Статьи А.М.Тюрина >>

Археологические культуры бронзового века Южного Зауралья: симулякр «Страна городов» и факты

А.М. Тюрин

«… нужно как можно скорее осуществить серьезную научную критику сложившейся традиции популяризации аркаимских материалов, очистить ее от всех недостоверных гипотез и посторонних артефактов, создать целостную, новую и интересную систему рассказа об аркаимских древностях, базирующуюся на строго научных позициях и концепциях, апробированных научным сообществом».
(А.Ф. Петров, 2015 г.)

Аннотация. Сформированный археологами феномен «Археологические культуры бронзового века Южного Зауралья» имеет две составляющие – симулякр «Страна городов» и артефакты. Основа симулякра – представления о высоком технологическом уровне сообществ бронзового века: протогорода, окруженные оборонительными стенами, технологии производства керамической посуды и разных тканей, обработки дерева, изготовления боевых колесниц, поиска и добычи медной руды, выплавки из нее меди, производства оловянной и мышьяковой бронзы, изготовление из металла оружия, орудий труда и украшений. Рассмотрена одна из основ симулякра – «синташтинцы одними из первых в мире освоили технологию изготовления боевых колесниц и их применение по функциональному назначению». Она базируется только на «колесных ямках», выявленных в двух погребениях Синташтского могильника. Совокупность артефактов сводится к следующему. В регионе выявлено 21 поселение, окруженное валами, и могильники. Десять поселений изучены археологическими раскопками. Найдены деревянные конструкции, фрагменты керамической посуды, изделия из кости и камня, в том числе наконечники стрел, медные и бронзовые инструменты и украшения, слитки, шлаки, капли и сплески металла, кусочки медной руды. Аналогичные изделия из металла, камня и керамики найдены при раскопках могильников, расположенных в непосредственной близости от поселений. Изделий из металла (медь, оловянная, мышьяковая и комбинированная бронза) и наконечников стрел на поселениях найдено поразительно мало.

 

Ключевые слова: археология, Южное Зауралье, культуры бронзового века, поселения, могильники, артефакты.

 

Оглавление:

1. Общие сведения

2. Симулякр «Страна городов»

3. Синташтинская культура: факты и только факты

4. Наконечники стрел

5. Технология формирования симулякра «Страна городов»

6. Подведем итоги

Литература

 

1. Общие сведения

В Южном Зауралье выделяется три взаимосвязанные археологические культуры бронзового века – синташтинская, петровская и алакульская. По согласованным радиоуглеродным датам определены их хронологические рубежи: синташтинская – 2010-1770, петровская – 1880-1740, алакульская – 1900-1450 гг. до н. э. [Молодин и др., 2014]. Культуры включают поселения, поселения, окруженные валами, и могильники. Всего найдено 21 поселение, окруженное валами, включая широко известный Аркаим (Рис. 1). За ними закрепилось название «Страна городов». Эти поселения относятся к синташтинской культуре. Но верхняя часть культурного слоя некоторых из них – к петровской культуре. За обитателями «Страны городов» закрепился «этноним» синташтинцы. Решаемая нами задача – достижение понимания того, что именно изучают археологи в Южном Зауралье.   

 

Поселения, окруженные валами. Южное Зауралье. Синташтинская культура бронзового века.
Рис. 1 – Южное Зауралье. Синташтинская культура бронзового века.
Поселения, окруженные валами [Епимахов, Семьян, 2017]

 

По результатам анализа опубликованной литературы выявдено две составляющие феномена «Археологические культуры бронзового века Южного Зауралья». Одна из них – классический симулякр (копия, не имеющая оригинала). Словосочетание «Страна городов» как раз ему соответствует. В Южном Зауралье не было ни «страны», ни «городов». За симулякром сохраним название, данное ему археологами – «Страна городов». Вместе с тем, имеется совокупность атрефактов, которая составляет материальную основу археологических культур. Исходя из этого, ясно, что первым шагом к понимаю того, что же изучают археологи в Южном Зауралье, является разделение артефактов и основ симулякра. Здесь возникли существенные трудности. Основы симулякра «пронизывают» тексты археологов. На их элементах строится описание сооружений и артефактов. Например, валы, окружающие поселения, называются остатками крепостных стен, а канавы вокруг валов, образовавшиеся вследствие выемки грунта, – оборонительными рвами. Поэтому по возможности мы будем пользоваться нейтральными терминами. Например, термин «укрепленное поселение», заменен на «поселение, окруженное валами». На аэрофотоснимках и в натуре мы видим именно валы. Являются ли они остатками оборонительных сооружений – это вопрос интерпретации. Термин «ров» заменен на «канава», «жилище» – на «отсек». А термин «поселение» в нашей трактовке имеет широкое толкование. Поселением является и летовка полукочевников.

Второй фактор, затрудняющий понимание реалий, отметили авторы публикации [Кореняко, Кузьминых, 2007]. «Абсолютно понятно, что без подробной публикации данных о раскопках Аркаима и всей группы южноуральских памятников, а также полученных на них материалов продолжение дискуссии попросту теряет какой-либо смысл». Это так. Становление симулякра «Страна городов» произошло при дефиците научных публикаций по рассматриваемым археологическим культурам. А в статьях и монографиях, в авторский коллектив которых входят Г.Б. Зданович и Д.Г. Зданович, фактически развиваются отдельные элементы симулякра «Страна городов» при «забалтывании» информации о фактических данных. Яркий пример – описание «укрепленного поселения» Берсуат [Зданович, Батанина, 2007]. При раскопках там фактически ничего не нашли кроме фрагментов керамической посуды и костей. Но приведено подробное описание того, как была устроена оборонительная система поселения, и ее функциональных особенностей. Создается впечатления, что его жители веками отрабатывали эти вопросы на своем военном опыте. Но здесь следует признать, что уральские археологи в существенной мере исправили отмеченный недостаток. В 2007 г. опубликована монография [Зданович, Батанина, 2007], в которой дано описание фактических данных по поселениям, окруженным валами. В 2013 г. опубликована монография по результатам раскопок поселения Устье, выполненных в 1984-1991 гг. [Древнее Устье, 2013]. Обращаем внимание на то, что раскопки завершены в 1991 г., а монография опубликована в 2013 г., то есть, более чем через 20 лет. В последние годы появились статьи, в которых рассматриваются отдельные аспекты археологических культур бронзового века Южного Зауралья. Однако, в части симулякра «Страна городов» это ничего не меняет. Его становление в период 90-х – 2007 гг.  произошло при дозированной публикации фактических данных.

 

2. Симулякр «Страна городов»

Ниже перечислены основы симулякра «Страна городов».

1. Бренд симулякра «Страна городов» – Аркаим. «И все же главным феноменом является само городище Аркаим. Первые результаты его изучения не обманули ожиданий. Аркаим – центр древней культуры XVIII-XVI вв. до н. э. (т.е. 3800-3600 лет назад). Это город-крепость, город-мастерская литейщиков, где производилась бронза, это город-храм и обсерватория, где, вероятно, проводились сложные для того времени астрономические наблюдения. Последнее требует еще более веских доказательств и обоснований. Однако четкость городской планировки, наличие среди ее элементов значимых астрономических ориентиров позволяет проводить аналогию между Аркаимом и всемирно известной древней астрономической обсерваторией Стоунхенджем в Великобритании и сооружениями Роджемхими на Ближнем Востоке. Аркаим постепенно начинает признаваться в кругу специалистов родиной (прародиной) ариев, т.е. одним из центров мировой культуры. Высказано смелое предположение, что здесь, возможно, находится родина Заратустры (Зороастра) – одного из легендарных деятелей человечества» [Иванов, 1995]. Что реально археологи нашли при раскопках Аркаима, приведено ниже.

2. Большой Синташтский курган находится вблизи поселения Синташта, окруженного валами. Его высота 4,5, диаметр 85-87 м. Раскопки кургана велись в 70-80-х годах прошлого века. «Большой курган … предстает уже как уникальный памятник культуры ранних индоиранских племен, как грандиозный архитектурный ансамбль, как «элитное» синташтское захоронение, единственное в своем роде» [Стефанов, 2009]. Многоточия в цитате соответствуют ссылкам на публикации 1992-2004 гг. В.Ф. Генинга, В.В. Генинга, Г.Б. Здановича и Д.Г. Здановича.

3. При раскопках Синташтского могильника (около окруженного валами поселения Синташта) в погребениях 19 и 28 археологи нашли отпечатки нижней части колеса – «колесные ямки» (деревянная конструкция истлела, оставив в грунте пустоты). В отпечатках четко просматриваются спицы. Археологи пришли к мнению – это «колесные ямки» древнейшей боевой двуконной колесницы. Она реконструирована с учетом размеров погребальной камеры [Генинг и др., 1992]. Этим создана одна из основ симулякра «Страна городов»: – синташтинцы одними из первых в мире освоили технологию изготовления боевых колесниц и их применение по функциональному назначению».

4. Поселения, окруженные валами, являются укрепленными протогородами. «Впервые в степи, на ограниченной и хорошо защищенной территории, начинают проживать тысячи людей. Здесь рождается то, что сегодня называется урбанизацией или городским пространством. Территория такого протогорода заранее и тщательно спланирована. Она обеспечена водой и канализационной системой. Уникальные планировочные решения в домостроительстве и фортификации поражают своим совершенством» [Зданович, Малютина, 2014].

5. Синташтинцы освоили поиск и добычу медной руды, выплавку из нее меди, производство оловянной и мышьяковой бронз [Зайков и др., 2013], изготовление из металла оружия, орудий труда и украшений.

6. Представление о высокой милитаризованности синташтинских сообществ (укрепленные протогорода, боевые колесницы, наконечники стрел и другое оружие).

7. По результатам изучения отпечатков ткани на внутренней поверхности керамической посуды (ткань использовалась, как прокладка при изготовлении посуды на форме-основе) сделан вывод: «синташтинское и петровское ткачество было развито на относительно высоком уровне. Синташтинские и петровские ткачи умели изготавливать ткани различных вариантов полотняного переплетения: редкую и плотную ткань полотняного переплетения, мешковину, репс. С большой долей вероятности можно сказать, что им уже был известен классический ткацкий станок» [Медведева, 2015].

8. «Уровень владения плотницкими и строительными навыками может быть оценен как достаточно высокий. Обитатели поселения [Каменный Амбар] знали, где и как заготавливать лес и как его транспортировать, учитывая довольно большую потребность в нем» [Корякова, Кузьмина, 2017].

9. Высокий технологический уровень производства керамической посуды [Дубовцева и др., 2016; Шевнина, 2015].

10. Синташтинцы освоили технологию поливного земледелия [Зданович, 1989].

11. Материальное наследие синташтинской, петровской и алакульской культур отнесено к глубокой древности [Молодин и др., 2014].

12. С синташтинской культурой имеется одна проблема. Она появилась в Южном Зауралье «ниоткуда» и исчезла в «никуда». И здесь открываются широкие творческие возможности по развитию симулякра «Страна городов». Авторы обзорной статьи [Епимахов, Семьян, 2017] указали на главные направления мысли исследователей. «Л.С. Клейн и Е.В. Куприянов предполагают, что потомки синташтинцев оказались на Балканах. По пути туда они создали шахтные гробницы Микен. Многие исследователи считают исторические народы раннего железного века ­− скифов и сарматов − прямыми потомками ираноязычных синташтинце». Другие ученые считают, что синташтинцы были ариями. Именно они организовали вторжение на Индостан и создание там арийской цивилизации. Эту версию осторожно обозначил и автор публикации [Клёсов, 2016]: «Возможно, отправились в южном направлении, и в итоге достигли Индии».

13. «Большинство исследователей относит язык синташтинцев к индоиранской ветви индоевропейской семьи языков» [Епимахов, Семьян, 2017]. 

 

3. Синташтинская культура: факты и только факты

Кости и фрагменты керамической посуды найдены при раскопках на всех поселениях, окруженных валами. О них мы будем упоминать только тогда, когда это необходимо. Нужно обратить внимание на наши термины. Есть поселения, имеющие два концентрических вала (например, Аркаим) и поселения, окруженные двойными валами (например, Коноплянка). В последних два близко расположенных вала разделены канавой. 

Поселение Аркаим расположено на левом берегу реки Большая Караганка на мысу, образовавшемся при ее слиянии с рекой Утяганка. В 8 км к югу от него находится село Амурское, в 2 км к западу – поселок Александровский. Долины двух отмеченных рек в районе Аркаима образуют равнинный участок размерами 3х4 км с пойменными лугами.  Аркаим имеет два круглых концентрических вала. За внешним валом – канава. Диаметр внешнего вала примерно 150 м, общая площадь поселения – 20000 кв. м. Диаметр внутреннего вала 85 м. Между внутренним и внешним валами по аэрофотоснимкам выделено 39 впадин, разделенных радиальными поднятиями, во внутреннем – 22 [Зданович, Батанина, 2007]. На аэрофотоснимке (Рис. 2) белый цвет соответствует верхним частям валов. Темный цвет за внешним валом – канаве. При диаметре внешнего вала 150 м площадь внутри него равна 1770 кв. м. Скорее всего, авторы монографии включили в площадь поселения и территории к западу от вала. На ней просматриваются впадины.

 

Поселения  Аркаим, Аландское, Кизильское, Сарым-Саклы и Куйсак на аэрофотоснимках
Рис. 2 – Поселения Аркаим, Аландское, Кизильское, Сарым-Саклы и Куйсак на аэрофотоснимках [Зданович, Батанина, 2007]

 

Раскопками 1987-1995 гг. изучено 8085 кв. м. Радиальные поднятия соответствуют перегородкам («стенам»), разделяющим отсеки. Вскрыто 29 отсеков, 18 примыкают к внешнему валу, 11 – к внутреннему. Длина отсеков от 16 до 22 м, площадь от 100 до 180 кв. м. В отсеках имеются колодцы и очаги. Поселение изучено магнитной съемкой. По полученным данным внутри внешнего и внутреннего валов выделено 60 отсеков. Кроме костей и фрагментов керамической посуды, найдено 12 изделий из металла (серп, тесло, ножи, стамеска, проколка, рыболовные крючки, перстень), 10 каменных наконечников стрел, два керамических сопла, форма для отливки серпов (нижняя матрица). Найдены следы работы с рудами и плавок металла: шлаки, сплески, капли металла. Металл изделий представлен чистой медью и мышьяковой бронзой (мышьяка до 8,2 %) [Аркаим, 2002]. Авторы публикации [Григорьев, Русанов, 1995] отметили: «Синташта и Аркаим, не содержали значительных скоплений шлака, мусора, а поды печей не были прокалены более чем на 3 см».

В организации раскопок Аркаима есть одна странность. Отчет по их результатам за 1987 г. «носит сугубо лапидарный характер, осуществленным раскопкам в нем посвящено 27 страниц текста» [Злоказов и др., 2013]. Отчеты по результатам работ в 1988 и 1989 гг. в методическом плане удовлетворительные. Результаты работ «в период с 1990 по 1995 годы, никак не отражены в отчетной документации, материалы по ним не сданы в научный архив Института археологии РАН». Далее, археологи (авторы документа, на который мы сослались выше) сообщают следующее. «Основные этапы раскопок поселения Аркаим были завершены более 20 лет назад, однако они до сих пор практически не введены в научный оборот. Совершенно не опубликованы данные по стратиграфии археологического памятника – не издано ни единого профиля аркаимских раскопов. Очень слабо опубликована планиграфия памятника: из 27 раскопанных на Аркаиме жилищ напечатан план раскопа только одного из них».  

Рядом с Аркаимом находится могильник Большекараганский. По результатам раскопок отмечено, что в прошлом он был ограблен. Состав металла изделий из могильника – медь с небольшим содержанием мышьяка и мышьяковая бронза (мышьяка до 2,07%) [Аркаим, 2002], и поселения практически идентичный. Но в погребениях имеются изделия из серебра и железа. Два изделия – пронизь и подвеска, изготовлены из серебра с содержанием меди порядка 10 %. Одно изделие – заклепка, из железа. Его химический состав не приведен. Наличие оловянной бронзы не отмечено.

Поселение Аландское расположено на левом берегу реки Суундук в месте впадения в нее притока Солончанка, на останце первой надпойменной террасы. Ширина последней в этом месте 1,5 км. Названо по находящемуся в 6 км от него селу Аландское. В плане имеет яйцеобразную форму (Рис. 2). Размеры по внешней кромке вала 165х185 м. Внутри вала выделено 73 впадины [Зданович, Батанина, 2007]. Вал четко выражен. Его высота от 50 до 70 см, ширина 5-10 м. Вдоль внешнего края вала выступают два ряда верхних частей каменных плит, поставленных на ребро. Интервал между ними от 1-2 до 5-10 м. Раскопками изучено 706,5 кв. м. Выделен вал, облицованный каменными блоками. Глубина сопряженной с ним канавы 3 м. По ее внешнему краю имелась стена, предположительно, из глинобитных блоков, укрепленная в нижней части каменными блоками. За ней еще одна канава глубиной около 1 м. Изучено три отсека (один не полностью). Найдены изделия из камня и металла (медь, бронза). Предметы из металла   включают серпы и нож-кинжал. В окрестностях Аландского находится большое число курганных погребений эпохи бронзы, раннего железного века и средневековья.

Поселение Кизильское расположено на правом берегу Урала на расстоянии 3,5 км от села Кизильского. В этом месте ширина долины реки достигает 2 км. «С ранней весны и до поздней осени пойма зеленеет разнотравными лугами и служит прекрасным пастбищем» [Зданович, Батанина, 2007]. Поселение находится на одном из террасовых островов. Вал имеет форму правильного овала (Рис. 2). Его размеры 85х160 м. Зафиксировано 11 впадин, связанных с обособленными отсеками. Пять из них примыкают к валу.

Раскопки на поселении Кизильское велись в 1971, 1980 и 1981 гг. [Стоколос, 2004]. Тремя раскопами вскрыто 812 кв. м, траншеей (30х1,5 м) – 45 кв. м. Итого раскопано 837 кв. м. Раскопы и траншея просматриваются на аэрофотоснимке. К уникальным находкам отнесен каменный диск. Его аналоги известны в савроматских погребениях Приуралья 7-4 веков до н. э. Другие уникальные находки – две створки от разных литейных форм. По одной из них выполнена гипсовая отливка. Получился топор-кельт. Ареал бытования соответствующих ему форм – Северное Причерноморье, время – 12 век до н. э. Полностью раскопанный отсек имел размеры 12х21 м. Внутри него и других отсеков имелись колодцы. Изделия из металла (медь, бронза): нож (длина 10 см), несколько заготовок, бронзовый слиток (85 г.) и шило. Найдены металлургические шлаки. Ширина канавы, окружающей поселение, – 2,8 м, глубина в подстилающем слое – 1,1 м. О высоте вала не сообщается. В канаве найдены остатки плавильной печи. Ее основание врыто в материк на глубину 25 см. Имелись прокалы грунта. Рядом с ней собраны металлургические шлаки (300 гр.) и две капли метала. По совокупности артефактов поселение Кизильское датировано 12-8 веками до н. э. Собранные фрагменты керамической посуды отнесены к нескольким археологическим культурам: межовской, срубной, алакульской, срубно-алакульской, федоровской, воротничково-валиковой и абашеской. Приведены результаты датирования поселения, археологами, выполнившими раскопки. По современной номенклатуре поселение Кизильское относится к синташтинской культуре.  

В 100 м севернее Кизильского находится одноименный курганный могильник (Рис. 2). Из его пяти курганов раскопано четыре (1970 и 1980 гг.) [Стоколос, Стоколос, 2004]. Не раскопан самый большой курган. Из раскопанных один могильник ограблен. Отметим только яркие находки: обломок сосуда аналогичный найденному в поселении, украшение, состоявшее из семи бронзовых орнаментированных блях, шарообразное навершие «булавы», изготовленной из уральского кварца. Состав керамики из погребений соответствует керамике поселения за одним исключением. В погребениях не найдено федоровской керамики.

Поселение Сарым-Саклы имеет округлую форму (Рис. 2) и расположено в крутой излучине реки Зингейка в 6,5 км к северо-востоку от поселка Кацбахского. Поселение четко проявился на аэрофотоснимках и в результатах магнитной съемки [Федорова и др., 2013]. Его диаметр 125 м, общая площадь около 13 тыс. кв. м. По результатам интерпретации данных магнитной съемки поселение окружено двумя валами и внешней канавой. К внутреннему валу примыкают радиальные «стены» длиной около 20 м. Они делят поселение на 29 отсеков, размеры которых примерно 10х20 м. По аномалиям магнитного поля в центре большинства отсеков предполагается наличие колодцев и печей. Центральная часть поселения в магнитном поле и на аэрофотоснимках четко не проявилась. Поселение изучено тремя шуфами. Найдены фрагменты керамической посуды. В районе Сарым-Саклы имеется большое число курганных могильников разных эпох.

Результаты археологической разведки в долине реки Зингейка приведены в публикации [Анкушев и др., 2016]. На участке долины реки протяженностью 5 км находится 10 поселений бронзового века. Сарым-Саклы – одно из них. Остальные поселения не имеют валов. Все они исследованы шурфами. Сарым-Саклы изучено шурфом за пределами ее вала. В этом шурфе и в шурфах еще на четырех поселениях обнаружены металлургические шлаки. По результатам их анализа установлено, что в шурфе около Сарым-Саклы шлаки хромитсодержащие, а в двух других – сульфидсодержащие. Первые могли быть получены из руды рудника Воровская яма, расположенного в 6 км к северо-западу от Сарым-Саклы.

Поселение Куйсак находится в 2,5 км к северо-западу от поселка Зингейский. Расположено у самой бровки первой надпойменной террасы (на террасовом острове) правого берега реки Зингейка. Окружено валом высотой 40-60 см, шириной от 5 до 25 м. В плане он имеет прямоугольную форму с закругленными углами (Рис. 2). Размеры поселения по внешней кромке вала 128х135 м. С его внешней стороны фиксируется канава, которой соответствует линейное понижение в рельефе глубиной 10-20 см. Внутри вала просматривается впадины размерами 10х12 м. В публикации [Зданович, Батанина, 2007] сообщено, что раскопки на поселении выполнялись (раскопано 550 кв. м). Из находок «вскользь» упоминается только фрагменты керамической посуды. В публикации [Малютина и др., 2015] приведено описание найденных на поселении пяти наконечников стрел.

Поселение Бахта расположено в чашеобразной котловине на первой террасе реки Гумбейка в 5,5 км от поселка Требиятского. Котловина имеет размеры 3х7 км и является степным пастбищем. Территория поселения распахана, но окружающие его валы просматриваются на аэрофотоснимках (Рис. 3). Они имеют форму квадрата со стороной 165 м [Зданович, Батанина, 2007]. Внутри вала фиксируются впадины – ранние и поздние. Ранние образуют три ряда, перпендикулярных реке. На пашне собраны фрагменты керамической посуды.

 

Поселения  Бахта, Париж, Берсуат и Синташта на аэрофотоснимках
Рис. 3 – Поселения Бахта, Париж, Берсуат и Синташта на аэрофотоснимках
[Зданович, Батанина, 2007]

 

Поселение Париж расположено на правом берегу реки Кызыл-Чилик, одного из притоков Гумбейки. В 2,3 км от поселка Астафьевский и в 17 км севернее села Париж. У реки несколько рукавов, которые образуют террасовые острова с хорошими пастбищами: «это обширное, достаточно увлажненное равнинное пространство с разнотравными лугами было самой природой предназначено для выпаса большого количества скота» [Зданович, Батанина, 2007]. Поселение расположено на первой надпойменной террасе на берегу старого русла реки. На аэрофотоснимках проявились внешний вал и впадины внутри него (Рис. 3). Высота внешнего вала 40-70 см. Ширина от 8 до 15 м. В плане он имеет прямоугольную форму с закругленными углами. Размеры поселения по внешнему контуру вала 130х160 м. Площадь 20,8 тыс. кв. м. Скорее всего, масштабная линейка на рисунке в монографии не соответствует реальности. Всего выявлено 30 впадин, 20 из них отнесены к раннему этапу функционирования поселения. Они образуют два ряда вдоль валов по длинной стороне прямоугольника. Размеры впадин 12х25 и 16х27 м.

Поселение Берсуат расположено на левом берегу одноименной реки в 5 км от поселка Наследницкий. С юга ограничено руслом реки, с запада и северо-запада долиной ручья. Ширина поймы реки около Берсаута 700-750 м. Форма вала в плане овальная (Рис. 3). Внутри внешнего вала еще один круговой вал. Размеры поселения по внешнему валу 150х200 м [Зданович, Батанина, 2007]. Ширина вала 10-12 м, высота 0,2-0,4 м. На нем имеются «щелевидные прогибы». А за ним – канава. На внешнем вале собрано большое количество комочков краснокирпичной обожжённой глины величиной до 5 см. «Некоторые из них … представляют собой фрагменты изделий типа кирпичей или блоков прямоугольной формы. ... Создается впечатление, что внешняя оборонительная стена была сложена или облицована обожжёнными глиняными блоками». Между внешним и внутренним валами локализовано 54 впадины, во внутреннем вале – 13. Раскопом изучено 140 кв. м. Найдены фрагменты керамической посуды и изделия из камня и кости. На рисунке в монографии приведены только фрагменты керамической посуды и реконструкции трех сосудов. В советское время на территории поселения функционировал загон для скота и сарай для молодняка. Усилиями Челябинского государственного университета и Центра «Аркаим» в 90-х годах хозяйственное использование его территории прекращено. За время существования загона скота в верхнем слое почвы скопились химически агрессивные органические кислоты. Они проникали в карбонатные породы, залегающие под грунтом, и растворяли их. Это привело к образованию карстовых провалов в рельефе.

Поселение Синташта входит в культурно-исторический комплекс Синташта, включающий «храм-святилище – Большой Синташтский курган, курганный и грунтовый могильники» [Зданович, Батанина, 2007]. Главные результаты раскопок, могильников – «колесные ямки», обозначены выше. Поселение Синташта четко проявилось на аэрофотоснимках (Рис. 3). Расположено на левом берегу одноименной реки на первой надпойменной террасе в 4 км к юго-востоку от поселка Рымникский. Западная его часть и центр размыты рекой. Выделяется два концентрических вала. Высота внешнего вала 10-20 см, ширина 6-8 м. Вокруг него прослежена канава. К внутренней части вала примыкают впадины. Их размеры 5-7х17 м.

Остатки поселения Синташта раскопаны полностью (около 7 тыс. кв. м) [Генинг и др. 1992]. В монографии дано детальное описание фактических данных и авторские реконструкции. Здесь приведем только ключевые сведения. Первоначальная территория внутри вала имела площадь 14,5-15,0 тыс. кв. м. Глубина канавы составляла 1,3-1,5 от древней поверхности земли. Реконструировано «жилище» 12. Оно было окружено глинобитными стенами, укрепленными деревом Его площадь 125 кв. м. Поперечная перегородка делила «жилище» на два сегмента: бытовой (46 кв. м) и хозяйственный. В хозяйственном имелось два колодца. Один из них, идентифицирован как погреб для хранения продуктов. Сверху он был перекрыт глинобитным сводом. Второй колодец тоже был перекрыт глинобитным сводом. В обоих сегментах имелись очаги, а в одном из них – хозяйственная яма. Кроме каменных орудий и изделий из кости, при раскопках Синташты найдено 40 предметов из металла: четырехгранные шилья, рыболовные крючки, скрепки для ремонта сосудов, украшения, обломки серпа, нож и секач. Почти половина предметов изготовлена из бронзы, в подавляющем большинстве мышьяковой, остальные – из чистой меди [Зайков и др., 2016]. Имеются и единичные изделия из оловянной бронзы. Это, главным образом, украшения.

Поселение Синташта II расположено на левом берегу одноименной реки в 19 км от города Бреды. Рядом с Синташтой II (1 км), но на другой стороне реки, находится поселок Комсомольский. Поселение выявлено и изучено только по аэрофотоснимкам [Зданович, Батанина, 2007]. Имеет овальную форму и размеры 90х160 м (Рис. 4). Окружено двойными валами и канавой между ними. Наиболее контрастно эта система проявилась на севере поселения. Валам соответствует светлый фон, впадине между ними – темный. Общая ширина этой системы около 14 м. Внутри валов выделено 25 впадин.  

 

Поселения  Синташта II,  Андреевское, Коноплянка, Журумбай, Каменный Амбар и Родники на аэрофотоснимках
Рис. 4 – Поселения Синташта II, Андреевское, Коноплянка, Журумбай, Каменный Амбар и Родники на аэрофотоснимках
[Зданович, Батанина, 2007]

 

Поселение Андреевское расположено на левом берегу реки Синташта на острове надпойменной террасы, у ее бровки. К северо-западу от него в 7,7 км. находится поселок Андреевский. По результатам дешифрирования аэрофотоснимков (Рис. 4) выделяется три стадии строительства поселения (поселения А, В. и С) с их частичным наложением друг на друга [Зданович, Батанина, 2007]. Поселения каждой стадии окружены валом и канавой. Самое древнее поселение А имеет четырехугольную форму. По нашему мнению, поселение С является «пристройкой» к поселению А. Поселение В тоже имеет четырехугольную форму и размеры 60х115 м. По его центру просматривается «улица», параллельная длинной стороне прямоугольника. Между «улицей» и валами выделяется порядка 26 впадин. Примерно такие же результаты (26 ограниченных отсеков) получены по данным магнитной съемки [Носкевич и др., 2014]. Почти во всех отсеках поселения B прогнозируется наличие колодцев. В некоторых – по два. Колодцы прогнозируются и в поселении С. В поселении А они в магнитном поле не проявились. По мнению авторов публикации, на которую мы сослались выше, все поселения были окружены двойными стенами, с расстоянием между ними 4-6 м.

Поселение Камасты находится на территории Казахстана на надпойменной террасе левого берега реки Камышлы-Аят. В 250-300 м к западу от него – окраина поселка Первомайский. Выявлено по результатам аэрофотосъемки. Но на аэрофотоснимке смутно просматриваются только его отдельные элементы. По этой причине в нашей стать этот аэрофотоснимок не приведен. В 1996 г. обследовано на местности авторами монографии [Зданович, Батанина, 2007]. К тому времени на территории поселения находились развалины сарая для скота. Специалисты выделяют следы трех разновозрастных поселений, располагавшихся на одной и той же площадке. Размеры наиболее сохранившегося из них 140х150 м. Вал двойной (два вала и канава между ними). Форма поселения по валу – квадрат с закругленными углами.

Поселение Коноплянка расположено в излучине реки Карагайлы-Аят между старым и новым руслами (на правом берегу нового русла) в 1,75 км к северо-западу от одноименного поселка. Территория поселения распахивалась много лет (Рис. 4). Тем не менее, по результатам детальной магнитной съемки удалось выявить его основные характеристики [Федорова, Носкевич, 2012]. Оно окружено двойным валом и канавой между ними. В плане имеет вид прямоугольника. Размеры внутри вала 69х125 м, площадь около 11 тыс. кв. м [Шарапова и др., 2014]. К внутреннему валу примыкают отсеки (10 в западной половине поселения и 11 – в восточной), разделенные центральной «улицей». Коноплянка изучена раскопом площадью 96 кв. м. О глубине канавы не сообщается, но по приведенным данным ее можно вычислить – порядка 60 см от подошвы пахотного слоя. «Пол» раскопанного отсека углублен в материк на 60 см. В отсеке имелся колодец глубиной 2,6 м. Найдены шлаки, сплески меди, желтая и красная охра, куприты, талькиты, галька. В канаве найден каменный бесчерешковый наконечник стрелы. 

Поселение Журумбай расположено на правом берегу реки Карагайлы-Аят у бровки первой надпойменной террасы. Рядом с восточной окраиной поселка Варшавского (в 1 км от него). Территория поселения распахана, однако вал на аэрофотоснимках просматривается (Рис. 4). В плане он имеет форму шестиугольника с закругленными углами. По внутренней границе вала размеры поселения 125х115-120 м, площадь 14 тыс. кв. м [Зданович, Батанина, 2007]. Внутри вала выделено 30 впадин. На пашне собраны фрагменты керамической посуды. Магнитной съемкой [Муравьев и др., 2009] изучен только северный фрагмент вала. По этим данным он проявился контрастно. Наш вывод однозначный. Вал двойной. 

Поселение Каменный амбар (Ольгино) расположено на левом берегу реки Карагайлы-Аят в 7,5 км от поселка Елизаветпольский. Четко просматривается на аэрофотоснимках (Рис. 4) [Зданович, Батанина, 2007] и на результатах магнитной съемки [Берсенева и др., 2015]. Вал имеет в плане прямоугольную форму с закругленными углами. Его размеры 115×155 м. Площадь поселения в пределах вала около 18 тыс. кв. м. В его северо-восточной части проявились четыре ряда впадин, разделенных двумя «улицами». В юго-западной части впадины имеют хаотичный характер. Всего раскопано 2800 кв. м [Корякова, Кузьмина, 2017], в том числе в период 2005-2010 гг. более 1500 кв. м [Корякова и др., 2011]. Культурный слой поселения отнесен к синташтинской и петровской культурам. По особенностям стратиграфии вала сделан вывод о том, что он соответствует стене сложенной из блоков дерна, скрепленных глиной из канавы. Стена была укреплена плитами камня. Канава углублена в материк от 30 до 90 см. Раскопано три отсека, разделенных внутренними «стенами». Их площадь 144, 168, 273 кв. м. Частично раскопана еще один. Найдены каменные наконечники стрел, изделия из кости, металлические изделия (93 экз.), а также кусочки руды, шлак и капли металла. На площади раскопа выявлено 16 колодцев [Епимахов, Берсенева, 2012]. Их глубина от пола отсеков 3,2-3,3 м. У части колодцев сохранилась деревянная опалубка, в основном, плетеной конструкции, а у одного стенки укреплены вбитыми в дно полубревнами.

Результаты раскопок 2011 г. не опубликованы. В 2012-2013 гг. раскопано 400 кв. м [Берсенева и др., 2015]. Вал грунтовый, укреплен с внешней стороны каменными плитами. Канава имеет разную глубину от уровня материка – 20-30, 120, до 230 см. Авторы публикации высказали «серьезные сомнения в его [по их терминологии «рва»] военном предназначении». Статья, на которую дана ссылка выше, носит методический характер. Описание найденных артефактов в ней не приведено. К свидетельствам работы с металлом отнесено восемь фрагментов чаш, изготовленных из талькитов [Епимахов, Молчанов, 2013]. На шести из них имеются следы шлака. Металл изделий (тех, для которых выполнены советующие анализы) представлен оловянными и мышьяковыми бронзами [Зайков и др., 2016]. Наконечники стрел, найденные на поселении, рассмотрены в публикации [Епимахов, Семьян, 2016].

Поселение Родники находится на первой надпойменной террасе левого берега реки Карталы-Аят. На ее противоположной стороне расположен город Карталы. От поселения до берега реки около 500 м. Рядом с ним – заболоченное озеро. Поселение распахано. На аэрофотоснимках хорошо просматривается его контур, близкий к квадрату с закругленными углами (Рис. 5) [Зданович, Батанина, 2007]. Размеры 110х125 м. Окружено двумя валами и канавой между ними. Эта система четко просматривается на аэрофотоснимке на западе поселения. Внутренний вал имеет высоту 50-60 см. Внутри него выделяется 38 впадин. Их группы разделены валами. По результатам наземных исследований собраны фрагменты керамической посуды, обломки изделий из камня и костяных орудий, а также металлургический шлак.

 

Поселения Чикатай,  Исиней, Устье, Степное и Черноречье III на аэрофотоснимках
Рис. 5 – Поселения Чикатай, Исиней, Устье, Степное и Черноречье III на аэрофотоснимках
[Зданович, Батанина, 2007]

 

Поселение Исиней характеризуется двумя фазами строительства. Поселения фаз имеют форму близкую к эллипсу и окружены двойными валами (Рис. 5). В плане они совмещены примерно на четверть своей площади. Территория Исинея распахивалась. Поселение расположено на правом берегу реки Карталы-Аят на останце первой надпойменной террасы [Зданович, Батанина, 2007]. В 5 км к западу находится поселок Александровский. Исиней I имеет размеры 93х115 м. Высота более выраженного внутреннего вала 30-60 см. Канава между валами выражена слабо – как линейное понижение в рельефе глубиной 10-15 см и шириной 2 м. Выделено 11 впадин размером от 3х7 до 6х15 м. Размеры Исиней II 90х100 м. На поселении найдены (на поверхности земли) фрагменты керамической посуды, костяная проколка и бронзовая скрепка для сосуда.

Поселение Устье расположено на правом берегу реки Нижний Тогузак в 9 км к северо-востоку от села Великопетровка. Находится на первой надпойменной террасе, на мысе, образованном в месте впадения реки Кисинет в Н. Тогузак. В районе поселения долина реки имеет пойму шириной 100-300 м и первую надпойменную террасу шириной от 200 м до 1 км. Площадь поселения распахивалась. На аэрофотоснимках видны его валы (по светлому фону почвы и фрагментам положительных форм рельефа) (Рис. 5). По валу форма поселения в плане – квадрат с закруглёнными углами со стороной 120 м [Зданович, Батанина, 2007]. По результатам магнитной съемки (выполнена в 2011 г.) уверенно выявлено минимум четыре перестройки валов поселения с существенным несовпадением их контуров [Древнее Устье, 2013] (Рис. 6). При этом его форма (квадрат) сохранялась. Общая площадь поселения 23 тыс. кв. м. Выявлены отсеки. В каждом из них в магнитном поле проявились колодцы и печи. Рядом с Устьем находится курганный могильник Солнце II. Раскопкам изучено 10 могильных ям. Они относятся к синташтинской культуре. Отмечено, что погребения были ограблены.

 

Поселение Устье. Результаты интерпретации данных магнитной съемки
Рис. 6 – Поселение Устье. Результаты интерпретации данных магнитной съемки
[Древнее Устье, 2013]

 

На поселении Устье раскопками 1984-1991 гг. вскрыто 3051 кв. м [Древнее Устье, 2013]. Выделен два строительных горизонта – ранний (синташтинская культура) и поздний (петровская культура). Найдены стандартные для них артефакты – фрагменты керамической посуды, изделия из камня и кости. Изучены отсеки, колодцы и очаги. Общая длина вскрытой канавы позднего горизонта 47 м, ее заглубление в материк 0,7-1,0 м, ширина от 2,2 до 3,5 м. Археологи считают, что стена имела деревянный каркас из бревен, вертикально врытых в грунт. Археолог, производивший раскопки (Виноградов Н.Б.),пришел к мнению, что стена и канава не выполняли военных функций. Они «служили своеобразной магической чертой, скрывавшей наполненный магией мир металлопроизводства». При раскопках Устья выявилась одна странность. В ее культурном слое обнаружено 42 изделия из камня, которые идентифицированы как продукты «кремневой индустрии заключительного этапа каменного века (неолит-энеолит)».

Рядом с остатками печей имеются следы плавки металла: слитки, шлаки, капли металла и сплески, обломки керамики со следами действия высоких температур. Найдены изложницы, сопла, тигли. Количественные характеристики признаков выплавки меди: 130 мелких кусочков медьсодержащих минералов (малахит и азурит) – 620 г; 1146 обломков металлургического шлака – 13,5 кг; 62 капли меди-бронзы и 121 сплеск металла – 88 г; 4 слитки черновой меди и их обломки – 1,4 кг. Найдено 173 металлических (медь, бронза) предмета, в основном, проволоки и прокованные стержни.  Из изделий – ножи, серповидные орудия, шилья, обломок браслета, пластинчатые подвески. Общий вес металлических изделий – 1,6 кг. Из чистой меди – 53,4% изделий, из оловянной бронзы – 13,6% (в том числе инструменты – 24,4%), из мышьяковой – 25,4%, из комбинированной (Cu+Sn+As) – 7,6%. Отмечается, что мышьяк в руде отсутствовал, а в единичных шлаках зафиксировано его содержание до 0,3%. Сделано предположение, что легирование мышьяком производилось на стадии выплавки из руды меди, но вопрос о происхождении мышьякоседержащих минералов остался открытым.   

Поселение Чекатай находится на восточном берегу одноименного озера, на расстоянии 15 км к юго-востоку от поселка Варна. Расположено на узкой площадке озерной террасы. Окружено двойным валом, который имеет в плане форму близкую к квадрату, со стороной равной 100 м (Рис. 5) [Зданович, Батанина, 2007]. Высота валов от 10-15 до 40 см. Валы разделены неглубокой канавой шириной от 1 до 2,5 м и цепочкой ямок. Внутри валов выделено 29 впадин – 19 ранних и 10 более поздних. Размеры ранних впадин в среднем 5х15 м, поздних – 10х12, 12х15 м. Рядом с Чекатаем имеются могильники. 

Поселение Черноречье III расположено на правом берегу реки Уй, в 500 м южнее села Черноречье. Река Черная в месте впадения в Уй разделяется на несколько протоков, врезающихся в надпойменную террасу и образующих острова. На одном из них расположено рассматриваемое поселение – на самом краю мыса у бровки надпойменной террасы. Северная часть поселения размыта рекой. Высота вала 20-40 см [Зданович, Батанина, 2007]. Он окружен канавой. Форма вала в плане близка к квадрату со стороной 180 м (Рис. 5). Площадь по его внешней кромке не менее 34 тыс. кв. м. Внутри вала имеются «стены». Две широтные и две меридиональные. В сегментах, ограниченных «стенами» выделено 24 впадины. Раскопками изучен могильник Кривое Озеро, расположенный в 500 м к юго-востоку от поселения – 20 курганов диаметром от 12 до 21 м.      

Поселение Степное расположено на левом берегу реки Уй, в 2,5 км к юго-востоку от поселка Степное, находящегося на ее правом берегу. Изучено по аэрофотоснимкам (Рис. 5) и электроразведкой. Его южная часть размыта рекой. Выделяется от двух до четырех этапов строительства поселения [Батанина, Батанин, 2015]. Вал последнего этапа имеет прямоугольную форму. Длинной стороной ориентирован вдоль реки. Размеры Степного по валу 134х100 м. Внутри вала видны четыре ряда впадин, ориентированных перпендикулярно руслу реки. Если принять, что впадины соответствуют отсекам, то средняя их площадь будет равна 150-200 кв. м. Раскопками изучено 350 кв. м [Куприянова, 2015]. Рядом с поселением находится могильник Степное-1 (25), включающий 65 курганов. Раскопками изучено шесть. На расстоянии в 1,5 к юго-востоку от поселения находится могильник Степное-7. Но публикаций по результатам его раскопок мы не нашли. В публикации, на которую дана ссылка выше, приведены результаты анализа керамической посуды, найденной при раскопках поселения и могильников. В [Зайков и др., 2016] – состав металла артефактов из Степное-7: изготовлены из чистой меди, мышьяковой и оловянной бронзы. В публикации [Малютина и др., 2015] отмечено, что на поселении найден один каменный наконечник стелы.

Археологи отмечают высокую вариативность погребальной практики синташтинцев [Епимахов, Берсенева, 2012]. Автор публикации [Косинцев, 2010] указал на ее частное проявление – разнообразие синташтинских погребений с конями. «Их остатки представлены головами и разными частями ног, частями скелетов, от­дельными скелетами, парными и групповыми погребениями. Положение в могильнике тоже может быть различным: на межмогильном пространстве, у края, на перекрытии и на дне могильной ямы, в отдельной погребальной ка­мере». Отмечается и антропологическая гетерогенность останков людей, как в отдельных могильниках, так и в целом по культуре [Хохлов, 2010]. Имеются и радикальные мнения по правомочности выделения синташтинской культуры. «Памятники синташтинского типа не соответствуют базовому понятию археологической культуры, они не составляют статистически устойчивой системы, а представляют сочетание разнокультурных и, соответственно, разноэтничных компонентов и не могут рассматриваться как самостоятельная культура» [Кузьмина, 2003]. «Формальным основанием для выделения культуры может служить однотипность включаемых в нее материалов. Однако доказательств такой однотипности [для синташтинской культуры] пока никем не представлено. Следовательно, до сих пор нет и формальных, чисто классификационных, оснований для выделения такой культуры» [Пятых, 2003].

 

4. Наконечники стрел

В этой статье из артефактов рассмотрим только наконечники стрел. При раскопках погребений могильника Большекараганский найдены однотипные каменные наконечники стрел [Аркаим, 2002]. В одном погребении это черешковые с шипами, в другом – бесчерешковые.

Больше всего наконечников стрел найдено при раскопках Каменного Амбара – 25, в том числе 17 каменных, 6 костяных и 2 бронзовых [Епимахов, Семьян, 2016]. «В коллекции представлены практически все основные типы НС [наконечников стрел] бронзового века» (Рис. 7). Каменные наконечники изготовлены из силицита, риолита, кварцита и яшмы. Вывод здесь однозначный. На поселении найдены разные наконечники стрел. Авторы публикации отнесли этот набор к переходным формам. На Аландском найдено 10 наконечников: 8 каменных (4 черешковых и 4 бесчерешковых), 1 бронзовый трехлопастной втульчатый, 1 костяной (черешковый) [Семьян, Зданович, 2014]. Бронзовый отнесен к раннему железному веку. Фото и зарисовки других наконечников приведены в публикации. Каменные наконечники разные. На поселении Куйсак найдено 5 наконечников в том числе 3 каменных, 1 костяной и 1 бронзовый [Малютина и др., 2015]. Они тоже разные. Последний отнесен к финалу бронзового века. То есть, он не относится к рассматриваемым культурам. При раскопках поселения Устье найдено 10 каменных и 3 костяных наконечников стрел [Древнее Устье, 2013]. На первый взгляд каменные бесчерешковые наконечники изготовлены по единой технологии, хотя их размеры и формы отличаются. Но это не совсем так. Они изготовлены из разных исходных материалов – яшмоидов, кремня и окварцованной породы. Отмечены некоторые отличия в технологии их производства. Особо отмечено: «Явных признаков, которыми определяется использование наконечников стрел, не обнаружено». Это же относится и к наконечнику из кости (на рисунке 7 его номер 3). Костяные наконечники с поселения Устье разные. В целом, набор наконечников, найденный на этом поселении, разный. Сформулируем первый вопрос по наконечникам стрел. Почему на поселениях они разные?

 


Рис. 7 - Южное Зауралье. Синташтинская и петровская культуры
Наконечники стрел, найденные на раскопках поселений, окруженных валами

 

Наконечники стрел найдены и на других поселениях: Аркаим – 10, Синташта – 5, Степное – 1, Коноплянка – 1. В Берсуате наконечники не найдены. Находки наконечников на Кизильском не отмечены [Стоколос, 2004]. Всего на поселениях, окруженных валами, найдено 70 наконечников [Малютина и др., 2015]. Получается, один наконечник на 337 кв. м раскопа, на Аркаиме – 1 наконечник на 806 кв. м раскопа. Это крайне мало. В погребениях синташтинской культуры найдено более 300 наконечников. Второй вопрос по наконечникам стрел. Почему на поселениях их найдено поразительно мало?

Здесь важно отметить один момент. Авторы публикации [Epimakhov, Krause, 2013] назвали наконечники из погребений «церемониальными» (««ceremonial» arrowheads found in burial complexe»). В публикации [Епимахов, Семьян, 2016] они названы ««парадными» погребальными экземплярами». Но, почему-то, слова «ceremonial» и «парадные» взяты в кавычки. Как можно понять, речь идет о вотивных изделиях (изделиях, специально изготовленных для людей, перешедших в другой мир, и не имеющих практического применения в нашем мире). Но археологи избегают термин «вотивные». Автором публикации [Семьян, 2014] высказана «версия о производстве [синташтинцами] атрибутов военного дела в качестве трансформировавшейся в ритуальную форму традиции». Относительно наконечников стрел, найденных на поселениях, авторы публикации [Епимахов, Семьян, 2016] высказали осторожное предположение. «Не исключено, что именно поселенческие находки, в отличие от «парадных» погребальных экземпляров, использовались на практике». То есть, наконечники стрел и то, что археологи принимают за оружие, найденное на поселениях и в погребениях, являются ритуальными изделиями. По нашему мнению, термины «ceremonial», «парадные» и ритуальные сводятся к общему знаменателю другим термином – вотивные. Получается, что археологи на поселениях и в погребениях не нашли настоящие боевые и промысловые наконечники стрел. Как такое может быть?

 

5. Технология формирования симулякра «Страна городов»

Технологию формирование симулякра «Страна городов» рассмотрим на примере находок в погребальных камерах Синташтского могильника. Примем во внимание три из них: «колесные ямки», костяные псалии и костяки лошадей (Рис. 8). Самая простая версия идентификации «колесных ямок» – это следы колес ритуальной (вотивной) похоронной повозки, археологами не рассматривается [Генинг и др., 1992]. Но, возможно, и повозок в погребениях не имелось. Были только вотивные колеса. Практика погребений с вотивными («одноразовыми») колесами отмечена автором публикации [Моргунова, 2012] для ямной культуры Волго-Уральского междуречья. Можно предположить, что этот обычай трансформировался в «остатки подлинных повозок фиксировались на казахских захоронениях вплоть до начала XX в.» [Есин, 2015]. Автор публикации ссылается и на свидетельство, приведенное в монографии [Кастанье, 1911]. На погребении, которое «казалось знатнейшим прочих лежали носилки и два тонких в сажень высотой колеса каракалпакской колесницы, служившей может быть для привоза к этому месту тела покойника».

Но археологи по «колесным ямкам» в погребальных камерах сделали бескомпромиссный вывод: синташтинцы имели боевые колесницы. Это явилось основанием датирования синташтинской культуры. Ее обособлению предшествовало выделение новокумакского хронологического горизонта [Смирнов, Кузьмина, 1977], включающего Новокумакский и Синташтский могильники. Погребения колесничих были раскопаны в могильниках потаповского типа Волго-Донского региона, а изображения колесниц, найдены на срубных и андроновских сосудах. При заключении о наличии у синташтинцев боевых колесниц, новокумакский горизонт датирован 17-16 веками до н. э. Эта же дата относится и к синташтинской культуре.

При интерпретации «колесных ямок» примем во внимание и свидетельство одного из ведущих археологов СССР и России, посетившего Монголию в 1979 г. Там у него случился когнитивный диссонанс. «Но монгольские деревянные колеса на гужевых и непременно влекомых быками двуколках! Ведь это типичный бронзовый век восточноевропейских причерноморских и северокавказских степей, относящийся еще к III тыс. до н. э. …  Колесо из грубо подогнанных друг к другу кусков дерева, с невероятно примитивной втулкой – то есть такое, что ведомо нам лишь по находкам в подкурганных могилах эпохи бронзы» [Черных, 2001].

 

Синташтский могильник.
Рис. 8 - Синташтский могильник. «Колесные ямки», костяные псалии, погребальные камеры и реконструкции
[Генинг и др., 1992]
(реконструкции погребальных камер и псалии по [Епимахов, Семьян, 2017])

 

Развитие симулякров осуществляется через людей, ментально в них вовлеченных. Пример развития рассматриваемого симулякра мы видим в публикации [Сотникова, 2014-а], где утверждается, что отличительной чертой памятников синташтинского типа «является ярко выраженная колесничная атрибутика». Кроме «колесных ямок», найденных в погребениях Синташтского могильника, это утверждение базируется и на углублениях в основании погребальных камер других могильников. Они трактуются археологами, как следы от «прикопанных» колес. При этом у археологов имеется и мнение, что «преобладала традиция помещения в погребальные камеры отдельных частей повозки, прежде всего колес». Относительно симулякра это ничего не меняет. У синташтинцев были боевые колесницы, а в погребения они помещали только колеса, либо их вотивные копии.    

В публикации [Мартынов А.И., 2016] приведены рисунки наскальных изображений тюркского времени на памятнике Бичикту-Бом в центральной части Республики Алтай. На одном из рисунков в верхней части изображены шесть человек. Четверо из них – на колесницах. Три колесницы условно изображены только колесами со спицами. У двух колесничих – натянутые «монгольские» луки. Четвертый – на прорисованной колеснице, в которую запряжена лошадь. Зачем средневековым кочевникам Алтая колесницы? Какое они давали колесничному преимущество перед всадником на коне? Дадим свою трактовку рисунку. Колеса колесниц означают то, что люди, около которых они прорисованы, вступили в смертельный бой, а человек на колеснице – убит, Он отправился в другой мир. То есть, по нашей гипотезе, все изображения колесничих в Великой степи, Передней Азии и Египте – это сцены проводов правителей полководцев и героев в другой мир.  

Исходя из вышесказанного, наша версия интерпретации «колесных ямок» сводится к следующему. Это следы от вотивных колес. Причем, это копии не примитивных колес, типа монгольских второй половины 20 века, а легких, «каракалпакских», со спицами, но уменьшенных размеров. В погребальных камерах Синташнского могильника их прикопали примерно на треть высоты для того, чтобы они находились в вертикальном положении. Эти два колеса символизировали похоронную повозку. Но возможно, колеса прикопали для того, чтобы уменьшить высоту нижней погребальной камеры. Если колеса не прикапывать, то пришлось бы углубить камеру примерно на 25-30 см. Понятно, что колеса со спицами – это технологически более совершенные изделия, чем колеса монгольских телег. При учете этого и на основе обычая казахов оставлять колеса телег на погребениях, бытовавшем в начале 20 века, верхний хронологический предел погребений с «колесными ямками» можно определить 18-19 веками н. э. 

Обращаем внимание, что пару псалий нашли в погребении 30 Синташтского могильника, не в тех, в которых найдены «колесные ямки». В справочнике [Алакульская культура] приведено мнение, что костяные псалии алакульской культуры являются вотивными: «отличаются изяществом, они более тонки, но, вероятно, и менее прочны» по отношению к псалиям предшествующих археологических культур. Но это мнение можно трактовать и по-другому. Костяные псалии синташтинской культуры – это вотивные копии настоящих псалий из металла (бронзы или железа). Изготовлены они были относительно грубо. Но к алакульскому времени мастера-косторезы научились изготовлять высокохудожественные вотивные изделии. Возможно в Южном Зауралье существовали и настоящие псалии из кости. По следам зашлифованности отверстий двух костяных псалий (одна из них изготовлен из рога лося), найденных на поселении Каменный Амбар, авторы публикации [Берсенев и др., 2014] сделали заключение: они были в употреблении. В публикации эти псалии подробно рассмотрены. Но вопроса об инструментах, которыми псалий вырезался из рога лося, ее авторы не касались.

В любом случае бремя доказательства того, что костяные псалии из Синташтского могильника являются настоящими элементами конской амуниции, лежит на археологах. Мы же легко можем доказать, что эти псалии вотивные. На планке псалий имеются отверстия для крепления суголовного ремня, но нет отверстий для крепления капсули (наносного ремня). То есть, на псалиях не хватает функционально необходимых отверстий.  

В публикации [Косинцев, Самашев, 2014] приведены сведения о конской амуниции в курганных погребениях с конями могильника Берел (казахстанская часть Алтая, скифская культура, 4-3 века до н. э.). Отмечены следующие ассоциации. Курган 25: удила – бронза, псалии – дерево. Курган 71: удила – бронза, псалии – дерево. Курган 74: удила – бронза, псалии – дерево, подпружные пряжки – кость. Курган 75: удила и псалии – железо, подпружные пряжки – кость. Деревянные псалии однозначно вотивные. Подпружные пряжки из кости – смертельно опасны. Их поломка при быстром аллюре приведет к падению всадника с лошади. То есть и они являются вотивными изделиями. В публикации [Малов Н.М., 2003] рассмотрен псалий из кости с селища Баланбаш абашевской культуры. Сделан вывод, что это заготовка псалия. По нашему мнению, это вотивная копия настоящего псалия. Главное, в Великой степи существовал обычай помещения в погребения вотивные псалии.  

Один из самых ярких исследователей Казахстана дал справку по особенностям амуниции коня у казахов. «Глубоко архаическую форму имеют псалии узды (боковые поперечные планки, крепящиеся к концам удил), навевающие прямые ассоциации с аналогичными археологическими предметами эпохи ранних и поздних кочевников» [Кушкаев, 2009]. Форма этих металлических псалий не соответствует форме псалий из синташтинских погребений. Но это не принципиально. Принципиально то, что у казахов в этнографический период бытовали псалии, аналогичные тем, которые археологи относят к глубокой древности. Возможно, бытовали и псалии синташтинского тапа. На основе этого предположения верхний предел псалий из синташтинских погребений определен нами 19 веком н. э.   

Отличительной чертой синташтинских погребений является наличие в них костяков лошадей [Сотникова, 2014-а]. Верхний предел бытования этого обычая может быть определен 18 веком н. э. В его первой половине у барабинских татар: «каждая семья из этого юрта имела свое место для погребения, хоронили умерших с конем и устанавливали столб над могилой» [Борисенко, Худяков, 2015]. А казахи Павлодарского Прииртышья оставляли конский череп у надгробья и в 19 веке [Мусагажинова, 2015].

В публикации [Косинцев, 2010] приведены характеристики лошадей из погребений синташтинской и петровской культур. В погребениях синташтинской культуры из 12 особей, 10 самцы. «Более половины особей (64%) имели среднюю высоту в холке 136-144 см; около четверти особей (27%) имели высоту ниже среднего – 128-136 см и отдельные осо­би имели рост выше среднего (144-152 см) и мелкие размеры – 120-128 см».  В погребениях петровской культуры 9 из 10 – самцы. Высота лошадей примерно такая же, как и в синташтинских погребениях.

 Автор публикации [Сотникова, 2014-б] рассуждает об особенностях принесения в жертву скаковых (спортивных) лошадей в древних сообществах. Но в этой же публикации приводятся данные о том, что в части погребений лошади представлены только черепом и дистальными частями ног. Понятно же, мясо лошадей съедено. А раз так, то можно предположить, что лошади, принесенные в жертву, были мясной породы. В связи с этим, обратимся к породе «казахская лошадь». В энциклопедии «Коневедие» в статье «Казахская» сообщается следующее. В этой породе лошадей выделяется два внутрипородных типа: адаевская (верховая) и джабе (мясная). Жеребцы мугоджарского подвида джебе имеют высоту 138-145 см. Это точно соответствует средней высоте лошадей из погребений культур бронзового века. Здесь мы видим пример, «само»развития симулякра, через людей, ментально в него вовлеченных. Простые варианты интерпретации фактов не рассматриваются. Формируются только версии интерпретации, подтверждающие основы симулякра: синташтинцы целенаправленно вывели породу «колесниченых» лошадей [Косинцев, 2010]. 

По трем типам находок в погребальных камерах Синташнского могильника верхний предел его функционирования датирован 18-19 веками. Заключение археологов «синташтинцы одними из первых в мире освоили технологию изготовления боевых колесниц и их применение по функциональному назначению» базируется только на «колесных ямках». На них же базируется датирование синташтинской культуры бронзовым веком.

 

6. Подведем итоги

1. Сформированный археологами феномен «Археологические культуры бронзового века Южного Зауралья» имеет две составляющие – симулякр «Страна городов» и артефакты. Артефакты включают поселения и могильники, как совокупность сооружений, а также различные изделия, найденные по результатам раскопок. Эти две составляющие феномена удалось достоверно разделить.

2. В кратком изложении симулякр «Страна городов» сводится к следующему. В степной зоне Южного Зауралья в бронзовом веке на ограниченной территории (32 тыс. кв. км, расстояние от Степного до Берсуата 213 км, от Кизильского до Исинея 205 км) возникло сообщество, условное название синташтинцами. Синташтинцы построили 21 протогород. Поэтому эту древнюю цивилизацию археологи назвали «Страной городов». Протогорода были окружены оборонительными сооружениями, обеспечены водой и канализационной системой. Синташтинцы освоили поиск и добычу медной руды, выплавку из нее меди, производство оловянной и мышьяковой бронзы, изготовление из металла оружия, орудий труда и украшений. Освоили производство керамической посуды по нескольким технологиям, производство разных тканей. Овладели плотницким мастерством и технологией изготовления боевых колесниц. Синташтинцы разводили лошадей, крупный и мелкий рогатый скот. Были у них и свиньи. Освоили поливное земледелие. Аркаим, один из протогородов, являлся и храмом, и древней обсерваторией. Возможно, здесь находилась родина Заратустры. Был у синташтинцев и грандиозный архитектурный ансамбль, уникальный памятник культуры ранних индоиранских племен. Его раскопали археологи (Большой Синташтский курган). Говорили синташтинцы на индоиранском языке. Появились они «ниоткуда» и ушли в «никуда».

3. Совокупность изученных сооружений и найденных артефактов в кратком изложении сводится к следующему.

3.1. В Южном Зауралье выявлено 21 поселение, окруженное валами. Из них часть окружена двумя концентрическими валами, часть одним валом, часть двойным валом (два вала и канава между ними). Археологическими раскопками изучено 10 поселений: Аркаим (8055 кв. м), Каменный Амбар (2800 кв. м), Синташта (около 7000 кв. м), Устье (3051 кв. м), Аландское (702 кв. м), Куйсак (550 кв. м), Степное (350 кв. м), Берсуат (139,5 кв. м), Коноплянка (96 кв. м), Кизильское (837 кв. м). В скобках даны площади археологических раскопов. Синташта вскрыта полностью. На Аркаиме раскопами изучено примерно 40 % его площади, на Устье – 21 %, на Каменном Амбаре – 16 %. Общая площадь раскопов 23580,5 кв. м. Кроме этого, Сарым-Саклы изучен тремя шурфами. Это высокая степень изученности типовых археологических объектов. Раскопками изучены и могильники, расположенные вблизи поселений.

3.2. Форма поселений в плане (по валам) в основном округлая (почти правильный круг или овал) и четырехугольная с закругленными углами. Площади поселений по внешним границам валов варьируются от 6900 (Андреевский) до 32400 кв. м. (Черноречье III). Средняя – 16500 кв. м. Выделяется два «стандарта»: 13000-14400 кв. м (Сарым-Саклы, Родники, Журумбай, Синташта, Устье, Степное,) и 19400-24400 кв. м (Каменный Амбар, Париж, Камысты, Берсуат, Аландский).

3.3. Площадь внутри валов разделена на отсеки, ограниченные в прошлом стенами. В некоторых поселениях имеются «улицы». Площадь отсеков варьируется от 100 до 273 кв. м. Но в Париже их площадь 300-432 кв. м (размеры впадин, соответствующих отсекам, 12х25 и 16х27 м). Почти в каждом из отсеков имелись колодцы и печи.

3.4. При раскопках найдены деревянные конструкции, кости, фрагменты керамической посуды, изделия из кости и камня, в том числе наконечники стрел, медные и бронзовые инструменты и украшения, слитки, шлаки, капли и сплески металла, кусочки медной руды. Аналогичные изделия из металла и керамики, а также наконечники стрел найдены при раскопках могильников, расположенных в непосредственной близости от поселений.

3.5. Изделий из металла (медь, оловянная, мышьяковая и комбинированная бронза) на поселениях найдено поразительно мало. Например, их плотность на Аркаиме – одно на 670 кв. м раскопа.

4. На поселениях, окруженных валами, найдено поразительно мало наконечников стрел. При этом они отличаются большим разнообразием как по материалу (кость, камень, металл), так и по форме. Среди них имеются два наконечника более поздних эпох. Скорее всего, археологи выявили систему отличительных признаков и ситуативных ассоциаций, не отраженных в публикациях. Эта система не позволяет им отнести найденные наконечники стрел к боевым или промысловым. При этом археологи прямо не пишут и о том, что наконечники являются вотивными. Называют их «ceremonial» и «парадные» (в кавычках), а также ритуальными. Это вотивные наконечники. Сформулировано три вопроса. «Почему наконечники стел на поселениях разные?» «Почему на поселениях их найдено поразительно мало?» «Почему археологи не нашли настоящие боевые и промысловые наконечники?»

5. Одна из основ симулякра «Страна городов» – «синташтинцы одними из первых в мире освоили технологию изготовления боевых колесниц и их применение по функциональному назначению», базируется только на «колесных ямках», выявленных в двух погребений Синташтского могильника. На этом примере видно, что фантазии археологов «зашкаливают» за все разумные пределы.

6. По «колесным ямкам», костяным псалиям и костякам лошадей верхний предел функционирования Синташтского могильника датирован нами 18-19 веками н. э. При этом псалии являются вотивными, а лошади – мясной породы. 

Главный вывод: Опубликованных фактических данных по археологическим культурам бронзового века Южного Зауралья вполне достаточно для выполнения их (культур) идентификации вне ментального поля, сформированного симулякром «Страна городов». Поставленная нами задача – достижение понимания того, что именно изучают археологи в Южном Зауралье, вполне решаемая.   

 

Литература

Алакульская культура. http://www.kazportal.kz/alakulskaya-kultura/ Портал KazPortal.kz http://www.kazportal.kz/

Анкушев М.Н., Алаева И.П., Медведева П.С., Чечушков И.В., Шарапов Д.В. Металлургические шлаки поселений бронзового века в долине р. Зингейка (Южный Урал) // Геоархеология и археологическая минералогия, 2016, № 3, с. 116-120.

Аркаим: некрополь (по материалам кургана 25 Большекараганского могильника). Кн. 1. Сост. Д.Г. Зданович. Челябинск: Юж:-Урал. кн. изд-во, 2002, 216 с.

Батанина Н.С., Батанин С.А. Трансформации архитектурного облика укрепленного поселения Степное по данным дистанционных методов исследований // Этнические взаимодействия на Южном Урале, 2015, с. 52-58.

Берсенев А.Г., Корякова Л.Н., Чечушков И.В., Шарапова С.В. Псалии с поселения Каменный Амбар // Археология, этнография и антропология Евразии, 2014, № 3 (59), с. 46-54.

Берсенева Н.А., Епимахов А.В., Носкевич В.В., Федорова Н.В. Возможности синтеза геофизической и археологической информации при интерпретации результатов раскопок (на примере поселения бронзового века Каменный Амбар) // Вестник археологии, антропологии и этнографии, 2015, № 1 (28), с. 4-14.

Борисенко А.Ю., Худяков Ю.С. Сведения европейцев XV - начала XVIII в. об особенностях культур тюркских и монгольских номадов в Западной и Южной Сибири // Вестник археологии, антропологии и этнографии, 2015, № 3 (30), с. 72-81.

Генинг В.Ф. Зданович Г.Б., Генинг В.В. Синташта: археологические памятники арийских племен Урало-Казахстанских степей. Челябинск, 1992, 408 с.

Григорьев С.А., Русанов И.А. Экспериментальная реконструкция древнего металлургического производства // Аркаим: Исследования. Поиски. Открытия, 1995, с. 147-158.

Древнее Устье: укрепленное поселение бронзового века в Южном Зауралье / отв. ред. Н.Б. Виноградов; науч. ред. А.В. Епимахов. – Челябинск: Абрис, 2013, 482 с.

Дубовцева Е.Н., Киселева Д.В., Пантелеева С.Е. Технологическое исследование керамики синташтинского типа из поселения Каменный Амбар // Уральский исторический вестник, 2016, № 4 (53), с. 99-110.

Епимахов А.В., Молчанов И.В. Свидетельства металлопроизводства бронзового века укрепленного поселения Каменный Амбар: каменные плавильные чаши // Вестник археологии, антропологии и этнографии, 2013, № 1 (20), с. 4-9.

Епимахов А.В., Берсенева Н.А. Вариативность погребальной практики синташтинского населения (поиск объяснительных моделей) // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология, 2012, Т. 11, № 3, с. 148-170.

Епимахов А.В., Берсенева Н.А. Традиция сооружения колодцев в аридной части Северной Евразии в эпоху бронзы // Культуры степной Евразии и их взаимодействие с древними цивилизациями, 2012, с. 164-168.

Епимахов А.В., Семьян И.А. Наконечники стрел поселения Каменный Амбар и некоторые замечания о войне в синташтинском обществе // Уральский исторический вестник, 2016, № 4 (53), с. 77-84.

Епимахов А.В., Семьян И.А. Аркаим и Синташта: история открытия и археологическая реальность. Сайт Антропогенез.ру. 2017.

Есин Ю.Н. Колесный транспорт коренного населения Минусинской котловины в XVII-XIX веках по материалам письменных источников // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология, 2015, Т. 14, № 7, с. 228-241.

Зайков В.В., Юминов А.М., Анкушев М.Н. Рудная геоархеология меди в Центральной Евразии (обзор) // Геоархеология и археологическая минералогия, 2016, № 3, с. 7-24.

Зданович Г.Б. Феномен протоцивилизации бронзового века Урало-Казахстанских степей: Культурная и социально-экономическая обусловленность // Взаимодействие кочевых культур и древних цивилизаций. Алма-Ата: Наука, 1989, с. 171-179.

Зданович Г.Б., Батанина И.М. Аркаим – «Страна городов». Пространство и образы. Издательство: «Крокус», ОАО «Южно-Уральское книжное издательство», 2007, 260 с.

Зданович Г.Б., Малютина Т.С. Достижения культуры «Страны городов» бронзового века Южного Урала как ценностный ориентир и историко-культурный потенциал современности // Горизонты цивилизации, 2014, № 5, с. 83-102.

Злоказов А.А., Данилов А.Р., Марков С.С., Пантелеева Л.В., Угаев М.А. Продолжение археологических исследований поселения Аркаим: научно-исследовательский проект. Фонд «Наследие». Москва – Дубна – Челябинск. 2013.

Иванов И.В. Аркаим – ланшафтно-исторический заповедник // Проблемы и феномены. Аркаим: Исследования. Поиски. Открытия,1995, с. 9-20.

Кастанье И.А. Надгробные сооружения киргизских степей. Оренбург: Тип. Оренбургской духовной консистории, 1911, 120 с.

Клёсов А.А. Миграции ариев по данным ДНК-генеалогии // Исторический формат, 2016, № 2 (6), с. 127-156.

Кореняко В.А., Кузьминых С.В. Наука и паранаука в современной отечественной археологии (по следам обсуждения «проблемы Аркаима») // Российская археология, 2007, № 2, с. 173-177. 

Корякова Л.Н., Краузе Р., Епимахов А.В., Шарапова С.В., Пантелеева С.Е., Берсенева Н.А., Форнасье Й., Кайзер Э., Молчанов И.В., Чечушков И.В. Археологическое исследование укрепленного поселения Каменный Амбар (Ольгино) // Археология, этнография и антропология Евразии, 2011, № 4, с. 61-74.

Корякова Л.Н., Кузьмина С.А. Некоторые особенности архитектуры укрепленного поселения Каменный Амбар в контексте образа жизни населения Южного Зауралья начала II тыс. до н. э. // Уральский исторический вестник, 2017, № 1 (54), с. 92-102.

Косинцев П.А. «Колесничные» лошади // Кони, колесницы и колесничие степей Евразии. Екатеринбург; Самара; Донецк, 2010, с. 21-79.

Косинцев П.А., Самашев З. Берелские лошади. Морфологическое исследование. Астана: Издатель­ская группа филиала Института археологии в г. Астана, 2014, 368 с.

Кузьмина Е.Е. Абашево, Синташта и происхождение индоиранцев // Абашевская культурно-историческая общность: истоки, развитие, наследие, 2003, с. 76-77. 

Куприянова Е.В. К вопросу о взаимодействии синташтинского и петровского населения в эпоху бронзы в Южном Зауралье (на примере памятников у села Степного) // Этнические взаимодействия на Южном Урале, 2015, с. 62-70.

Кушкаев Р.Ш. Конское убранство у казахов // Nomad-Kazakhstan, 2009, №4 (8).

Малов Н.М. Заготовка дисковидного псалия с селища Баланбаш // Абашевская культурно-историческая общность: истоки, развитие, наследие, 2003, с. 128-131.

Малютина Т.С., Зданович Г.Б., Семьян И.А. Наконечники стрел с укрепленного поселения эпохи бронзы Куйсак // Этнические взаимодействия на Южном Урале, 2015, с. 71-74.

Мартынов А.И. Раннетюркские изображения Бичикту-Бом // Мир Большого Алтая.  2016, № 2(4.2), с. 814-823.

Медведева П.С. Исследование отпечатков ткани на керамических сосудах синташтинской и петровской культур (по материалам могильника Кривое Озеро) // Этнические взаимодействия на Южном Урале, 2015, c. 75-81.

Молодин В.И., Епимахов А.В., Марченко Ж.В. Радиоуглеродная хронология культур эпохи бронзы Урала и юга Западной Сибири: принципы и подходы, достижения и проблемы // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология, 2014, Т. 13, № 3, с. 136-167.

Моргунова Н.Л. К вопросу о модели кочевого скотоводства в степях Волжско-Уральского междуречья в бронзовом веке // Интеллект. Инновации. Инвестиции, 2012, № 1, с. 222-225.

Муравьев Л.А., Носкевич В.В., Федорова Н.В. Результаты магнитометрических исследований археологических памятников эпохи бронзы на Южном Урале // Уральский геофизический вестник, 2009, № 1 (14), с. 44-49.

Мусагажинова А.А. Доисламские элементы в погребальной обрядности казахов Павлодарского Прииртышья // Вестник археологии, антропологии и этнографии, 2015, № 1 (28), с. 133-137.

Носкевич В.В., Федорова Н.В., Бебнев А.С., Вдовин А.Г., Мехоношина Т.Л. Результаты исследования геофизическими методами археологического памятника бронзового века городище Андреевское (Южный Урал) // Уральский геофизический вестник, 2014, № 1 (23), с. 72-80.

Петров А.Ф. Поселение Аркаим в научной и научно-популярной литературе // Российская археология, 2015, № 2, с. 167-176.

Пятых Г.Г. К проблеме принадлежности Потаповского могильника к «синташтинской культуре» // Абашевская культурно-историческая общность: истоки, развитие, наследие, 2003, с. 138-142.

Семьян И.А. Археология конфликтов. К проблеме военного дела Синташтинской и Петровской культур // Вестник ЮУрГУ, Серия «Социально-гуманитарные науки», 2014, Т. 14, № 1, с. 41-46.

Семьян И. А., Зданович Д. Г. Наконечники стрел с поселения эпохи бронзы Аландское // Язык. Культура. Коммуникации, 2014, № 1, с. 3.

Смирнов К.Ф., Кузьмина Е.Е. Происхождение индоиранцев в свете новейших археологических открытий. Москва: Наука, 1977, 83 с.

Сотникова С.В. Формирование традиции вертикальной направленности погребального ритуала на территории евразийских степей в эпоху бронзы // Теория и практика археологических исследований, 2014-а, № 2 (10), с. 79-95.

Сотникова С.В. К вопросу о парных захоронениях лошадей в колесничных культурах эпохи бронзы: реконструкция ритуалов и представлений (по материалам памятников синташтинского и петровского типа) // Проблемы истории, филологии, культуры, 2014-б. № 2 (44), с. 176-189.

Стефанов В.И. О культурной принадлежности Большого Синташтинского кургана // Российская археология, 2009, № 1, с. 18-24.

Стоколос В.С. Поселение Кизильское позднего бронзового века на реке Урал (по материалам раскопок 1971, 1980, 1981 гг.) // Вестник Челябинского Государственного педагогического университета. Серия 1. Исторические науки, 2004, с. 207-236.

Стоколос В.С. Стоколос Г.И. Кизильский курганный могильник эпохи поздней бронзы. // Вестник Челябинского Государственного педагогического университета. Серия 1. Исторические науки, 2004, с. 237-256. 

Федорова Н.В., Носкевич В.В. Реконструкция планировки укрепленных поселений эпохи бронзы на Южном Урале (Ольгино и Коноплянка) по результатам детальной магнитной съемки // Уральский геофизический вестник, 2012, № 1 (19), с. 52-59.

Федорова Н.В., Носкевич В.В., Иванченко В.С., Бебнев А.С., Маликов А.В. Геофизические методы исследования археологических памятников Сарым-Саклы и Воровская яма (Южный Урал) // Уральский геофизический вестник, 2013, № 2 (22), с. 46-53.

Хохлов А.А. О происхождении и дальнейшем развитии физического типа носителей синташтинско-потаповского круга культур. Аркаим – Синташта: древнее население Южного Урала, 2010, Ч. 2, с. 112-132.

Черных Е.Н. Культуры Евразии и «евразийство» сквозь призму монгольских степей // Вестник Евразии, 2001, № 3, с. 114-129.

Шарапова С.В., Краузе Р., Молчанов И.В., Штоббе А., Солдаткин Н.В.
Междисциплинарные исследования поселения Коноплянка в южном Зауралье: предварительные результаты // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология, 2014, Т. 13, № 3, с. 101-109.

Шевнина И.В. Технико-технологический анализ синташтинской керамики кургана Халвай 3 // Самарский научный вестник, № 4 (13), 2015, с. 105-112.

Epimakhov, A.V., Krause R. Relative and absolute chronology of the settlement Kamennyi Ambar. // Multidisciplinary investigations of the Bronze Age settlements in the Southern TransUrals (Russia). Bonn : Verlag Dr. Rudolf Habelt GmbH, 2013. P. 129–146.


(статья получена 21.06.2017)