Проект сборника статей по новой хронологии
Выпуск 14
материалы поступают с октября 2015 года
Официальный сайт проекта НОВАЯ ХРОНОЛОГИЯ Статьи

Зодиак Иоганна Клебергера.
Астрономия и магия на картине Дюрера

А.В. Лантратов

Содержание

1. Неоднозначность прочтения старых дат.  «Магический квадрат» Альбрехта Дюрера
2. Написанный Дюрером портрет Иоганна Клебергера и изображённый на нём зодиак
3. Первый вариант гороскопа — «со Львом». Когда, в действительности, был написан портрет Клебергера?
4. «Год Сатурна» и символическое значение «львиного» гороскопа
5. Второй вариант гороскопа — «с Регулом».  Когда родился Иоганн Клебергер?
6. «Знак Регула» и «магический» характер портрета Клебергера
7. «Солнце в сердце Льва» и день рождения Иоганна Клебергера
8. Звёздный или знаковый зодиак изображён на портрете Клебергера?
9. О сентябрьском и январском счёте лет
10. Заключение. Когда жил Альбрехт Дюрер?
11. Выводы

1. Неоднозначность прочтения старых дат.
«Магический квадрат» Альбрехта Дюрера

Важнейшим формальным результатом НХ, полученным путём применения к материалу скалигеровской версии истории древности и средневековья независимых математико-статистических методов датирования, является обнаружение лежащей в её фундаменте системы хронологических сдвигов, [ХРОН1], [ХРОН2]. Вследствие одного из таких сдвигов, ярко выраженного в европейской и русской средневековой истории, многие события, документы и произведения искусства эпохи XII-XVII веков были искусственно отброшены примерно на столетие в прошлое,. В дополнение к этому, в [ХРОН4] показано, что удобная (и привычная современному человеку) позиционная десятичная система записи чисел была изобретена впервые отнюдь не в глубочайшей (чуть ли не в III тысячелетии до н.э.) древности, как это утверждает скалигеровская хронология, а лишь где-то в середине XVI века. И практически сразу же, — на основе русской скорописи, использовавшейся в тогдашней более примитивной полупозиционной (не имевшей нуля) славяно-греческой системе счисления, — возникли знакомые всем цифры от 0 до 9, называемые сегодня «арабскими» или «индийскими». Причём, — и сейчас для нас это наиболее важный момент, — первоначально символы, которыми позже стали записываться цифры 5 и 6, имели иное значение: цифра 5 на первых порах обозначала шестёрку, а цифра 6 — наоборот, пятёрку.

В совокупности из всего этого вытекает следующее: «записи, использующие "индо-арабские" цифры в их современном виде, нельзя датировать эпохой ранее конца XVI века. Если нам сегодня говорят, что на некоем документе современником поставлена дата в принятой сегодня форме: 1250 год, или 1460 год, или даже 1520 год, то это подделка. Либо подделан документ, либо подделана дата, то есть проставлена задним числом. А в случае дат якобы шестнадцатого века … вероятно, некоторые из них относятся на самом деле к семнадцатому веку. Сегодня их неправильно интерпретируют, объявляя старый символ 5 — современной пятёркой, а не старой шестёркой, как это было первоначально», [ХРОН4].

Там же, в [ХРОН4], приведено и яркое свидетельство последнего, счастливо сохранившееся на знаменитой гравюре Альбрехта Дюрера «Меланхолия», рис. 1.



Рис. 1. Гравюра Альбрехта Дюрера «Меланхолия I»

На этой гравюре изображён так называемый «магический квадрат», то есть квадратная таблица, заполненная различными числами таким образом, что сумма чисел в каждой строке, каждом столбце и на обеих диагоналях одинакова (и, в данном случае, равняется тридцати четырём). Но, присмотревшись к этим числам, легко увидеть, что стоящая в первом столбце второго ряда цифра пять (которая и должна здесь стоять, чтобы квадрат получился «магическим») была нарисована (точнее, вырезана на гравюрной доске) поверх изначально находившейся здесь шестёрки, рис. 2.



Рис. 2. «Магический квадрат» на гравюре Дюрера (слева) и пятёрка,
переделанная из шестёрки (справа). Увеличенные фрагменты рис. 1

2. Написанный Дюрером портрет Иоганна Клебергера
и изображённый на нём зодиак

Однако, «магический квадрат» Дюрера, как выясняется, вовсе не единственный в своём роде отголосок, доносящий до нас подлинное первичное значение цифр 5 и 6. Точно такой же эффект их неверного прочтения, — причём, на сей раз, относящийся к записи именно даты! — обнаруживается, при внимательном рассмотрении, ещё на одной работе этого же художника. Речь идёт о сравнительно небольшом (37 на 37 см) портрете нюрнбергского купца и банкира Иоганна Клебергера, жившего якобы в 1485/86-1546 годах, рис. 3.



Рис. 3. Портрет Иоганна Клебергера. Картина Альбрехта Дюрера,
датируемая 1526 годом. Музей истории искусств, Вена

Считается, что данный портрет был написан по заказу последнего Альбрехтом Дюрером в 1526 году, о чём вроде бы прямым текстом свидетельствуют имеющаяся в правом верхнем углу соответствующая надпись: «1526» и под ней монограмма Дюрера. Однако, как следует из сказанного выше, надпись эта, в действительности, может указывать не на 1526, а на 1625 год н.э. Но можно ли проверить это предположение? Ответ: да, в данном случае это оказывается возможным, поскольку, помимо заметной каждому цифровой, на этом же портрете присутствует и, по крайней мере, ещё одна — скрытая от беглого взора — дата, записанная астрономически и помещённая в его левом верхнем углу, рис. 4.



Рис. 4. «Астрономическая» (слева) и «цифровая» (справа) даты
на портрете Иоганна Клебергера. Увеличенные фрагменты рис. 3

Достаточно одного взгляда на левый фрагмент рис.4, чтобы понять, что перед нами — совершенно откровенный гороскоп. В самом деле, мы видим здесь шесть звёзд, обозначающих шесть планет, а также Солнце, представленное в виде яркого жёлтого сияния, рис. 5-12.



Рис. 5. Календарь с птолемеевской системой мира. Интересная особенность
данной схемы, отличающая её от остальных подобных изображений, состоит в том,
что она имеет отчётливо выраженный «магический» характер: каждый из знаков
Зодиака сопровождается неким символом, имевшим, по мнению составителя,
«магическую» природу (о том, что это за символы, будет сказано далее).
Иллюстрация из средневекового астрологического манускрипта
(Баварская государственная библиотека, кодекс BSB Clm 826)




Рис. 6. Солнце, Луна и пять звёзд-планет. В центре изображена
направляющаяся к Солнцу комета. Увеличенный фрагмент рис. 5




Рис. 7. Семь свободных искусств и покровительствующие им планеты. Слева
изображены: Сатурн (геометрия) и Юпитер (логика). В центре (и на увеличенном
фрагменте справа) представлены: Марс (арифметика), Солнце (грамматика)
и Венера (музыка). Справа показаны: Меркурий (физика) и Луна (риторика).
В нижней части помещены изображения планет и дней недели, условно
обозначенных семью светильниками. Иллюстрация из Тюбингенской
Домашней книги — медико-астрологического манускрипта якобы XV века
(библиотека Тюбингенского университета, кодекс Md 2)




Рис. 8. Зодиакальный человек. Схема, иллюстрирующая средневековые представления
о влиянии, оказываемом на органы человека знаками Зодиака (слева, вверху и внизу)
и планетами (справа). Иллюстрация из часослова середины XVI века




Рис. 9. Солнце и шесть звёзд-планет на титульном листе алхимического трактата:
Johann Mylius, Anatomia Auri, sive Tyrocinium medico-chymicum, Frankfurt, 1628




Рис. 10. Жан Жерсон (богослов и канцлер Парижского университета, живший якобы
в 1363-1429 годах) в образе пилигрима. Справа показан увеличенный фрагмент
со щитом, на котором изображены Солнце, Луна и пять звёзд-планет.
Гравюра якобы конца XV века, приписываемая Альбрехту Дюреру




Рис. 11. Всадник-Солнце. Иллюстрация из фестивальной книги
конца XVI века (кодекс BSB Cod. icon. 340)




Рис. 12. Солнце на гравюре Ханса Вайдитца.
Якобы середина XVI века

Единственная неоднозначность возникает в связи с определением значения изображённого в центре всей композиции символа. На первый взгляд, это общепринятый астрономический знак созвездия Льва, присутствующий в таком качестве на бесчисленном множестве изображений, рис. 13-14, в том числе и на известной звёздной карте того же Дюрера, рис. 15.



Рис. 13. Солнце и Лев. Над спиной льва изображён его условный символ.
Гравюра Виргилиуса Солиса. Якобы середина XVI века




Рис. 14. Солнце со Львом (слева) и увеличенный фрагмент с символом
последнего (справа). Рисунок Эрхарда Шона. Якобы 1536 год




Рис. 15. Изображение Льва на звёздной карте Дюрера (слева) и его
фрагменты с символом данного созвездия (справа). Якобы 1515 год

Как символ Льва он интерпретируется и практически во всех описаниях рассматриваемой картины. Тем не менее, как утверждается в [Roos], — и, как станет понятно далее, практически наверняка так оно и есть, — в данном частном случае этот символ имеет более узкое значение и указывает не на созвездие Льва целиком, а лишь на его главную звезду — Регул.

3. Первый вариант гороскопа — «со Львом».
Когда, в действительности, был написан портрет Клебергера?

Рассмотрим сначала первую — стандартную — возможность.

В этом случае мы получаем, что на рис. 4 представлен предельно лаконичный гороскоп — все планеты во Льве. Спрашивается, в какие годы все семь известных в средневековой астрономии планет собирались на звёздном небе в созвездии Льва? Программа HOROS даёт на него следующий исчёрпывающий ответ: за последнюю тысячу лет это происходило только дважды — 14-16 августа 1007 года н.э. и 30 августа — 1 сентября старого стиля 1624 года н.э. Первое решение по очевидным причинам заведомо отпадает, зато второе оказывается отстоящим буквально на один год от даты, записанной художником на картине, рис. 4, при условии того, что цифры 5 и 6 имели для него не сегодняшнее, а первоначальное значение.

Налицо прекрасное соответствие. Получается, что в конце августа — начале сентября 1624 года происходит некое важное для Иоганна Клебергера событие, в память о котором он заказывает Дюреру (может быть сразу же, может быть чуть погодя) рассматриваемый портрет, а последний в скором времени исполняет этот заказ.

Однако, это лишь предварительный вывод, следующий из чисто формального результата, относящего указанную выше дату именно к 1624 году и никак не учитывающий того, что в прежние времена начало года не всегда и не везде отсчитывалось, как это привычно нам сегодня, с первого января. В частности, на Руси в интересующую нас сейчас эпоху XVI-XVII веков новый год начинался в сентябре. И если, принимая во внимание данное обстоятельство, допустить, что заказчик портрета следовал, — по крайней мере, в данном конкретном случае, — этой старой (берущей своё начало ещё в «Древнем» Египте) традиции отсчёта нового года с сентября, то картина становится гораздо более интересной.

А именно, возникают два возможных варианта, в зависимости от того, принимал ли он (опять же, по крайней мере, в рассматриваемом случае) проведённую сравнительно недавно — сорока годами ранее — григорианскую реформу календаря и введение «нового стиля». Если да, то к указанной выше дате следует прибавить десять дней, и получится, что в изображённом на портрете гороскопе записана дата 9-11 сентября (нового стиля), попадающая на первый месяц 1625 сентябрьского года. То есть, астрономическая и цифровая записи, рис. 4, окажутся (частично, так как первая более точна) дублирующими друг друга и указывающими на один и тот же 1625 год.

Если же это было не так, и заказчик картины придерживался старого юлианского счёта дней, то результат становится и вовсе поразительным, поскольку в этом случае 31 августа и 1 сентября выпадают в точности на последний день 1624 и первый день 1625 сентябрьского года. И тогда получается, что зодиак на рис. 3 — новогодний, а сам портрет был написан по случаю наступления нового 1625 года, с началом этого года в сентябре.

В таблицах ниже приводятся расчётные положения планет на 31 августа — 1 сентября старого стиля 1624 года, а на рис. 16 показан «снимок» звёздного неба на новогоднее утро 1625 сентябрьского года полученный с помощью программы-планетария StarCalc.

ЮЛИАНСКИЙ ДЕНЬ (JD) = 2314467

ГОД/МЕСЯЦ/ЧИСЛО = 1624 /  8 / 31 (31 августа ст. ст. 1624 года н.э.)

СОЛНЦЕ

ЛУНА

САТУРН

ЮПИТЕР

МАРС

ВЕНЕРА

МЕРКУРИЙ

173.3

147.3

150.9

168.0

165.5

170.1

176.9

0.0

-26.0

-22.4

-5.3

-7.8

-3.2

3.6

5.0

4.3

4.4

4.9

4.8

4.9

5.1

ЛЕВ/ДЕВА

ЛЕВ

ЛЕВ

ЛЕВ/ДЕВА

ЛЕВ

ЛЕВ/ДЕВА

ЛЕВ/ДЕВА


ЮЛИАНСКИЙ ДЕНЬ (JD) = 2314468

ГОД/МЕСЯЦ/ЧИСЛО = 1624 /  9 / 1 (1 сентября ст. ст. 1624 года н.э.)

СОЛНЦЕ

ЛУНА

САТУРН

ЮПИТЕР

МАРС

ВЕНЕРА

МЕРКУРИЙ

174.3

159.5

151.0

168.2

166.1

171.3

178.7

0.0

-14.8

-23.2

-6.0

-8.1

-2.9

4.4

5.0

4.6

4.4

4.9

4.8

5.0

5.1

ЛЕВ/ДЕВА

ЛЕВ

ЛЕВ

ЛЕВ/ДЕВА

ЛЕВ

ЛЕВ/ДЕВА

ЛЕВ/ДЕВА




Рис. 16. Положение планет утром (через два часа после восхода Солнца)
1 сентября ст. ст. (11 сентября н. ст.) 1624 года н.э. Место наблюдения — Нюрнберг.
На основе экрана программы StarCalc

Таким образом, мы имеем три варианта, относящие записанную на картине «зодиакальную» дату, в зависимости от возможных календарных представлений её заказчика, в конец восьмого месяца 1624 январского, конец первой декады первого месяца или же точно на начало 1625 сентябрьского года.

Возникает естественный вопрос: какой из этих вариантов лучше всего соответствует изображению на рис. 3? Как мы сейчас убедимся, последний, поскольку именно с ним идеально согласуется ряд других деталей рассматриваемой картины.

4. «Год Сатурна» и символическое значение «львиного» гороскопа

Прежде всего, взглянем на две фигуры, изображённые в нижнем левом и правом углах портрета, рис. 17, и попытаемся понять, что они означают.



Рис. 17. Фигуры в нижней части портрета Иоганна Клебергера.
Увеличенные фрагменты рис. 3

C левой из них — трилистником клевера, растущим на вершине горы, — вопросов не возникает. Это обыкновенный гербовый щит с символикой владельца. Точно такой же символ можно увидеть на ещё одном сохранившемся изображении Иоганна Клебергера (от клевера, кстати, происходит и сама его фамилия), рис. 18.



Рис. 18. Иоганн Клебергер на медали неизвестного нюрнбергского мастера,
относимой, так же как и портрет Дюрера, к 1526 году. На оборотной стороне виден
шлем, над которым изображена гора с растущим на её вершине трилистником

Но что конкретно означает правая? Конечно, вполне можно сказать, что это «просто красивая картинка, парная к щиту», и тем удовлетвориться. Однако, учитывая изложенное выше, в этой картинке несложно распознать слегка завуалированный под геральдическую стилистику астрономический сюжет. В самом деле, мы видим здесь длиннобородого старца, держащего в руках два трилистника. Подоплёка этой композиции напрашивается сама собой: шесть одинаковых листочков (так же как шесть одинаковых звёзд в противоположном углу того же портрета, рис. 4), скорее всего, обозначают шесть планет, рис. 19-21, а старец — какую-то седьмую планету.



Рис. 19. Планетное дерево. Титульный лист алхимического трактата:



Рис. 20. Планеты (они же алхимические элементы),
изображённые в виде листочков на ветвях дерева.




Рис. 21. Солнце, Луна и планеты на ветвях алхимического дерева.
Иллюстрация из трактата: Johann Mylius, Philosophia Reformata, Frankfurt, 1622

Спрашивается, какую конкретно? Очевидно, это либо Юпитер, либо Сатурн, так как именно эти две планеты чаще всего (а последний — практически всегда) изображались в таком виде, рис. 22.



Рис. 22. Юпитер (слева) и Сатурн (справа) на гравюрах Ханса Бургкмайра.
Якобы конец XV — начало XVI века

Строго говоря, более или менее похожие изображения встречаются иногда и для Марса, Меркурия и Солнца, однако на них всегда имеются подписи или характерные атрибуты (меч Марса, крылатый жезл Меркурия и т.п.), позволяющие понять, какая именно планета имеется в виду, рис. 13. При отсутствии же таких атрибутов остаются именно Юпитер с Сатурном, так как единственным признаком для идентификации, в таком случае, оказывается собственно возраст, а последние — старшие среди «планетных» богов.

Итак, рассмотрим первый вариант. В этом случае получается, что шесть планет поделены на две тройки, изображённые в виде трилистников в руках старца-Юпитера. С астрономической точки зрения, это означает, что три планеты должны находиться по одну сторону от Юпитера, а три — по другую. Но именно так и обстояло дело в полученном выше «новогоднем» решении 1624/25 года: слева от Юпитера, со стороны Девы, находились Меркурий, Солнце и Венера, справа — Марс, Луна и Сатурн, рис. 16. То есть, при отождествлении старца на рис. 17 с Юпитером вся композиция приобретает значение дополнительного астрономического указания к основному гороскопу.

Во втором случае столь прозрачного соответствия, разумеется, уже не наблюдается, однако и он, как оказывается, ничуть не противоречит «новогоднему» варианту полученной выше датировки. И даже более того, не только дополнительно подтверждает её, но и позволяет глубже понять логику и образ мысли, которыми руководствовались автор и/или заказчик рассматриваемого портрета.

А именно, зададимся вопросом: что ещё, помимо разделения планет на две группы, может означать то обстоятельство, что все они изображены одинаковыми, маленькими и притом находящимися в руках старца, олицетворяющего (на сей раз) Сатурн? Очевидно, то, что последний держит их всех в некоем подчинении (буквально, «в руках»). Спрашивается, о каком «подчинении» может идти речь? Ответ вновь даёт рис. 16. Дело в том, что наблюдатель, смотревший на звёздное небо в новогоднюю ночь 1625 сентябрьского года, видел, как примерно за два часа перед рассветом восходил Сатурн, получасом позже Луна (в виде едва заметного или даже вовсе неразличимого серпика), а ещё через час — все остальные планеты. То есть, говоря образно, в эти предрассветные часы на небе безраздельно «царил» Сатурн, возвещая тем самым, что грядущие месяцы пройдут под его «управлением» (как всеми остальными, равно «подчинёнными» ему, планетами, судьба которых, на ближайшее время, оказалась «в его руках», так и, конечно же, делами земными).

И, как хорошо известно, такого рода соотнесение года с «управляющей» им планетой действительно было в эпоху Клебергера-Дюрера распространённой практикой, рис. 23-24.



Рис. 23. Сатурн — владыка годового круга. Иллюстрация из
средневекового астрологического альманаха. Якобы 1491 год




Рис. 24. Сатурн. На оборотной стороне — весталка у алтаря и надпись
«Удачи в новом году» (SPENDE NEUES GLUCK IM WECHSEL DES JAHRES).
Медаль, выпущенная в Нюрнберге примерно в 1810 году

Сохранилась эта традиция и по сей день, рис. 25-29.



Рис. 25. «Сатурн — правитель года» (JAHRES REGENT SATURN).
Медаль из «календарной» серии, выпускающейся в Австрии
с 1933 года по настоящее время




Рис. 26. Лицевые стороны ещё двух австрийских календарных медалей
(за 1937 и 1972 годы), посвящённых Сатурну




Рис. 27. Юпитер и Марс на австрийских календарных медалях



Рис. 28. Венера и Меркурий на австрийских календарных медалях



Рис. 29. Солнце и Луна на австрийских календарных медалях

Таким образом, отождествление старца на рис. 17 с Сатурном также прекрасно соответствует найденному выше решению. Разве что прочтение композиции оказывается чуть более замысловатым, а получающийся смысл смещается из сугубо астрономической в аллегорическую плоскость.

На последнее, правда, можно возразить тем, что Сатурн, по средневековым представлениям, считался зловещей, крайне неблагоприятной планетой, связанной со смертью и разного рода дурными влияниями. Издание [Саплин] суммирует эти взгляды следующим образом: «Сатурн — пятая по астрономическому счёту планета … В индивидуальной астрологии Сатурну подчинены следующие понятия: расставания, препятствия, трудности, потери, противостояния, выдержка, терпение, настойчивость, основательность, отчуждение, одиночество, холод, возраст, трудность, жестокость, непоколебимость, постоянство, зависть и алчность. В мировой астрологии … Сатурн отвечает за национальные бедствия, эпидемии, голод и т.п. …». А также: «Большое несчастье (лат. Infortuna major) — часто употреблявшийся в средневековой астрологии эпитет планеты Сатурн, считающейся самой неблагоприятной планетой».

В общем, на первый взгляд, сложно представить причину, которая могла бы побудить кого-либо заказать свой портрет на подобном фоне. И в большинстве случаев этого было бы вполне достаточно, чтобы отвергнуть вариант отождествления старца на рис. 17 именно с Сатурном (оставив для него, тем самым, Юпитера как единственную кандидатуру). Однако, в данном конкретном случае такое соседство может быть очень легко объяснено. Дело в том, что описанная выше картина того, как в новогоднюю ночь 1625 сентябрьского года первым восходил «зловещий» Сатурн, была не совсем полной. Если же быть до конца точным, то, как опять-таки хорошо видно на рис. 16, «самым первым» — согласно расчётным данным, тремя минутами ранее Сатурна — на горизонте появлялась одна из ярчайших звёзд неба — Регул. А уже вслед за Регулом наступал черёд «царствующего» Сатурна (кстати, название указанной звезды также связано с царской властью и означает, в переводе с латыни, «маленький царь»).

Относительно же Регула в издании [Саплин] говорится так: «Регул (Regulus), Сердце Льва … — звезда α Льва, … указывает на счастье». То есть, с точки зрения тех же средневековых представлений, к моменту восхода «Большого несчастья» = Сатурна его злотворная ипостась была нейтрализована «счастливым» Регулом, и, следовательно, на первый план вышли положительные черты — «выдержка, терпение, настойчивость, основательность, … непоколебимость, постоянство». Усиленные вдобавок «царской» сущностью Регула. Кто бы отказался от такого набора?

Между прочим, тут же становится понятным и то, почему Сатурн мог быть изображён на рис. 17 в виде добродушного старичка, без своих привычных атрибутов в виде косы и пожираемого младенца, рис. 22. В данном случае, они, очевидно, уже были не нужны. С другой стороны, ход мысли автора мог быть и более изощрённым и заключаться в том, что, изобразив названного старца без каких-либо характерных атрибутов, которые бы однозначно указали на Сатурна или Юпитера, он предоставил тем самым достаточно искушённому в такого рода тонкостях зрителю возможность соотнести его с каждым из них, и в том и в другом случае приоткрывая важную часть общего заложенного в картину смысла.

Кстати, у Сатурна есть и ещё один аспект, который тоже мог рассматриваться в качестве одного из фрагментов многоплановой символики картины. А именно, Сатурн-Кронос ассоциировался также и с нестареющим Хроносом, то есть Временем. И, следовательно, помещение его фигуры на портрете, при взгляде на неё под таким углом, могло сулить изображённому долгую жизнь, рис. 30-31.



Рис. 30. Сатурн-Хронос, желающий удачи в новом году
(VERTENTE ANNO — буквально: «в течение всего года»).
Медаль, выпущенная в Аугсбурге и датируемая 1635 годом




Рис. 31. Леопольд Габсбург с сыном Иосифом у алтаря Вечности, напротив них
— Хронос-Сатурн со сломанной косой и брошенными оземь песочными часами
и Фортуна с рогом изобилия. На оборотной стороне изображён сидящий в облаках
Хронос, держащий в руке обвившегося вокруг числа XVII змея, кусающего себя
за хвост (символ цикличности, перерождения и т.п.). Аугсбургская медаль,
выпущенная в 1700 году, в ознаменование грядущего наступления нового века

Таким образом, мы видим, что даже стандартная интерпретация символа на рис. 4 как обозначающего созвездие Льва, приводит нас к очень интересному и символически насыщенному результату. Однако, как было сказано выше, имеется и другой вариант прочтения, согласно которому данный символ указывает на конкретную звезду неба — Регул. Рассмотрим теперь и эту возможность.

5. Второй вариант гороскопа — «с Регулом».
Когда родился Иоганн Клебергер?

В этом случае мы получаем, что на рис. 4 представлен следующий гороскоп — все планеты в окрестности Регула. На первый взгляд, может показаться, что никакой разницы с уже разобранным вариантом — все планеты во Льве — здесь нет, поскольку, как сказано чуть выше, одним из использовавшихся средневековыми астрономами названий Регула было «Сердце Льва» (Cor Leonis), а фразы «во Льве» и «в окрестности сердца Льва» производят впечатление, в целом, синонимичных. Однако, с сугубо астрономической точки зрения, между ними имеется существенное различие, вызванное тем, что точное положение звезды Регул не совпадает с геометрическим центром фигуры созвездия Льва (и его проекции на эклиптику). В действительности, Регул находится заметно ближе к Раку, нежели к Деве. Следовательно, чтобы корректным образом учесть этот нюанс, допустимую для планет область необходимо несколько расширить, добавив ко Льву граничащую с ним половину Рака.

Таким образом, расширенный «по Регулу» гороскоп принимает следующий вид — все планеты от середины Рака до Девы.

Совершенно очевидно, что в ряду его астрономически возможных решений по-прежнему останутся найденные выше «новогодние» дни 31 августа — 1 сентября 1624 года (а также заведомо отпадающий 1007 год). А значит и всё сказанное ранее полностью сохранит свою силу. Вопрос, в данном случае, заключается лишь в том, появятся ли новые решения, и если да, то какие именно? Быть может, среди них окажется такое, которое бы соответствовало скалигеровской датировке рассматриваемой картины?

Выполненный далее в программе HOROS расчёт показал, что, как и следовало ожидать, в дополнение к двум вышеназванным решениям, находятся ещё три:

Первое из этих решений, — 1445 года н.э., — однако, сразу же отпадает, так как оказывается на сорок лет более ранним, нежели скалигеровская дата рождения Иоганна Клебергера — 1485/86 год. Отпадает и второе, — 1564 года н.э., — поскольку последний, согласно той же скалигеровской хронологии, умер за двадцать лет до этой даты, в 1546 году. Равным образом оба эти решения не соответствуют и скалигеровской датировке жизни Альбрехта Дюрера, — якобы 1471-1528 годы, — монограммой которого подписана рассматриваемая картина, рис. 4. То есть, как видим, предлагаемая скалигеровскими историками её датировка — будто бы 1526 год — не подтверждается и в этом случае.

В итоге для дальнейшего анализа остаётся лишь одно решение — 3-6 августа старого стиля (13-16 августа нового стиля) 1624 года н.э. Займёмся им.

Мгновенно обращает на себя внимание то, что данное решение оказывается «парным» к уже найденному ранее «новогоднему» решению конца августа — начала сентября того же 1624 года, отстоя от последнего всего лишь на три недели. Это, очевидно, может означать одно из двух. Либо вновь найденное решение является побочным, представляющим из себя не более чем следствие чрезмерного расширения допустимой для расположения планет области эклиптики, либо же за ним стоит некий отдельный сюжет, раскрывающий дополнительный важный фрагмент общего замысла, заложенного в символику картины. И тогда необходимо понять, какой именно.

Попробуем это выяснить. Выше мы уже рассмотрели детали картины, размещённые во всех четырёх её углах. Незатронутой осталась лишь центральная часть, с собственно, изображением Иоганна Клебергера и идущей по ободу портретного круга латинской надписью. К ней мы теперь и обратимся.

Итак, вот эта надпись — E[FFIGIES] IOA[N]NI KLEBERGERS NORICI AN[NO] AETA[TIS] SVAE XXXX. В переводе на русский: «портрет Иоганна Клебергера из Норика (Нюрнберга — А.), [изображённого] в возрасте 40 лет». Здесь привлекает внимание «круглый» — ровно сорок лет — возраст портретированного. Это с одной стороны. С другой же, как сообщается в [Roos], днём его рождения было 15 августа (в каком именно источнике содержится это число, не говорится, но так как, в отличие от года, день гораздо менее подвержен хронологическим искажениям, — как случайным, так и, в особенности, намеренным, — то, скорее всего, данному указанию вполне можно доверять).

Значит, сорокалетний юбилей Клебергера выпал на 15 августа 1624 года (а родился он, следовательно, 15 августа 1584 года). Но ведь именно на эту дату (или, более строго, на интервал с 13 по 16 августа, с наименьшим отклонением от «лучших точек» 15 августа) и указывает «расширенное» решение!

Таким образом, перед нами открывается следующая совершенно естественная картина. 15 августа 1624 года Иоганну Клебергеру исполнилось сорок лет (что, по тем временам, было весьма солидным возрастом). А спустя буквально три недели настал новый 1625 сентябрьский год, обещавший, согласно представлениям эпохи, быть весьма благоприятным (и долженствующим пройти, в частности, под знаком основательности и непоколебимости — качеств, несомненно, весьма важных для банкира). Всё это, в совокупности, и нашло своё отражение на исполненном Альбрехтом Дюрером замечательном портрете.

Какая именно из этих двух одновременно записанных на картине дат при этом рассматривалась как «главная», однозначно сказать нельзя. В случае первой получалась фиксация уже достигнутого изображённым возраста и статуса, в случае второй — нацеленность на дальнейшие рост и процветание в будущем. Но, скорее всего, общий символический посыл портрета складывался — в восприятии автора, заказчика и их современников — как баланс того и другого. Или, говоря проще, рассматриваемый портрет «читался» ими приблизительно так же, как современные юбилейные открытки (из этого, кстати, следует, что он мог быть заказан не самим «виновником торжества», как считается, а кем-то из его близких или друзей в качестве подарка).

Таков результат, следующий из чисто исторического фона «юбилейной» даты 15 августа (нового стиля) 1624 года. Посмотрим теперь и на астрономический её аспект. А именно, на то, насколько картина неба, наблюдавшаяся в эту дату, соответствовала тому, что мы видим на рис. 4.

Итак, в таблице ниже приводятся расчётные положения планет на указанную дату, а на рис. 32 даётся наглядный «снимок» звёздного неба, полученный с помощью программы-планетария StarCalc.

ЮЛИАНСКИЙ ДЕНЬ (JD) = 2314441

ГОД/МЕСЯЦ/ЧИСЛО = 1624 /  8 / 5 (5 августа ст. ст. 1624 года н.э.)

СОЛНЦЕ

ЛУНА

САТУРН

ЮПИТЕР

МАРС

ВЕНЕРА

МЕРКУРИЙ

148.1

162.9

147.7

162.4

148.9

137.9

130.0

0.0

14.8

-0.4

14.3

0.8

-10.3

-18.1

4.3

4.7

4.3

4.7

4.3

4.0

3.6

ЛЕВ

ЛЕВ

ЛЕВ

ЛЕВ

ЛЕВ

РАК/ЛЕВ

РАК




Рис. 32. Положение планет утром 15 августа н. ст. 1624 года н.э.
Место наблюдения — Нюрнберг. На основе экрана программы StarCalc

Сравнение этих данных с рис. 4 вновь обнаруживает полное согласование. В самом деле, из семи планет пять (Солнце, Луна, Сатурн, Юпитер и Марс) находились строго во Льве, шестая (Венера) была на границе Льва с Раком и лишь Меркурий — непосредственно в Раке. При этом прямо посередине планетной «линейки» находился Регул, что идеально соответствует отождествлению с ним центрального символа на рис. 4. Более того, там же — в центре — находилось и Солнце, что опять-таки как нельзя лучше согласуется с изображением последнего на рис. 4 не в виде одной из безликих и ничем не отличающихся друг от друга звёзд, а в виде сияния, в равной мере охватывающего каждую из последних.

Это то, что вытекает из формального расположения планет на рассматриваемую дату. С наблюдательной же точки зрения картина предутреннего нюрнбергского неба была такова. Чуть более чем за полтора часа перед рассветом восходил Меркурий, а через сорок минут после него появлялась Венера. Затем практически одновременно — буквально в течение семи минут — восходили Сатурн, Солнце и Марс (а ещё через несколько минут — Регул). Замыкали эту процессию Юпитер и Луна, появлявшиеся только через полтора часа после рассвета.

Следовательно, из всех планет на ночном небе в юбилейную для Иоганна Клебергера дату могли наблюдаться лишь Меркурий с Венерой. Не исключено, что это обстоятельство нашло своё отражение на рис. 4 в том, что все звезды на нём разделены на две группы по отношению к Регулу (и две нижние звезды-планеты, в каком-то смысле, противопоставлены четырём верхним). Если это действительно так, то тогда вся композиция могла прочитываться следующим образом (в направлении снизу вверх): сначала на небе появлялись две планеты (представленные двумя звёздочками в нижней части рис. 4), а затем Регул (символ в центре), Солнце (сияние) и все остальные планеты.

И ещё одно наблюдение, хорошо дополняющее общую картину. То обстоятельство, что в найденную выше дату на ночном небе первым появлялся Меркурий, рис. 32, — и, значит, день юбилея Клебергера был «днём Меркурия», — наверняка также рассматривалось людьми той эпохи в символическом ключе и воспринималось ими как доброе предзнаменование, поскольку Меркурий считался (и считается) покровителем торговли и богатства, часто изображаясь с денежным мешком, рис. 33-35, а Клебергер, как уже говорилось, был банкиром и купцом.



Рис. 33. «Дети Меркурия». Гравюра Ханса Себальда Бехама, изображающая едущего
в колеснице Меркурия и представителей профессий, которым он покровительствует
(художники, скульпторы, музыканты, писцы и пр., слева) и её увеличенный фрагмент
с фигурами астронома и купца с денежным мешком (справа). Якобы середина XVI века




Рис. 34. Меркурий с денежным мешком на рельефе Артуса Квеллина
(середина XVII века, Амстердам, Королевский дворец, слева) и картине
Шарля Мейнье (первая половина XIX века, Лувр, справа)




Рис. 35. Год Меркурия (JAHR DES MERKUR). Последняя из двенадцати выпущенных
к настоящему моменту австрийских календарных медалей, посвящённых Меркурию

6. «Знак Регула» и «магический» характер портрета Клебергера

Таким образом, мы видим, что в обе найденные нами даты — «юбилейную» и «новогоднюю» — определяющую роль как в непосредственной астрономической картине, так и, особенно, в её символическом истолковании играл «царственный» Регул. То есть, выражаясь образно, вполне можно сказать, что портрет Иоганна Клебергера посвящён событиям, случившимся «под знаком Регула».

И замечательно, что именно эта посылка оказывается совершенно прозрачным образом выраженной в последней оставшейся ещё нерассмотренной детали рис. 3. А именно, в самом конце идущей по ободу портретного круга надписи (текст которой был полностью приведён выше) помещён причудливый символ, представляющий собой так называемый «знак духа» Регула, рис. 36.



Рис. 36. Фрагмент надписи на портрете Иоганна Клебергера
с «магическим знаком» Регула. Увеличенные фрагменты рис. 3

Такие знаки, призванные аккумулировать влияния, оказываемые той или иной астральной (ангельской, демонической и т.п.) сущностью, восходят (в большинстве случаев) к известному сочинению Корнелия Агриппы «Оккультная философия» (впервые изданному, как считается, в 1531 году), рис. 37, и встречаются на множестве созданных в рассматриваемую эпоху предметов «магического» характера, рис. 38-39.



Рис. 37. Страница из «Оккультной философии» с изображениями знаков
ряда небесных объектов (скопления Плеяд, созвездий Малого и Большого Пса,
звёзд Альдебарана и Спики и т.д.; слева) и её фрагмент со знаком Регула (справа).
Взято из: Henricus Agrippa, De Occulta Philosophia Libri Tres, Coloniae, 1533




Рис. 38. «Астрономическая печать Льва» (ASTRONOMICVM SIGILLVM LEONIS).
На лицевой стороне изображено Солнце во Льве, на оборотной — знаки
Солнца, Льва и Регула. Взято из [Roos]




Рис. 39. «Магический знак» Регула. Увеличенный фрагмент рис. 5

Ясно, что присутствие на портрете Клебергера данного знака должно было, с одной стороны, «притянуть» к её владельцу благотворное влияние, оказываемое Регулом, а с другой подчёркивало то, что сама картина писалась «под счастливой звездой». Последнее кстати, следует понимать практически буквально, поскольку, Регул, как уже говорилось выше, по тогдашним представлениям «указывал на счастье».

Таким образом, в целом, получается, что написанный Дюрером портрет Иоганна Клебергера — это, своего рода, талисман, долженствующий, по замыслу автора либо заказчика, принести изображённому на нём счастье, ниспосылаемое «царственным» Регулом. А также, по-видимому, и «выдержку, терпение, настойчивость, основательность, … непоколебимость, постоянство», [Саплин] даруемые «нейтрально-положительным» Сатурном. Кстати говоря, такой же «счастливый» смысл могло отчасти (наряду с указанными выше геральдической и астрономической составляющими) нести и изображение клевера, рис. 17, поскольку оно является известным символом удачи.

7. «Солнце в сердце Льва» и день рождения Иоганна Клебергера

Итак, мы убедились, что портрет Иоганна Клебергера буквально весь пронизан символикой Регула. Как в отвлечённо-аллегорическом, так и — главное — конкретно-астрономическом отношении. Более того, первое является лишь довеском ко второму, позволяя более полно раскрыть многослойное содержание картины.

И теперь нелишне будет посмотреть, что по этому поводу говорят скалигеровские историки. То, что символика Регула ими замечена, мы уже знаем. Но вот как именно она ими интерпретируется?

Ответ на этот вопрос находится в описании медали с рис. 38, приводимом в [Nowotny]: «Agrippa's seals and characters frequently occur, with many other signs, on post-mediaeval medallions and seem usually to be taken from his works. … The medallion of the Sun shows the Sun in his astrological house, the Lion, as on the coat of arms of Persia. On the reverse there appear the character of the Intelligence of the Sun (Nachiel), the zodiacal sign of Leo, and the sign of the "heart of the lion" (Cor leonis), i.e., the bright fixed star Regulus. This sign appears also in Agrippa's book, and moreover, Durer depicted it in the portrait of Kleeberger in Vienna; for Kleeberger was born in this significant conjunction of the Sun and Regulus (Sol in Corde leonis)».

В переводе: «Печати и характеры («условные значки для часто употребляемых понятий, встречающиеся на астрологических медалях и талисманах, магические символы», [Саплин] — А.) Агриппы часто встречаются, наряду со многими другими знаками, на пост-средневековых медальонах и обычно взяты из его работ. … Медальон Солнца показывает Солнце в его астрологическом доме, Льве, как на гербе Персии. На оборотной стороне изображён характер духа Солнца (Нахиэль), зодиакальный знак Льва и знак "сердца льва" (Cor leonis), то есть яркой неподвижной звезды Регул. Этот знак также присутствует в книге Агриппы и, более того, Дюрер изобразил его на портрете Клебергера из Вены, потому что Клебергер родился при значительном соединении Солнца с Регулом (Sol in Corde leonis)».

Не вдаваясь в тонкости интерпретации каждого из перечисленных символов, здесь предлагается считать, что причина, побудившая Дюрера поместить на портрет Клебергера знаки Регула, заключалась всего-навсего в том, что в момент его рождения Солнце находилось в соединении («conjunction») с последним. Или, в буквальном переводе, оно было «в Сердце Льва» («Sol in Corde leonis»).

Вот так, просто и незамысловато. Таким нехитрым указанием на рождение Клебергера «под знаком Регула», по мнению автора [Nowotny], астрономическое содержание портрета и исчерпывается. В принципе, иного вряд ли стоило ожидать, поскольку в подавляющем большинстве случаев, встречаясь с тем или иным старинным зодиаком, скалигеровские историки всеми силами стараются как можно быстрее уйти от потенциально опасной темы его астрономического датирования (так как при этом редко удаётся получить приемлемые даты) в удобную плоскость безопасных рассуждений «о чём-нибудь другом». Например, об оккультизме (впрочем, справедливости ради стоит сказать, что работа [Nowotny] посвящена довольно узкому вопросу построения «магических печатей», и в этом плане претензий к ней быть не может).

Тем не менее, автор процитированного выше описания совершенно верно отмечает, что в день рождения Иоганна Клебергера Солнце было «в сердце Льва». В самом деле, именно так всё в точности и обстояло в найденную выше дату сорокалетнего юбилея последнего. Солнце в тот день было в теснейшем (примерно в двух градусах дуги) сближении с Регулом. То есть, действительно, «в Сердце Льва», рис. 32. И ясно, что такая же картина наблюдалась и за сорок лет до этой даты — в день появления Клебергера на свет. С этой точки зрения последний и правда родился «под знаком Регула».

После этих слов может показаться, что всё то же самое справедливо и в отношении скалигеровской даты рождения Иоганна Клебергера. Однако, это не так. Ведь «юбилейное» 15 августа 1624 года — это пятнадцатое число августа месяца по новому стилю. То есть по привычному нам григорианскому календарю. Отсчитывая от него сорок лет назад, мы попадаем в день появления Иоганна Клебергера на свет — 15 августа 1584 года. Опять-таки нового стиля, поскольку григорианская реформа была осуществлена двумя годами ранее этой даты. А вот если, как это утверждают скалигеровские историки, Клебергер родился в 1485/86 году, а умер в 1546 году, то и 15 августа в течение всей его жизни было юлианским. И если теперь запустить любую компьютерную программу-планетарий и открыть в ней «картинку» на 15 августа 1485 года, то окажется, что Солнце в тот день находилось хотя и достаточно близко, — примерно в 11 градусах дуги, — но, тем не менее, никак не «в Сердце Льва». И кроме того, в такой — порядка десяти градусов, то есть трети средней длины созвездия — величине сближения нет, в общем-то, ничего особо выдающегося, и какое бы произвольно выбранное положение Солнца не взять, наверняка найдётся достаточно яркая звезда, находящаяся на сравнимом, а то и заметно меньшем, удалении от последнего.

Значит, даже приведённое выше и предлагаемое скалигеровскими историками до крайности «урезанное» объяснение гораздо лучше соответствует полученной нами независимой астрономической датировке гороскопа Клебергера, нежели скалигеровской датировке эпохи его жизни.

Между прочим, говоря о нахождении Солнца «в сердце Льва», нельзя не обратить внимания на то, что на юбилейную для Клебергера дату 15 августа 1624 года, по счастливому стечению обстоятельств, выпало даже более яркое событие — соединение сразу четырёх «светил»: Регула, Солнца, Сатурна и Марса, одновременно оказавшихся на крохотном участке неба, рис. 32. И хотя такое «удвоенное» соединение, по понятной причине, не могло быть непосредственно наблюдаемо, ясно, что, с точки зрения различного рода мистических представлений той эпохи, подобное событие обязано было расцениваться как важный (и, в силу изложенной выше логики, весьма благоприятный) знак. А значит, вполне могло стать одним из непосредственных поводов к написанию рассматриваемой картины.

8. Звёздный или знаковый зодиак изображён на портрете Клебергера?

Перед тем как подвести окончательный итог, разберёмся с несколькими ожидаемыми возражениями.

Прежде всего, наверняка кто-нибудь из защитников скалигеровской хронологии, не желающий расставаться с предлагаемой ею датировкой рассматриваемого портрета 1526 годом, возразит в том духе, что звёзды на рис. 4 символизируют, на самом деле, вовсе не планеты, а «просто звёзды» созвездия Льва (и, соответственно, никакого гороскопа на портрете Клебергера, — добавит со вздохом облегчения, — нет). На это можно ответить следующее. Во-первых, сама конфигурация данных звёзд даже отдалённо не напоминает рисунок созвездия Льва, рис. 16. Во-вторых, звёзд, имеющих собственные имена, — если предположить, что на рис. 4 изображены именно они, — во Льве больше шести. В-третьих, если бы художник хотел обозначить рождение Клебергера «под знаком Регула» и ничего более, то было бы достаточно одного лишь его «магического» знака, завершающего надпись с его именем и возрастом, рис. 36. Но главное, и это в-четвёртых, заключается всё же в другом. А именно, уже само то, что отождествление звёздочек на рис. 4 с планетами а не с некими безымянными звёздами, приводит сразу к двум датам, идеально согласующимся между собой, с астрономической обстановкой и всеми деталями картины, прямо указывает на то, что такое отождествление правильно, поскольку совершенно очевидно, что столь впечатляющий результат вряд ли мог бы получиться по чистой случайности.

Другая потенциальная возможность «увязать концы с концами», то есть получить-таки для гороскопа на портрете Иоганна Клебергера «правильную», со скалигеровской точки зрения, дату открывается, если предположить, что гороскоп этот — не наблюдательно-звёздный, а расчётно-знаковый, то есть положения планет в нём привязаны не к созвездию, а к одноимённому (но отнюдь не совпадающему) с ним знаку Льва. Ясно, что такая трактовка, в данном случае, крайне сомнительна, но, тем не менее, для полноты была учтена и она. Выполненный в программе ZET 9.проверочный расчёт показал, что на интервале с 1400 по 1800 годы знаковый гороскоп «все планеты во Льве» решений не имеет. Если же ослабить требуемую точность, и провести повторный поиск в максимально «щадящем» варианте, разрешая «залезание» планет на целых 10 градусов в соседние со Львом знаки Рака и Девы, то появляются два решения — 2-6 сентября 1622 года н.э. и 12-16 августа 1624 года н.э. (оба по новому стилю).

Что же мы здесь видим? Во-первых, то, что ни одно из этих решений по-прежнему не попало в требуемый для подтверждения скалигеровской датировки картины XVI век. А во-вторых, среди них вновь оказалась дата 15 августа 1624 года! То есть дата сорокалетнего юбилея Клебергера. Согласно расчёту, все планеты в тот день находились в знаке Льва, и лишь Юпитер был в 7 градусах Девы. Правда, столь значительное отклонение практически исключает возможность принятия данного решения, так как Юпитер это не быстро движущийся Меркурий, и на прохождение всего лишь 1 градуса по эклиптике ему требуется примерно 12 дней, а 7 градусов дают почти целых три месяца! Но если закрыть глаза на это обстоятельство (предположив, что расчёт вёлся по теории, дававшей из рук вон плохую точность, а выполнявший его горе-астролог ни разу в жизни не смотрел не реальное небо), то получится, что даже при «знаковой» интерпретации изображённого на портрете Клебергера гороскопа решение последнего — 1624 год — остаётся неизменным.

9. О сентябрьском и январском счёте лет

Ещё одно вероятное возражение, которое следует рассмотреть, вытекает из непосредственного сопоставления друг с другом полученных выше датировок августа-сентября 1624 года. А именно, некоторое сомнение может вызвать тот факт, что одна из этих дат — «юбилейная» — оказалась записанной по новому стилю, а вторая — по старому, да к тому же с началом года в сентябре. Но ведь к тому времени прошло уже четыре десятилетия с момента введения григорианского календаря, не говоря уже о том, что новый год в Западной Европе в ту эпоху начинался, как считается, в марте. Спрашивается, как всё это можно совместить? А точнее, действительно ли вторая из этих дат могла восприниматься — Клебергером и хотя бы некоторыми его современниками — как дата начала нового 1625 (сентябрьского) года? И неужели они жили одновременно сразу по двум календарям, то и дело переключаясь между ними?

Собственно говоря, в том, что касается последнего вопроса, вполне могло быть и так. Но, в данном случае, смешение дат из разных календарей может быть объяснено более изящным образом. В самом деле, как мы уже убедились, рассматриваемая картина — это не столько обычный портрет, сколько талисман, на что прямо указывает изображённый на ней «магический» знак Регула. А значит, именно через эту призму, в первую очередь, и следует смотреть на записанные на этом портрете-талисмане даты.

И тогда всё объясняется очень просто. В самом деле, очевидно, что «магическая» дата (то есть дата, в которую вкладывается некий «магический» смысл), — а именно таково «новогоднее» решение 1 сентября (старого стиля) 1624 года, — вовсе не обязана быть записанной «как все». Напротив, чем она необычнее и, на первый взгляд, непонятнее, тем лучше. Это с одной стороны. С другой, хорошо известно, что родиной «возрождавшихся» в эпоху XVI-XVII веков «магических» практик было модно считать «Древний» Египет («Ренессансный маг думал, что возвращается к египетской мудрости», а также: «… содержание герметических текстов питало в ренессансном маге иллюзию, будто перед ним таинственный, драгоценный рассказ о древнейшей египетской мудрости, философии, магии», [Йейтс]). Поэтому внимание к тому, на что указывает та или иная «обычная» дата, если смотреть на неё с «древне»-египетской точки зрения (и, разумеется, по старому стилю), вполне объяснимо.

Между прочим, здесь же стоит отметить, что присутствие на рассматриваемом портрете «магического» знака Регула могло нести в себе, наряду с указанным выше, и ещё один аспект. А именно, этот знак, заимствованный из хорошо известной в определённых кругах «Оккультной философии» — книги, посвящённой «тайному» знанию, скрытому от непосвящённых, — мог не только аккумулировать благотворное влияние Регула, направляя его на изображённого (то есть выполнять свою непосредственную «магическую» функцию), но и, сам по себе, сигнализировать достаточно осведомлённому зрителю о том, что на портрете имеется некое тайное сообщение, сокрытое от рядового взора. То есть указывать на записанные неочевидным, на неискушённый взгляд, астрономическим образом даты, раскрывающие, при их толковании в мистическом духе, заложенный в картину смысл в намного большей степени, нежели простая подпись с цифрами.

Небольшой нюанс. Строго говоря, при соотнесении январского года с сентябрьским допустимы два варианта пересчёта. В первом сентябрьский год опережает январский на четыре месяца (и 1 сентября 1624 январского года начинается 1625 сентябрьский год), во втором — отстаёт на восемь месяцев (и тогда на ту же дату приходится начало 1624 сентябрьского года). С формальной точки зрения оба этих варианта равноценны, однако с «магической» первый бесспорно предпочтительнее, поскольку пересчёт даты «с опережением» в точности отвечает устремлённости в будущее, то есть тому, ради чего и создаётся любой талисман. Поэтому принятое выше соотнесение даты 1 сентября 1624 года с началом именно 1625-го, а не 1624-го сентябрьского года, в случае портрета Клебергера полностью обосновано.

И последнее. В свете всего изложенного выше, не исключено, что и помещённая на портрете «цифровая» дата «1526», означающая, как мы теперь понимаем, 1625 год, могла относиться, в действительности, не к январскому, а к тому же сентябрьскому году. И, следовательно, сам этот портрет мог быть написан Дюрером уже в сентябре 1624 (привычного нам январского) года, то есть буквально «по горячим следам» только что прошедших событий.

10. Заключение. Когда жил Альбрехт Дюрер?

Итак, перечислим вкратце три основных астрономических сюжета, которые следуют из полученных датировок изображённого на портрете Иоганна Клебергера зодиака:

1) в первую из двух записанных на портрете дат — дату сорокалетнего юбилея Клебергера — на ночном небе «царил» Меркурий, покровитель денежных дел и богатства;

2) в ту же самую дату «царственное» Солнце было в соединении с «приносящим счастье» Регулом;

3) наконец, тот же «счастливый» Регул, совместно с Сатурном (отождествлявшимся также с «вечным» Хроносом), «правил» на небе во вторую — «новогоднюю» — дату.

Получается целая связка событий, каждое из которых, по средневековым воззрениям, трактовалось как благоприятное знамение, ниспосланное самими небесами и сулившее удостоившемуся их Клебергеру богатство, счастье и удачу. В этом же ключе — как символ удачи — мог «читаться» и изображённый на картине геральдический атрибут Клебергера — лист клевера. Наконец, наиболее явным образом намерение заказчика картины раскрывает помещённый на ней «магический знак» Регула. Всё это, вместе взятое, однозначно свидетельствует о том, что портрет Иоганна Клебергера — не просто рядовое произведение живописи, предназначавшееся для того, чтобы украшать интерьер и услаждать взор зрителей, но, в первую очередь, талисман, в основе создания (и правильного понимания) которого лежал старинный язык астрономической символики, рис. 40.



Рис, 40. Любовный талисман Екатерины Медичи. На обеих его сторонах
изображено множество «магических» знаков и имён различных ангелов,
а также помещены символы планет. Не исключено, что здесь также
может быть зашифрован некий (полный или частичный) гороскоп

В заключение можно сказать следующее. Мы видим, что непредвзятое астрономическое датирование изображённого на портрете Иоганна Клебергера зодиака позволяет не только определить подлинное, — как выясняется, на столетие более близкое к нам, — время его жизни, но и получить ещё одно важное доказательство того, что цифры 5 и 6 некогда действительно имели значение, противоположное современному. Сегодняшняя цифра 6 первоначально воспринималась как пятёрка, и наоборот, сегодняшняя цифра 5 на первых порах обозначала шестёрку.

Что же касается Альбрехта Дюрера, чьим авторским знаком подписан этот замечательный «магический» портрет, то полученный результат лишний раз подтверждает сформулированное и детально обоснованное в [ХРОН5] утверждение о том, что либо он (как и сам Клебергер), жил позже, чем это принято считать, и «уехал» в прошлое в результате столетнего хронологического сдвига, либо же некий художник с таким именем действительно существовал в XV-XVI веках и был весьма знаменит, но от подлинных его работ практически ничего не осталось. И, глядя сегодня на приписываемые Дюреру произведения, мы видим, на самом деле, творения целой плеяды замечательных мастеров, созданные, в, основном, в XVII веке и задним числом объявленные работами XV-XVI веков.

11. Выводы

1. На написанном Альбрехтом Дюрером (кто бы ни скрывался, в данном случае, за этим знаменитым именем) портрете Иоганна Клебергера художником были изображены не одна, как это кажется при беглом взгляде, а сразу три связанные даты.

2. Первая — 15 августа (нового стиля) 1624 года — указывала в точности на сороковой день рождения изображённого.

3. Вторая. — 1 сентября (старого стиля) 1624 года — отмечала момент наступления нового 1625 года по «древне»-египетскому счёту.

4. Третья — представленная в явной форме и сообщавшая о времени написания картины дата «1526» — обозначала, в действительности, вовсе не конец первой четверти XVI века, как она воспринимается сегодня, а, с учётом старого значения цифр 5 и 6, тот же самый 1625 год (по январскому либо сентябрьскому счёту).

5. В целом, портрет Иоганна Клебергера представляет собой созданный по случаю юбилея заказчика высокохудожественный талисман, долженствующий способствовать долгой, полной земных радостей жизни, в котором выделяются, по крайней мере, «явная» (портретная), «тайная» (сокрытая от неискушённого взора астрономическая), и, собственно, «магическо-функциональная» (вытекающая из предыдущей и дополнительно подчёркнутая «знаком Регула») составляющие.

Литература

[ХРОН1] Фоменко А.Т. «Основания истории». — Москва, Римис, 2005.
[ХРОН2] Фоменко А.Т. «Методы». — Москва, Римис, 2005.
[ХРОН4] Носовский Г.В., Фоменко А.Т. «Новая хронология Руси». — Москва, Римис, 2004.
[ХРОН5] Носовский Г.В., Фоменко А.Т. «Империя». — Москва, Римис, 2004.

[Nowotny] Nowotny K.A. «The Construction of Certain Seals and Characters in the Work of Agrippa of Nettesheim». — Journal of the Warburg and Courtauld Institutes, Vol. 12, 1949, pp. 46-57.
[Roos] Roos A.M. «"Magic Coins" and “Magic Squares”: The Discovery of Astrological Sigils in the Oldenburg Letters». — Notes and Records of the Royal Society of London, Vol. 62, №3, 2008, pp. 271-288.
[Йейтс] Йейтс Ф. «Джордано Бруно и герметическая традиция». — Москва, Новое литературное обозрение, 2000.
[Саплин] Саплин А.Ю. «Астрология для всех. Энциклопедия». — Москва, Гелеос, 2007.

Статья получена 18.06.2016