Дубман Э.Л. Рынки соли промыслов понизового Поволжья в конце XVI-XVII вв. // Торговля, купечество и таможенное дело в России в XVI-XIX вв., 2015, с. 116-123.

Калюжный Д., Кеслер Я. Другая история Московского царства.От основания Москвы до раскола. М: «Вече», 2003.

Каниовский В.П. Старая Русса и ея курорт. Санкт-Петербург, 1910.

Кобринец В.А. Русские монеты в операциях кредита на рынках Могилева в первой половине XVII в. // Актуальные проблемы источниковедения, 2015, с. 168-171.

Колчин Б.А. Железообрабатывающее ремесло Новгорода Великого.

Труды Новгородской археологической экспедиции. Том 2. Материалы и исследования по археологии СССР (МИА), № 65, 1959.

Колчин Б.А., Черных Н.Б. Дендрохронология Восточной Европы. М.: «Наука». 1977.

Кулишер И.М. История русского народного хозяйства. Челябинск: Социум, 2004. 757 с.

Курбанова М.П. Развитие градостроительных элементов Старой Руссы по данным церковного строительства XV-XVII вв. // Археология и история Пскова и Псковской земли, 2010, №25 (55). с. 89-97.

Курц Б.Г. Сочинение Кильбургера о русской торговле в царствование Алексея Михайловича // Сборник студенческого историко-этнографического кружка при Императорском университете Св. Владимира. Киев, 1915, Вып. VI.

Лебединская В.Г. Системные отношения в истории новгородской метрологической лексики (по данным письменных памятников XI-XVII вв.) //

Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Теория языка. Семиотика. Семантика, 2013, №1, с. 39-44.

[Лоция] Лоция реки Волхов 1724 года, созданная по приказу Петра Первого. http://www.etomesto.ru/map-novgorod_volhov-1724/

Муравьева Л.А. Экономика Руси В XIV в. // Финансы и кредит, 2004-а, №20 (158), с. 77-86.

Муравьева Л.А. Россия в XVI веке // Финансы и кредиты, 2004-б, № 24 (162), с. 76-85.

Мусин А.Е. Головажня и воз: к уточнению метрологии в средневековой Восточной Европе // Петербургский исторический журнал, 2019, №3 (23), с. 58-70.

[Нордман, 1908] Из Известий ИРГО (Т. 44. 1908 г.). К статье Н.Н. Нордмана «Географическое положение погостов-округов Шелонской пятины по Писцовым книгам 1498 г.». 1908. https://geoportal.rgo.ru/record/5105

Носовский Г.В., Фоменко А.Т. Новая хронология Руси, Англии и Рима. М.: «Деловой экспресс», 2001.

Носовский Г.В., Фоменко А.Т. Новая хронология Руси. М.: АСТ, 2012.

Петров Д.А. Архитектурные формы и проблемы датировки церкви Св. Мины в Старой Руссе // Архитектурное наследство, 2015, №62, с. 30-51.

[Писцовые, 1886] Новгородмкiя писцовыя книги. Том четвертый. Переписныя оброчные книги Шелонской пятины. / Редактор А.И. Тимофеев. Санктпетербург: Типография министерства внутренних дел, 1886.

[Писцовые, 2009-а] Писцовые и переписные книги Старой Руссы конца XV – XVII вв. Составитель И.Ю. Анкудинов. М.: НП «Рукописные памятники Древней Руси», 2009. 534 с.

[Писцовые, 2009-б] Писцовые книги Новгородской земли. Т. 6.: Писцовые книги Шелонской пятины XVI века. / Сост. К.В. Баранов. М.: Памятники исторической мысли, 2009, 382 с.

Полянский М.И. Иллюстрированный историко-статистический очерк города Старая Русса и Старорусского уезда. 1885.

Рохель А. А. Старорусские минеральные воды. 1880.

Самойлов К.Г., Торопова Е.В., Торопов С.Е., Колосницын П.П., Колосницына Е.Е., Карпова Т.В., Сюборов В.Ю., Юсифова А.А. Средневековая усадьба «Б» на Пятницком-II раскопе в г. Старая Русса (предварительные итоги археологических исследований 2019 г.) // Ученые записки Новгородского государственного университета, 2019,№6(24), с. 19.

Самойлов К.Г., Торопова Е.В. Усадьба «Б» Пятницкого раскопа в Старой Руссе во второй половине XIII-XV вв. (стратиграфия, топография и хронология застройки) // Ученые записки Новгородского государственного университета, 2020,№7(32), с. 16.

Сташевская С.В., Афанасьева Т.А. Архитектурные бренды города Старая Русса // Молодежь и наука: актуальные проблемы фундаментальных и прикладных исследований,2019, с. 421-424.

Тарабардина О.А. Дендрохронология средневекового Новгорода (по материалам археологических исследований 1991–2006 гг.) // Археология, этнография и антропология Евразии, 2009, № 1 (37), с. 77-84.

Тарабардина О.А. Дендрохронология средневековой Русы в XXI веке //

Ученые записки Новгородского государственного университета, 2018,№6(18), с. 28.

Торопова Е.В., Воронков И.А. Модель распространения и мощности культурного слоя Старой Руссы // Вестник Новгородского государственного университета им. Ярослава Мудрого, 2011,№63, с. 66-70.

Торопова Е.В., Бужилова А.П. Детские погребения на Пятницком раскопе в Старой Руссе: археологический комментарий к Новгородской первой летописи // Российская археология, 2012,№3, с. 72-77.

Торопова Е.В., Торопов С.Е., Самойлов К.Г. Древнейшая история Старой Руссы по археологическим данным // Новгородский исторический сборник, 2016,№16(26), с. 33-58.

Торопова Е.В., Самойлов К.Г. Топография, стратиграфия и хронология средневековой застройки Пятницкого-I раскопа в Старой Руссе // Ученые записки Новгородского государственного университета, 2018-а,№6(18), с. 29.

Торопова Е.В., Торопов С.Е., Самойлов К.Г. Старая Русса и Югра // Археология Севера России: Югра – волость Новгорода Великого в XI-XV вв. Свод источников и исследований,2018-б, с. 22-33.

Тюрин А.М. Датирование Новгородской дендрошкалы по глобальным короткопериодным климатическим сигналам // Электронный сборник статей «Новая Хронология», 2017, Вып. 14. [Новая хронология]

Хорошкевич А.Л. Торговля великого Новгорода с Прибалтикой и западной Европой. М.: Издательство Академии Наук СССР, 1963, 368 с.

Флетчер Д. О государстве русском. Издательский дом: Захаров. (1591), 2002, 176 с.

Черных Н. Б. Дендрохронология средневековых памятников Восточной Европы. Проблемы абсолютного датирования в археологии, М., 1972.

Черных Н.Б. Дендрохронология и археология. М.: NOX, 1996. 216 c.

Чечулин Н.Д. Города Московского государства в XVI. СПб, 1889.

Ядрышников В.А.Восемь столетий старорусской обители (архитектура Спасо-Преображенского монастыря) //Чело, 2000,№ 3.

 

статья получена 22.03.2021