>

Статьи А.М.Тюрина >>

УДК: 902+636.09

Укрепленные протогорода бронзового века или скотные дворы оренбургских казаков?

А.М. Тюрин

Аннотация. Объекты Южного Зауралья, окруженные валами, уральские археологи идентифицировали как укрепленные протогорода бронзового века. По нашей реконструкции они являются скотными дворами-зимовками казаков Новолинейного района Оренбургского казачьего войска, а также служилых людей и других жителей крепостей и поселений Верхнеуральской и Уйской линий. Скотные дворы-зимовки были двух типов – укрепленные и не укрепленные. Не укрепленные окружены валом и канавой (Аркаим, Кизильский, Куйсак, Бахта, Париж, Синташта, Черноречье III, Степной). Это противопожарные сооружения. Укрепленные дворы кроме вала и канавы имели стены, построенные из жжённого кирпича (Берсуат), самана (Родники, Аландский, Сарым-Саклы, Синташта II, Андреевский, Камысты, Коноплянка, Журумбай, Чикатай, Исиней), блоков дерна (Каменный Амбар) или бревен (Устье). Укрепленные скотные дворы расположены вблизи Новой Линии, из-за которой были возможны набеги казахов. На большом расстоянии от нее не имелось необходимости их укреплять. Дворы обносили только противопожарными сооружениями. Внутри Новолинейного района положение скотных дворов-зимовок определяется распределением земель между казаками и казахами, а также климатическими условиями региона. Расположены они только во владениях казаков или на их границах. Ни один скотный двор не попал во владение казахских родов, либо в пределы земель общего пользования казаков и казахов. Последний год функционирования скотных дворов-зимовок (кроме Берсуата и Камысты)  – 1921 г. Камысты функционировал до второй половины XX в., Берсуат – до начала 90-х годов. Скотные дворы Верхнеуральской и Уйской линий (Кизильский, Степной и Чернореченский III) построены в 40-х годах XVII в. Аркаим – в начале XX в. Остальные скотные дворы – в 40-х годах XIX в. 

Ключевые слова: археология, этнография, скотоводство, Южное Зауралье.

 

1. Постановка вопроса

Авторское датирование артефактов, поселений и могильников культур бронзового века Южного Зауралья выполнено по технологиям, скоростям геологических и биологических процессов, артефактам, этнографическим и антропологическим данным [Тюрин, 2017 г., Датирование]. Согласованный хронологический интервал «укрепленных» поселений (протогородов) «Страны городов» – середина и вторая половина XIX в. н. э. Могильники, относимые уральскими археологами к бронзовому веку, идентифицированы как ногайские и башкирские. Они не синхронны поселениям. Верхний предел функционирования могильников определен приходом в регион казахов – конец первой четверти XVIII в. Но могильники Синташты идентифицированы как казахские. Время их функционирования конец первой четверти XVIII – середина XIX вв. Не решен вопрос идентификации «укрепленных» поселений «Страны городов». Это сделано ниже. 

 

2. Этнополитическая ситуацию в Южном Зауралье в XVI-XX вв.

В статье [Тюрин, 2017 г., Датирование] мы реконструировали этническую ситуацию в Южном Зауралье до конца первой четверти XVIII в. В начале XVI в. в верховьях Урала были летние кочевья ногаев. Зимовали они в устье Сырдарьи. Для более раннего периода достоверной информации не имеется. В XVI – начале XVII вв. башкиры, главным образом табынцы, заселили часть Южного Зауралья. Их территория располагалась между реками Пышмой на севере, Уй и Тогузак – на юге, «а с сарт-айлинцами расселялись на общей вотчине в «Яикских вершинах»» [Кузеев, 2010, с. 266, 270]. Территории по Тоболу, Ую, Убагану, Ишиму и в нижнем течении Миасса башкиры Уфимского уезда, тюрки Верхотуринского уезда, ясачные и служилые татары Тюменского и Туринского уездов воспринимали в качестве своих охотничьих угодий [Маслюженко, Самигулов, 2017, с. 386]. В 20-х годах XVII в. на Тобол пришли калмыки [Пузанов, 2016, с. 195, 196]. Мы предполагаем, что они появлялись в середине-конце XVII в. в степях Южного Зауралья (западнее Тобола) эпизодически. Время начала заселения казахами Южного Зауралья – конец первой четверти XVIII в. По результатам двух битв в 1728 и 1730 гг. казахи остановили экспансию джунгар. Но ситуация в степи изменилась. Хан Младшего жуза Абулхаир был вынужден со своими аулами откочевать к Южному Уралу [Пилипчук, 2015].  В 1731 г. он принял российское подданство.

Во второй четверти XVIII в. на Южном Урале была обустроена новая граница Российской империи – Оренбургская укрепленная линия. В Зауралье ее частями являлись Верхнеуральская и Уйская дистанции. Первая включала интервал между крепостями Орск и Верхнеуральск. Здесь граница шла по реке Урал. От Верхнеуральска она поворачивала на восток, и шла по реке Уй (от Степной крепости) до ее впадения в Тобол. Этот участок относился к Уйской дистанции. Ключевой на ней была Троицкая крепость. Первыми жителями крепостей, укреплений и редутов на этих двух дистанциях были солдаты и офицеры линейных батальонов, яицкие и исетские казаки, а также лица разных сословий. Оренбургская укрепленная линия разделила башкир и казахов. Степная часть Южного Зауралья перешла в безраздельное владение последних.

В конце первой трети XIX в. у руководителей Оренбургской губернии возникла идея «спрямить» границу – оборудовать новую линию от Орска до Троицка. Этот план реализован в 1835-1837 гг. Новая линия состояла из пяти дистанций. Их центрами являлись укрепленные поселения – Императорское, Наследнинское, Константиновское, Николаевское и Михайловское [Рыбалко, 1995]. Между поселениями было по три редута. Поселение и редуты обносились валами и рвами. Но в редутах постоянных жителей не имелось. От ранней весны до поздней осени в них находились отряды казаков. Имелся план строительства вдоль всей линии земляного вала (вал Перовского). Но построили только 43 версты. При создании Новой линии «старая» по рекам Урал и Уй не была расформирована. В течение 10 лет за ней было создано около 50 поселений.

Поселения между «старыми» дистанциями и Новой линией первоначально имели номера. Позднее им присвоили названия мест, где русское оружие одержало победы. Часть поселений названа в честь лиц российской администрации, принявших активное участие в освоении Оренбургского края. На территории Новой линии и бывших дистанций –  Верхнеуральской и Уйской, а также между ними образован Новолинейный район Оренбургского казачьего войска, административно входившего в Оренбургскую губернию. Он заселялся оренбургскими и уральскими казаками, солдатами линейных батальонов (они переводились в казачье сословие). Вместе с оренбургскими казаками в Новый район попали и казаки-мусульмане. Были упразднены казачьи станицы внутренних кантонов Уфимского и Бузулукского уездов. Казаки переселялись в Новолинейный район. Из Уфимского уезда перевели крещеных татар-казаков. В Новолинейном районе их стали называть нагайбаками. В казачье сословие переводились государственные крестьяне, проживавшие на землях Оренбургского казачьего войска. Были переселены и калмыки Ставропольского войска (Ставрополь-на-Волге). Их тоже зачислили в казачье сословие. В 1861 г. численность казаков в Новолинейном районе составляла около 41 тысяч душ обоего пола [Кортунов, 2014]. Имелись планы переведения всех казахов (киргиз-кайсаков), кочевавших в Южном Зауралье, за новую границу Российской империи. Но реализовать их не удалось. За казахами было сохранено право на зимовку в пределах Новолинейного района. В 1861 г. их там было примерно столько же, сколько и казаков. В Новолинейный район переводили оренбургских казаков из Предуралья и в первом десятилетии XX в. Вместе с ними из Саракташского района Оренбургской области перевели кондуровцев – казаков-мусульман, потомков ногаев.

Отношения казаков и казахов были напряженными вследствие острой борьбы за пастбищные и сенокосные угодья. «Кочевники постоянно терроризировали казаков своими нападениями на станицы, угоном населения, скота, поджогами полей ... За десять лет жизни на Новой линии оренбургские казаки потеряли более 2000 человек» [Абрамовский, 1999, с. 66]. В 1845 г. казахи ночью угнали 8 лошадей, пасшихся около поселка Полтавский. В 1846 г. они угнали два табуна (более 500 лошадей) принадлежащих казакам поселков Елизаветпольский и Парижский. Казакам запрещалось оставаться на ночь в поле (на своих земельных наделах) [Кобзов, 1992-а]. В поселках назначалась ночная стража из расчета по 1 казаку от каждых 10 дворов. Но прямое нападение казахов на поселения казаков произошло лишь однажды. Султан Кенисара Касимов с большим отрядом в 1844 г. напал на поселок Екатериновский. Был серьезный бой. Казакам не удалось удержать его предместье (форштадт).  В 1852 г. был завершен отвод земель казахам [Кортунов, 2014]. Они сохранили свой традиционный уклад. Имели право на отведенных им землях строить постоянные жилища, в которых могли бы проводить зиму, а летом перекочевывать (по скотопрогонным дорогам общего пользования) на летние пастбища за Новую линию (Верховья Тобола, Орь, Иргиз, верховья Илека).   

 

3. Технологии скотоводства оренбургских казаков

У казаков Новолинейного района было две технологии содержания скота [Халиков, 2016]. Первая – пастбищно-стойловая. В теплый период года скот выпасался на пастбищах под присмотром пастухов, а на зиму переводился в хозяйства казаков – «в срубные, саманные, каменные, плетневые хлева и конюшни, в загородку из жердей (карда)» (с. 267). Зимой основным кормом животных было сено и зерно (овес, ячмень, рожь). Вторая технология не предусматривала перевод скота в зимний период в поселки. Табуны коней и овец круглый год выпасались на пастбищах. Зимой тебеневали. У казаков были летовки и зимовки. Нередко там сооружали временные и постоянные жилища и хозяйственные постройки. Были и хлебопекарные печи. На летовках часто жила вся семья. «С собой вывозили даже домашнюю птицу» (с. 268). На зимовках оставляли молодых казаков и наемных работников.

Лошади казаков были «монгольской» породы (башкирские или киргизские), низкорослые, но выносливые, приспособленные для верховой езды [Халиков, 2016]. Крупный рогатый скот был калмыцкой или киргизской породы мясного направления. Его называли «линейным». Главное, этот скот не нуждался в стойловом содержании зимой. Мы предполагаем, что часть зимовок была обнесена валами. Внутри были отсеки, разграниченные саманными стенами. Каждый отсек принадлежал одной семье казаков. Там они держали зимой свой скот. Часть отсека занимало жилое отапливаемое помещение. С этими зимовками были совмещены и летовки. В теплый период скот выпасался на одних пастбищах, а в зимний – на других. Представляется, что пойменные луга вряд ли подходили под зимние пастбища по причине большой высоты снежного покрова в низинах. На них скот выпасался летом. На склонах холмов, окружающих речные долины, – зимой. С них снег сдувался ветрами.

 

4. Поселок Полтавский и поселение Родники

В публикации [Абрамовский, 1999] рассмотрено основание поселка Полтавского и первые годы жизни в нем казаков. Участок под его строительство (первоначально поселение № 6) отведен на реке Карталы-Аят на окраине Джабык-Карагайского бора. Сюда весной 1843 г. из Табынской станицы прибыли 200 казаков. К ним подселили 9 семей калмыков-казаков. Казаки взяли с собой лошадей, крупный рогатый скот, строительные инструменты и сельскохозяйственный инвентарь. Из войсковых лесов на каждую семью отпускалось по 50-75 корней строевого леса. Дома казаки построили из дерева. Успешно освоили и строительство подсобных помещений из самана (сырой необожженный кирпич). Его изготовляли из белой глины с добавлением соломы и мякины. В 1852 г. в поселке Полтавский проживало 315 душ мужского пола. На каждую полагалось по 30 десятин сельскохозяйственных угодий (пашня, луга – выпасы и сенокосы). Землю казакам отвели в окрестностях поселка. Кроме того, во владениях Полтавского находились два «анклава» – по рекам Карталы-Аят (230 десятин) и Арчалле (270 десятин). На этих землях казахам разрешалась летом заготовка сена, а зимой – тебеневка.

Посевы зерновых, давали хоть и не стабильный урожай, но в целом обеспечивали нужды казаков Новолинейного района. Проблемы возникли с животноводством. Были частые эпидемии чумы и оспы. От них погибало большое число лошадей, коров и овец. В 1844 г. падеж скота от чумы и оспы в Новолинейном районе составил 606 лошадей, 3826 коров и 1256 овец. В 1856 г. – 1658 лошадей, 14244 коровы и 4445 овец [Абрамовский, 1999 с. 66]. Для борьбы с эпидемиями правительство России укрепило ветеринарную службу Оренбургской губернии. В 1844 г. дополнительно к имеющимся двум ветеринарным чинам назначено еще два ветеринарных врача и четырех помощника [Мелконян, 2014]. Трое из вновь назначенных специалистов определены в Новолинейный район.     

Таким образом, у казаков Полтавского было две проблемы, связанные со скотоводством – эпидемии и угон скота казахами. По нашему мнению, они минимизировались созданием укрепленного скотного двора за пределами поселка. В поселке на подворьях казаков находились дойные коровы, рабочие и верховые лошади. Остальные лошади, недойное стадо крупного рогатого скота и мелкий рогатый скот содержались на пастбище вблизи укрепленного скотного двора. Нашли ли его археологи? Да. Это поселение Родники, расположенное в 500 м от реки Карталы-Аят на ее левом берегу. На другом берегу реки напротив Родников сегодня находится город Карталы. Считается, что последний образовался на месте поселка Полтавский. Однако, город находится на правом берегу реки, а на картах XIX в. Полтавский показан на ее левом берегу, на том же, на котором находится и скотный двор. Расстояние между Полтавским и скотным двором примерно 3 км. По нашей реконструкции он был обнесен стеной из саманного кирпича и канавой. Причем, при ее рытье грунт откидывался на другую сторону от стены. Внутри скотного двора из самана же были построены стены, разграничивающие группы отсеков, в которых содержался скот. Отсеки тоже были как-то отгорожены друг от друга.  

Функционально укрепленный скотный двор не был рассчитан на его длительную осаду казахами. Такая акция с их стороны была невозможна. Стена вокруг двора защищала только от ночных угонов скота. Разделение же стада казаков на две части затрудняло распространение эпидемий. Можно предположить, что животные, которые содержались в поселке, паслись на лугах правого берега Карталы-Аят, а те, которые находились в скотном дворе – левого. Или граница пастбищ находилась между поселком и скотным двором. В случае возникновения эпидемии такое пространственное распределение стада облегчало проведение санитарных мероприятий. Здесь есть еще один важный момент. Если бы казаки Полтавского решили использовать пастбища своих двух «анклавов», то им бы пришлось построить там укрепленные скотные дворы. Мы предполагаем, что казаки других поселков Новолинейного района так и делали.

В какое-то время у жителей Полтавского отпала надобность в укрепленном скотном дворе. Строение забросили. Саманные стены разрушились. Остатки внешней стены превратились во внутренний вал, грунт, вынутый из канавы – во внешний. То есть, сегодня этот объект оконтурен двумя близкорасположенными валами, что и отмечают археологи.  Внутренним стенам тоже соответствуют валы. У нашей реконструкции есть замечательное подтверждение. Скотный двор долго распахивался. Тем не менее, на аэрофотоснимке валы, соответствующие его окружной и внутренним стенам, контрастно выделяются белым цветом на фоне темного цвета чернозема пашни [Зданович, Батанина, 2007, рис. 73]. А казаки Полтавского освоили технологию производства самана именно из белой глины.

 

5. Скотные дворы казаков

По нашей гипотезе все поселения, обнесенные валами, которые археологи считают укрепленными протогородами бронзового века, являются скотными дворами казаков Новолинейного района, а также служилых людей и других жителей Верхнеуральской и Уйской линий. На Южном Урале такие скотные дворы называют кардами. Одно из значений этого слова (по Далю) – скотный двор за пределами поселения. На скотных дворах, зимниках и летовках, постоянно находились скотоводы. Для их проживания были оборудованы специальные помещения. Поэтому скотные дворы являются одновременно и поселениями людей. То есть, термин «поселение» в наших статьях применяется корректно.

За основу нашей реконструкции пространственного расположения скотных дворов приняты «Схема расположения укрепленных поселений эпохи средней бронзы в степной зоне Южного Зауралья» [Зданович, Батанина, 2007, рис. 1], а также картографические данные XIX в.: «Генеральная карта Оренбургского Края» (1875 г.) [Генеральная карта] и «Карта киргизского землепользования Кустанайского уезда Тургайской области» (1898 г.) [Карта]. В Новолинейном районе выделялись казачьи станицы и относящиеся к ним поселки. Названия поселков в нашем тексте даны по номенклатуре второй половины XIX в. Полученные результаты в графическом виде приведены на рисунке 1. Один скотный двор – Родники, рассмотрен. Ниже рассмотрены другие скотные дворы. При этом, мы ориентировались на соседние с ними поселки, указанные в монографии [Зданович, Батанина, 2007]. Основные фактические данные по скотным дворам приведены в статье [Тюрин, 2017, Симулякр].




Рис. 1 – Схема расположения скотных дворов (по версии уральских археологов – укрепленных протогородов бронзового века)
казаков Новолинейного района Оренбургского казачьего войска (А.М. Тюрин, 2017 г.)

 

Скотный двор Аркаим находится в 8 км к северу от поселка Амурского (50-е годы XIX в.), в 2 км к востоку от поселка Ново-Александровского (1904 г.) (сегодня Александровский). К этому добавим, что в 7 км к северо-востоку от Аркаима находится поселок Черкасский (1904 г.) (Черкасы), в 11 км к западу – Новокондуровский (первое десятилетие XX в.). Здесь и далее в скобках указаны годы основания поселков. Все четыре поселка – казачьи. Аркаим, как скотный двор, мог относиться к любому из них.

Автор публикации [Рыбалко, 2007, с. 48-49] приводит свидетельство Д.К. Зеленина (1905 г.): «В Нежинке и других соседних поселках обведенные глубоким рвом карды расположены группами в степи около селения». Поселок Нежинский (Нежинка, 1742-1743 гг.) расположен на реке Урал в Оренбургском районе Оренбургской области. А в поселки Ново-Александровский, Черкасский и Новокондуровский перевели казаков с соседнего Саракташского района. То есть, у оренбургских казаков существовала практика строительства кард за пределами своих поселений. Аркаим построен в соответствии с этой технологией. При этом, канава и вал не выполняли оборонительные функции. Это противопожарные сооружения. Администрация Центра «Аркаим», как и казаки, проводит на Аркаиме противопожарные мероприятия – опахивает его в начале лета. На краю курганного могильника Солнце II расположено «оконтуренное рвом мусульманское кладбище» [Древнее Устье, 2013, с. 9]. Около поселка Варненский (1843 г.) имеется древний мусульманский мавзолей «Башня Кесене». Он окружен противопожарными сооружениями – валом и канавой. Их соорудили, скорее всего, в последние десятилетия. То есть, противопожарные технологии, реализованные на Аркаиме, применяются и сегодня.

В монографии [Кобзов, 1992-б] приведены этапы Гражданской войны и становления Советской власти на территории Новолинейного района. Не может быть никаких сомнений в том, что большинство скотных дворов казаков не пережили искусственно организованный голод 1921-1922 гг. То есть, можно принять 1921 г. за их верхний хронологический предел. Время функционирования Аркаими по плотности костей мы оценили в 10 лет [Тюрин, 2017, Датирование]. Это независимая оценка. Скотные дворы Каменный Амбар, Коноплянка и Устье построены примерно в 1845 г. Плотность костей на Аркаиме в 6,4 раза ниже средней по ним. Это дает время его существования – 12 лет. То есть, Аркаим построен в 1909-1911 гг. Дата строительства Аркаима соответствует датам основания поселков Александровский, Черкасский и Новокондуровский. Аркаим отнесен нами к ближайшему поселку Александровский. Он построен примерно в 1905 г. Но имеется вероятность того, что этот скотный двор относился к поселку Новокондуровский. В питании животноводов Аркаима была относительно высокая доля конины – 18 %. На других скотных дворах – 8-13 % [Рассадников, 2016-а]. А в Новокондуровский перевели казаков-мусульман, чьи передки были ногаями.

Мы датировали время строительства Аркаима двумя способами – по скорости оплывания валов – вторая половина XIX в., и методом аналога – XIX в. Эти результаты не основаны на нашем заключении: Аркаим – скотный двор казаков Новолинейного района. Их несоответствие нашему окончательному датированию – 1905 г., связано с тем, что валы, окружающие скотный двор, первоначально были значительно ниже, чем принятая нами их высота.

У нашей датировки Аркаима имеется одна «шероховатость». В статье [Тюрин, 2017, Металл] приведены данные о том, что найденные на Аркаиме кусочки медной руды содержат турмалин. По этому признаку определен рудник, из которого они происходят, – Еленовский. Археологи относят этот рудник к бронзовому веку. Считается, что его обнаружили в 1918 г. По нашей же реконструкции, рудник, в котором добывали сульфидные руды для санитарно-профилактических мероприятий на скотных дворах казаков, разрабатывался и в период функционирования скотного двора Аркаим (начало XX в.). То есть, рудник не могли впервые «обнаружить» в 1918 г. Легкий путь согласования этих данных – предположение о том, что Аркам относится к поселку Амурский. В этом случае, сульфидные руды в Еленовском могли добывать во второй четверти XIX в. А к началу XX в. заброшенный рудник превратился в древний. Но мы настаиваем на правильности нашего датирования Аркаима. Рудник Еленовский не мог быть «обнаружен» в 1918 г. Это противоречит здравому смыслу. Со второй половины XVIII в. На Южном Урале велся целенаправленный поиск медных руд. Геологи, рудознатцы и местные жители не могли не обнаружить рудник. Для дальнейшего согласования фактических данных нужно найти ответ на вопрос. Что конкретно обнаружили в 1918 г.?     

Результаты нашего датирования Аркаима подтверждаются хорошей сохранностью валов и внешней канавы на дату первых аэрофотоснимков. Подтверждает нашу версию его идентификации и категорический отказ археологов опубликовать результаты раскопок (как это сделано для объектов Синташта и Устье). Это говорит о том, что Аркаим окружали грунтовые валы (окружали там, где они раскопаны). «В районе поселения Аркаим при дешифрировании аэрофотоснимков было отмечено несколько участков поверхности со следами оросительных систем, которые отождествляются с полями древнего земледелия» [Зданович, 2002]. Конечно, около скотного двора могли быть и грядки с овощами, огороженные изгородью. Их остатки археологи увидели на аэрофотоснимках. Но орошаемое земледелие – это, скорее всего, бурные фантазии археологов. Автор диссертации [Рыбалко, 2007], описывая быт казаков Новолинейного района во второй половине XIX – начале XX вв., не упоминает наличие у них орошаемого земледелия. «Кроме того, отмечена геохимическая аномалия почвогрунтов Аркаима. Одна из них связана с ртутью, формы которой не характерны для природного фона» [Зданович, 2002]. Аномалия, скорее всего, связана с ртутными препаратами, применявшимися на скотном дворе для лечения животных.

Неукрепленный скотный двор Аркаим строился в два этапа. Вначале были построены 21-22 отсека внутри вала диаметром 85 м. Через какое-то время вокруг него построили еще 39 отсеков, ограниченных валом диаметром 150 м. У казаков Ново-Александровского не имелось необходимость в строительстве отапливаемых «бытовок» в своем скотном дворе. От поселка он находился всего в 2 км. Поэтому археологи не нашли (как мы предполагаем) при раскопках Аракаима каких либо деревянных сооружений. Раскопали только столбовые ямки от перегородок внутри отсеков.

Скотный двор Аландский относится к казачьему поселку Аландскому (40-50-е годы XIX в.), расположенному в 6 км от него. Отличительная особенность поселка – его нахождение в приграничной области Новолинейного района (вблизи собственно Новой линии). То есть, это место было «удобным» для набегов казахов. Поэтому скотный двор расположен на останце первой террасы и имеет реальные укрепления. Окружен валом, усиленным каменными блоками, и глубокой канавой. На ее внешней стороне была стена, сложенная, предположительно, из саманных блоков.

На Верхнеуральской линии выявлен один скотный двор – Кизильский. Относится нами к крепости Кизильская (1743 г.), от которой расположен на расстоянии в 3,5 км. Скот, принадлежащий семьям гарнизона, не мог содержаться в крепости. Его можно было содержать либо в форштадте, либо в скотном дворе. Скорее всего, были реализованы оба этих варианта. Канава, окружающая скотный двор, имеет небольшую глубину, вал четко не выражен. Этот скотный двор мы отнесли к неукрепленным.

На реке Зингейка находится два скотных двора. Скотный двор Сарым-Саклы относится к поселку Кацбахский (1842 г.), который расположен от него в 6,5 км. Куйсак находится в 2,5 км к северо-западу от поселка Зингейский. Последний не фигурирует среди населенных пунктов Новолинейного района. Но ниже по Зингейке расположен поселок Браиловский (1843 г.). Скотный двор находится от него в 7-8 км вверх по реке. Мы относим Куйсак к нему. Скотный двор Бахта расположен на реке Гумбейка, отнесен нами к поселку Требиятский (1842-1843 гг.) от которого находится в 5,5 км. Скотный двор Париж расположен на реке Кызыл-Чилик, одного из притоков Гумбейки. Отнесен к поселку Парижский (1842 г.), от которого находится в 17 км. Из четырех скотных дворов укрепленным является только Сарым-Саклы. Он, как и Родники, окружен двойным валом. Остальные три скотных двора обнесены, как и Аркаим, противопожарными сооружениями – валом и рвом. На скотном дворе Куйсак археологи раскопали 550 кв. м, но полученные результаты внятно не опубликованы. Это свидетельствует о том, что там не найдено ничего из того, что может развивать симулякр «Страна городов». «Неукрепленные» поселения в долине реки Зингейка, изученные шурфами [Анкушев и др., 2016], – это скотные дворы-летовки казаков поселков Кацбахский и Браиловский. 

Берсуат является скотным двором Наследнинского (1835 г.), военного укрепления на Новой линии (в последующем, казачий поселок Наследницкий). Расположен на расстоянии 5 км от него. Авторы монографии [Зданович, Батанина, 2007] почти прямым текстом написали, что он был окружен стеной из обожженного кирпича. Каменный (из кирпича) Александро-Невский храм в Наследницком построен в 1844 г. [Абрамовский, Кобзов, 2001]. Вокруг него сооружена кирпичная стена с бойницами. Получилось что-то типа крепости, в которой при необходимости могли укрыться все люди поселения. То есть, обожженный кирпич имелся. Не видим никаких противопоказаний против того, что из него была сооружена и стена скотного двора. Этот скотный двор мы относим к укрепленным. Построен по той же технологии, что и Родники.

Когда-то кирпичную стену разобрали. Ее остаткам соответствует вал, в формировании которого задействованы и отложения скотного двора. Этот вал, а также вал за канавой расплылись и почти полностью нивелировали последнюю. Ей соответствует только цепочка «щелевидных прогибов». Возможно, за внешним валом была выкопана еще одна противопожарная канава. Ее следы отражены в реконструкциях археологов. Нижняя дата функционирования скотного двора Берсуат – начало 40-х годов XIX в. (при учете того, что дата строительства храма фактически соответствует дате его освящения). Здесь мы имеем редкий случай, когда можем определить и верхнюю дату функционирования скотного двора – начало 90-х годов XX в. «Жилая площадь поселения находилась в критическом состоянии. На ее территории несколько лет функционировал загон для скота и сарай для молодняка [Зданович, Батанина, 2007 с. 71]. То есть, скотный двор функционировал до начала 90-х годов. Он ликвидирован усилиями Челябинского государственного университета и Центра «Аркаим». Но кирпичная стена там вряд ли существовала в XX в.

Синташта является скотным двором поселка Рымникский (1843 г.), расположенного от него в 4 км. Глубина канавы – 1,3-1,5 м от древней поверхности земли, и небольшая высота внешнего вала (на дату первых аэрофотоснимков) – 10-20 см, не позволяют отнести его к укрепленным. Канава и вал – это противопожарные сооружения. По результатам раскопок Синташты можно реконструировать строение отсеков. Большинство из них включали «бытовку» животноводов и ограждение для животных, за которыми они следили. При описании одного из колодцев поселения Синташта отмечено: «До глубины 1,2-1,4 м в заполнении колодца шел конусообразный затек гумусированного грунта» [Генинг и др., 1992, с. 57]. Все правильно. «Гумусированный грунт» – это перегной навоза, заполнившего заброшенный колодец.  

Рядом с Синташтой II расположен поселок Комсомольский. Основан он, скорее всего, в период освоения целины. В 19 км выше по реке Синташте находится казачий поселок Брединский (1843 г.). К нему мы и отнесли этот скотный двор. Судя по двойному валу, он был укрепленным. Скотный двор Андреевский отнесен к казачьему поселку Андреевский, который расположен от него в 6-7 км к западу. Мы не согласны с версией интерпретации данных магнитной съемки в части оборонительных сооружений этого скотного двора. Авторы публикации [Носкевич и др., 2014] выделили две стены, расположенные на расстоянии 4-6 м друг от друга. Такая конструкция окружает дворы всех трех строительных стадий. По нашему мнению, внешняя темная полоса на трансформанте магнитного поля (рис. 2 в статье) соответствует не стене, а валу. Светлая полоса (между двух темных) – канаве, а слабо выраженная темная полоса, к которой примыкают отсеки – остаткам стены, сложенной, предположительно, из самана. Но наша версия интерпретации данных магнитной съемки ничего принципиально не меняет. Скотный двор Андреевский следует отнести к укрепленным. Скотный двор Камысты мы относим к поселку Георгиевский (40-50-е годы XIX в.), расположенному от него в 19 км к востоку. По двойному валу двор идентифицирован как укрепленный. Этот скотный двор функционировал до второй половины XX в. Об этом свидетельствуют развалины сарая для скота.

К казачьему поселку Варшавский (1842 г.) мы относим три скотных двора – Коноплянка, Журумбай и Каменный Амбар. Первый находится от поселка примерено в 12 км к западу, а второй на расстоянии 1 км (на другом берегу реки Карагайлы-Аят). Каменный Амбар находится в 7-8 км к востоку от поселка. Судя по двойным валам, первые два скотных двора были укрепленными. Каменный Амбар – тоже укреплённый. Окружающая его стена сложена из блоков дерна, скрепленных глиной, и укреплена камнями. Раскопками достоверно изучены канавы. На скотных дворах Журумбай и Каменный Амбар их глубина небольшая. Они не выполняли каких-либо оборонных функций. Это противопожарные сооружения или сточные канавы. Скотный двор Исиней относится нами к казачьему поселку Александровский (1837 г.), который находится в 5 км восточнее его. Двойные валы говорит о том, что он был укрепленным.

Устье – укрепленный скотный двор поселка Великопетровский (1842 г.). С реконструкцией археологами стены мы не согласны. Стена была деревянная, но не двойная. В вертикально установленных столбах имелись пазы, в которые были вставлены отесанные концы бревен. Это одна из типовых технологий строительство стен усадьб казаков Новолинейного района [Рыбалко, 2007]. На этом объекте канава тоже имела небольшую глубину. В поселке Великопетровский были компактно поселены крещеные калмыки-казаки, переведенные из Ставропольского войска. При раскопках Устья выявлены некоторые факты, которые археологи связали со специфическими ритуалами. Не связаны ли они с калмыками? Не владели ли калмыки технологией «кремневой индустрии» каменного века? С другой стороны, понятно, что минералы меди и железа, найденные археологами при раскопках скотного двора Устье, попали на него с отвалов месторождение золота Кисинетское, которое разрабатывалось в 1898-1908 гг. [Тюрин, 2017, Датирование].

Скотный двор Чикатай отнесен к поселку Варненский. Расположен в 15 км к юго-востоку от него. По двойным валам идентифицирован, как укрепленный. В публикации [Халиков, 2015] приведены сведения о том, что в Варненском в конце 80-х годов XIX в. на один двор приходилось более 18 голов скота. А в начале XX в. в поселке было 2785 жителей [Рыбалко, 2007]. Если принять численность семьи в 6 человек, то получится, что у жителей поселка имелось более 8 тыс. голов скота. Естественно, содержать такое его количество в одном месте по пастбищно-стойловой технологии невозможно. Поэтому и был создан «выносной» скотный двор.

Скотный двор Степной однозначно относится к крепости Степная (1743 г.) Уйской линии. Расположен на левом берегу реки Уй на расстоянии 2,5 км от нее. То есть, он находился на территории Российской империи (граница в XVIII в. проходила по реке Уй). «Обращает на себя внимание тот факт, что поселение Степное многократно возводилось на одном и том же месте. По количеству перестроек, зафиксированных на аэрофотоснимках, Степное – безусловный лидер в «Стране городов»» [Батанина, Батанин, 2015, с. 57]. Так и должно быть. В период строительства большинства скотных дворов Новолинейного района, двор Степной существовал уже примерно 100 лет.

Скотный двор Черноречье III тоже однозначно относится к поселку Чернореченский. Расположен на расстоянии 500 м от него на противоположном берегу реки Уй. На месте этого поселка был редут Волковский (он же Чернореченский) Уйской линии [Самигулов, 2016]. Поселок Чернореченский показан на карте 1875 г. [Генеральная карта]. Специалисты, изучавшие два последних скотных двора, не дали заключений о том, что они окружены двойным валом. Исходя из этого, их мы отнесли к неукрепленным.

Авторы монографии [Зданович, Батанина, 2007] при описании объектов, окруженных валами, привязывали их к ближайшим поселениям. Ключевое слов – «ближайшие». Почти все они оказались либо казачьими поселками, либо укреплениями Верхнеуральской, Уйский и Новой линий. Исключениями являются четыре скотных двора – Родники, Куйсак, Синташта II и Камасты. Их мы отнесли к ближайшим казачьим поселкам Полтавскому, Браиловскому, Брединскому и Георгиевскому.

Наше заключение о том, что скотные дворы принадлежали именно казакам, можно проверить. Не все земли Новолинейного района находились в их владение. Примерно половина была либо во владении казахских родов, либо в общем пользовании казаков и казахов. Причем, наблюдалась «чересполосица». Границы владений показаны на «Карте киргизского землепользования …» [Карта]. Скотный двор Аландский находится вблизи небольшого анклава земель общего пользования. В районе Куйсака граница земель общего пользования проходит по реке Зингейка. Они расположены по ее правому берегу. На этом же берегу находится и скотный двор Куйсак. То есть, формально он на землях общего пользования. Но мы будем условно считать, что этот скотный двор расположен на их границе. Бахта, Андреевский, Синташта II и Камысты находятся на границе земель общего пользования. Остальные скотные дворы расположены на землях казаков. То есть, ни один скотный двор не попал во владение казахских родов, либо в пределы земель общего пользования казаков и казахов. Отметим, что наша привязка скотных дворов к «Карте киргизского землепользования …» имеет невысокую точность. Здесь есть одна тонкость. Казакам было выгодно располагать свои скотные дворы на границе земель их общего пользования с казахами. В начале теплого сезона казаки пасли свой скот на землях общего пользования. При исчерпании кормовых ресурсов переводили его на свои земли.   

По параметру «укрепленный»/«не укрепленный» скотные дворы разделились в пространстве. Укрепленные расположены ближе к Новой Линии, из-за которой были возможны набеги казахов (Рис. 1). На большом расстоянии от нее не имелось необходимости их укреплять. Дворы обносили только противопожарными сооружениями.

Скотные дворы (укрепленные и не укрепленные) имеются не на всей территории Новолинейного района. Их нет в его северо-восточной, южной и северо-западной частях. Первые две части почти целиком заняты землями казахских родов и общего пользования казаков и казахов (Рис. 1) [Карта]. На них не должно быть скотных дворов казаков. Северо-западная часть Новолинейного района находится в зоне «Теплая, умеренно влажная». Здесь нет необходимости обносить скотные дворы противопожарными сооружениями. Это же относится к территории севернее Уя. 

 

6. Основные элементы реконструкции

Основные элементы нашей реконструкции сводятся к следующему.

1. Объекты Южного Зауралья, окруженные валами, уральские археологи идентифицировали как укрепленные протогорода бронзового века. По нашей реконструкции они являются скотными дворами-зимовками казаков Новолинейного района Оренбургского казачьего войска, а также служилых людей и других жителей крепостей и поселений Верхнеуральской и Уйской линий.

2. Скотные дворы-зимовки были двух типов – укрепленные и не укрепленные. Не укрепленные окружены валом и канавой (Аркаим, Кизильский, Куйсак, Бахта, Париж, Синташта, Черноречье III, Степной). Это противопожарные сооружения. Укрепленные дворы кроме вала и канавы имели стены, построенные из жжённого кирпича (Берсуат), самана (Родники, Аландский, Сарым-Саклы, Синташта II, Андреевский, Камысты, Коноплянка, Журумбай, Чикатай, Исиней), блоков дерна (Каменный Амбар) или бревен (Устье). Укрепленные скотные дворы расположены вблизи Новой Линии, из-за которой были возможны набеги казахов. На большом расстоянии от нее не имелось необходимости их укреплять. Дворы обносили только противопожарными сооружениями.

3. Внутри Новолинейного района положение скотных дворов-зимовок определяется распределением земель между казаками и казахами, а также климатическими условиями региона. Расположены они только во владениях казаков или на их границах. Ни один скотный двор не попал во владение казахских родов, либо в пределы земель общего пользования казаков и казахов. 

4. Все казачьи поселения Новолинейного района строились на регулярной основе по утвержденным планам. Эта же регулярная основа проявилась и при создании скотных дворов-зимовок. Для них тщательно выбирали место и строили по согласованному (между владельцами скота) плану. Каждый отсек (100 до 273 м2 без учета Парижа) принадлежал отельной семье. В нем было отапливаемое жилое помещение, в котором в случае необходимости мог находиться и молодняк скота. В помещении имелась печь для отопления и приготовления пищи, колодец, для зимнего водопоя скота и погреб для хранения продуктов. Колодцы и погреба была и за пределами отапливаемого помещения. Остальная часть отсека была загоном для лошадей, крупного и мелкого рогатого скота. Отсеки в большинстве скотных дворов были отделены друг от друга стенами из самана. Они также обеспечивали защиту животных от зимних ветров. Нижние части стен были укреплены «завалинками», ограниченными досками. Они предохраняли стены от разрушения биологическими продуктами животных. По «завалинкам» археологи ошибочно определяют толщину стен (до 1,5 м). Возможно, в зимовках содержались общественный скот казаков и их строевые лошади. Скотный двор-зимовка для них имел ту же конструкцию, только жилые помещения были не во всех отсеках.

5. Содержащиеся на скотных дворах-зимовках лошади и мелкий рогатый скот днем тебеневали, а на ночь загонялись в отсеки-загоны. В зимовках содержалась и недойная часть крупного рогатого скота. Для них летом заготавливалось сено. Кроме скотных дворов-зимовок у казаков были и летовки. На них содержалось и часть того скота, который в холодный период года находился в зимовках. Скотные дворы-зимовки функционировали в ограниченном режиме и в качестве летовок.  

6. Последний год функционирования скотных дворов-зимовок (кроме Берсуата и Камысты)  – 1921 г. Камысты функционировал до второй половины XX в., Берсуат – до начала 90-х годов. Скотные дворы Верхнеуральской и Уйской линий (Кизильский, Степной и Чернореченский III) построены в 40-х годах XVII в. Аркаим – в начале XX в. Остальные скотные дворы – в 40-х годах XIX в.  

 

7. Вместо заключения  

Мы обозначили симулякр «Страна городов» и дали непредвзятое описание артефактов и сооружений синташтинской культуры, а также нашу их интерпретацию и идентификацию. Но у визитной карточки симулякра «Страна городов» – Аркаима, имеется еще одно качество. «Это место, где встречаются и объединяются деятели науки и культуры, представители различных религиозных конфессий и неокульта, любители природы и паломники в поисках Бога и самого себя, где стираются любые стереотипы, и все религии объявляются равноценными путями к познанию высшего смысла жизни и Бога, где в культурном пространстве царит веротерпимость, всеобщее единение и любовь.» Статья, из которой мы привели цитату, называется «Аркаим как национально-культурная и духовно-нравственная ценность России» [Лобанкова, 2010]. Если мы правы, то «это место» является скотным двором начала XX в.

Такие вот дела.

 

Литература

Абрамовский А.П. Основание Полтавской станицы Оренбургского казачьего войска (1843-1857 гг.) // Вестник Челябинского государственного университета. История. Исторические науки, 1999, Т. 1, № 2 (10), с. 61-69.

Абрамовский А.П., Кобзов В.С. Станичные и поселковые церкви Новолинейного района. Оренбургское казачье войско // Религиозно-нравственная культура, 2001, с. 3-26. 

Анкушев М.Н., Алаева И.П., Медведева П.С., Чечушков И.В., Шарапов Д.В. Металлургические шлаки поселений бронзового века в долине р. Зингейка (Южный Урал) // Геоархеология и археологическая минералогия, 2016, № 3, с. 116-120.

Батанина Н.С., Батанин С.А. Трансформации архитектурного облика укрепленного поселения Степное по данным дистанционных методов исследований // Этнические взаимодействия на Южном Урале, 2015, с. 52-58.

Генеральная карта Оренбургского Края. 1875 г. Старые карты Оренбургской области и губернии. http://www.etomesto.ru/orenburg/

Генинг В.Ф. Зданович Г.Б., Генинг В.В. Синташта: археологические памятники арийских племен Урало-Казахстанских степей. Челябинск, 1992, 408 с.

Древнее Устье: укрепленное поселение бронзового века в Южном Зауралье / отв. ред. Н.Б. Виноградов; науч. ред. А.В. Епимахов. – Челябинск: Абрис, 2013, 482 с.

Зданович Г.Б. Урало-Казахстанские степи в эпоху средней бронзы. Диссертация на соискание ученой степень доктора исторических наук. Челябинск, 2002. 

Зданович Г.Б., Батанина И.М. Аркаим – «Страна городов». Пространство и образы. Издательство: «Крокус», ОАО «Южно-Уральское книжное издательство», 2007, с. 260.

Карта киргизского землепользования Кустанайского уезда Тургайской области. 1898. Карты уездов по Казахстану.
http://www.reviewdetector.ru/lofiversion/index.php?t211755.html

Кобзов В.С. Новая линия // Вестник ЧелГУ. Серия 1. История, 1992-а, Т. 1, № 1 (3), с. 12-26.

Кобзов B.C. Уральская Варна: к 150-летию основания казачьей станицы. Челябинск: ЧелГУ, 1992-б. 126 с.

Кортунов А.И. К вопросу о земельных спорах оренбургских казаков и киргиз-кайсаков (казахов) Новолинейного района Оренбургского казачьего войска (1835-1861 гг.) // Мир науки, культуры, образования, 2014, № 6 (49), с. 477-481.

Кузеев Р.Г. Происхождение башкирского народа. Этнический состав, история расселения. 2-е изд., доп. – Уфа: ДизайнПолиграф-Сервис, 2010, 560 с.

Лобанкова И.П. Аркаим как национально-культурная и духовно-нравственная ценность России // Традиционные национально-культурные и духовные ценности как фундамент инновационного развития России, 2010, № 3 (3), с. 182-191.

Маслюженко Д.Н., Самигулов Г.Х. Тюркские группы Южного Зауралья в XV-XVII вв.: государственные, административные, территориальные, этносоциальные трансформации // Золотоордынское обозрение, 2017, Т. 5, № 2, с. 363-396.

Мелконян Б.А. Об уточнении даты начала истории ветеринарной службы Оренбуржья // Вестник Оренбургского государственного педагогического университета, 2014, № 2 (10), с. 126-129.

Носкевич В.В., Федорова Н.В., Бебнев А.С., Вдовин А.Г., Мехоношина Т.Л. Результаты исследования геофизическими методами археологического памятника бронзового века городище Андреевское (Южный Урал) //
Уральский геофизический вестник, 2014, № 1 (23), с. 72-80.

Пилипчук Я.В. Калмыцкое ханство во времена правления Аюка-хана и его отношения с тюрками // Средневековые тюрко-татарские государства, 2015, № 7, с. 139-151.

Пузанов В.Д. Миграции ойратов В Центральной Азии в 20-е гг. XVII в // Великие евразийские миграции, 2016, с. 194-198.

Рассадников А.Ю. Система мясного питания древнего населения позднего бронзового века Южного Зауралья (по археозоологическим материалам) // Вестник южно-уральского государственного университета, Том 16, № 1, 2016-а, с. 110-114.

Рыбалко А.А. История и быт казаков Новолинейного района (Этнографический очерк). Аркаим: Исследования. Поиски. Открытия / Науч. ред. Г.Б. Зданович; Сост. Н.О. Иванова. – Челябинск: Творч. об-ние «Каменный пояс», 1995, с. 116-133.

Рыбалко А.А. Традиционная архитектура оренбургских казаков (вторая половина XIX – начало ХХ века) 07.00.07 – этнография, этнология и антропология диссертация на соискание учёной степени кандидата исторических наук. Челябинск, 2007, 194 с.

Самигулов Г.Х., Оленьков В.Д., Стромов П.А. Проект реконструкции редута Волковской (Чернореченский) Уйской пограничной линии // Новые материалы по истории фортификации, 2016, Вып. 2, с. 135-137.

 [Тюрин, Симулякр, 2017] Тюрин А.М. Археологические культуры бронзового века Южного Зауралья: симулякр «Страна городов» и факты.
http://new.chronologia.org/volume15/2017_turin_simulacrum.php

[Тюрин, 2017, Датирование] Тюрин А.М. Датирование артефактов, поселений и могильников культур бронзового века Южного Зауралья.
http://new.chronologia.org/volume15/2017_turin_date.php

[Тюрин, 2017, Металл] Тюрин А.М. Существовала ли в бронзовом веке металлургия меди.
http://new.chronologia.org/volume15/2017_turin_metall.php

Халиков Н.А. Татары на Южном Урале // Этнические взаимодействия на Южном Урале, 2015, с. 348-352.

Халиков Н.А. Традиционное хозяйство татар-казаков Южного Урала (вторая половина XIX - начало XX вв.) // Средневековые тюрко-татарские государства, 2016, № 8, с. 264-271.

 

(статья получена 3.10.2017)